Вверх страницы

Вниз страницы

HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS » Завершенные эпизоды » Божественная полигамия (04.03.2015)


Божественная полигамия (04.03.2015)

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Название: Божественная полигамия
Участники: Чернобог, Афродита
Время и место действия: Амстердам - Хорн, 04.03.2015
Краткое описание событий: требовать от богов верности - абсурд, даже если они питают к друг друг какие-то чувства. 
Очередность постов: Афродита - Чернобог

Отредактировано Chernobog (04.08.13 22:20)

0

2

http://www.listal.com/viewimage/5566258 внешка.

Прошло ровно два месяца с того момента, когда состоялась последняя встреча двух богов. Закончилась она как сказка, был счастливый финал, и о другом наверно, думать больше не приходилось. Но не все так просто, как могло показаться на первый взгляд. Не все так спокойно. Тем более, если мы с вами, говорим об отношениях между богами. При том, совершенно разными, не имеющими фактически ничего общего друг с другом. Афродита, все так же оставалась приятной особой, которая в свою очередь. позволила себе нахально влюбиться в бога тьмы, тем более из другого пантеона, и приручить его? Нет, просто привязать. Приручить такое существо как Чернобог, было невозможно, а даже если и была такая возможность, то Афродита пока не хотела ею пользоваться, все итак шло как по маслу. Думала богиня так, или просто предполагала, но она крайне наивно верила, что с того момента, когда Кощей признался ей в любви, он будет осторожнее и не станет заводить каких-либо других отношений с кем-то еще. Ага, ну-ну. Стоило только в это поверить, как в голове, сразу же мелькнула мысль о том, что блондинка совсем потеряла разум с этой любовью. Как можно было думать, или мечтать о верности бога тьмы ей, богине любви. Афродита и сама знала, что не может быть такое чувство как любовь, преданным и верным всю жизнь. Может быть, такой глупой, на первое время их отношений, ее сделали чувства, и дальше, все будет куда проще? Далее она поймет, что все не может быть так просто, осознает ситуацию, и станет думать более реалистично? Но, кому из женщин, не хочется в жизни, думать о том, что мужчина только ее и больше никому не принадлежит? Всем, дорогие мои. Пусть даже кто-то допускает мысли о том, что ему изменяют, все равно, в душе, каждая женщина, каждая жена, подруга и так далее, будет мечтать о верности. Афродита, по сути, была такой же, как и все. Однако она умела преподнести это так, чтобы никто и не пикнул, насчет того, что богиня любви впадает в ревность, и задумывается об изменах. Да, ей, безусловно, хотелось быть единственной, неповторимой. Такой, она и была, но для мужчин, это звание, может распространиться и на других, таких же, не похожих, ни на кого, и единственных. Но к чему вся эта белиберда о верности, и желании быть единственной? Наверно к тому, что опять, наша богиня любви, собирает сумку, и собирается уже лететь в Амстердам. Амстердам - прекрасный, старинный город, со своей, огромной историей. Со своим началом без конца. там, куда сейчас так живо собиралась Афродита, они с Чернобогом назначили встречу, через два дня. Почему собирает вещи прямо сейчас? Хочет вылететь раньше, и уже быть там, когда этот прекрасный город посетит Чернобог. Она не стала брать много с собой, только самое нужное, красивое и необходимое. Для того, чтобы провести прекрасный отпуск вместе с тем, от имени которого, сердце приятно постукивает, и волнение пробирается по всему телу. Блондинка осторожно укладывает волосы, кладет расческу с собой и выходит из помещения, для того, что бы скорее добраться до личного самолета и прилететь в Амстердам раньше, чем полагалось. Афродита понимала, что сейчас в этом городе сыро, и делать там особо нечего, но кто сказал, что женщина не припрятала с собой еще парочку теплых вещей. Тем более, сколько раз они выйдут на улицу? Вот это вопрос...
Уже приземлившись, и проделав достаточно долгий путь до гостиницы, Афродита выдохнула, проходя в помещение. Там было тепло, уютно, комфортно. Чернобог, кажется, говорил что-то об этом месте, что хочет снять номер именно здесь. Афродита подходит к стойке, и смотрит на девушку приветливо. У нее сегодня прекрасное настроение. Её узнают. Как приятно, когда тебя знают, и при этом, уважительно относятся. Внутри, приятное тепло, разливается по всем органам, и Афродита выдает. - Мне, пожалуйста 567 номер. - она улыбается. Нужно ловить такие моменты, нужно хранить их, беречь как зеницу ока, чтобы только не пропала эта ясность, эта доброта в ее глазах. Но ей сообщают, что номер уже занят. Первая мысль, которая проскользнула в голове Афродиты, это та, что этот номер занял кто-то другой, но потом, что-то внутри подсказало, что не стоит так огорчаться. Возможно, что Чернобог решил раньше приехать тоже? - А кто занял его? Мужчина? - женщина за столиком, кивает удовлетворительно, и Афродита улыбается. - Да, я вместе с ним, просто решила приехать ранее. - ну как могут отказать самой Афродите в том, что она говорит, да и при этом так уверенно. Женщина проходит к лифту, и когда тот перед ней открывается, заходит внутрь. Странно. Он сказал, что будет в отеле через два дня, ровно. Почему решил приехать раньше? Афродита замялась. Внутри появилось волнение, но на лице, сияла все та же улыбка. Она не стала слишком много значения придавать такой ситуации. Ну мало ли. всякое бывает. Богиня выдохнула, и прошла вперед, когда лифт остановился на нужном ей этаже. Прошла далее до номера, и открыла в него дверь. Как странно, дверь была открыта, даже не заперта. Ну да, Чернобог вряд ли боялся бы воров, или кого-либо еще. Блондинка проходит в сторону комнаты, желая появиться совсем неожиданно, как застревает в проеме, и видит, как на кровати, разложившись, словно у себя дома, валяется брюнетка. Ещё раз... БРЮНЕТКА. Голая, вся при параде, уже полусонная. Едва та заметила богиню, как тут же вскрикнула, словно призрак пришел к ней. И этот призрак, ее бывший муж! Вот так неожиданность. Что же, узнать, что в номере был именно нужный ей мужчина, было легче простого. Пахло его парфюмом, при этом, ну Афродита же не дура. Вещи его. А этот, небось, в душе был. Или уже готовился к продолжению бурной ночи. Скот. Улыбка, словно ураган слетела с губ богини, вместо радости, и веселого настроения, появилась злость, ненависть. Да как он мог! Вот она, ревность к тому, кого любишь, кого никому не хочешь отдать. Её, значит ее. Она ни какая-то там простая богиня. Нет, Афродита другая. Этим, она отличается от многих. - Я, кажется не вовремя. - не было предела ее внутреннему гневу, и если сейчас, ее догадки будут оправданы. Лучше бы эта голая девица, сразу унесла ноги, чем потом, отдирала их от асфальта, перед этим, благополучно вылетев из окна отеля. Афродиту бы не осудили. Она богиня, на нее эта фигня не действует. - Прикройся! - на повышенном тоне приказывает женщина, и брюнетка быстро накидывает на себя одеяло. Да вы что, Афродита не останется теперь в этом месте, в этом номере. Не будет спать на постели, где лежало это тело! Теперь, когда пытаясь себя сдержать и не сорваться, Афродита дожидалась самого виновника сего торжества. Ой, ну она ему сейчас устроит райскую жизнь.

0

3

Амстердам всегда нравился Чернобог. Он был столицей разврата, наркотиков, веселья и какой-то там страны, хотя на такие мелочи отвлекался Кощей мало. Любитель искусства, в этом городе он всегда занимался  категорически другими вещами и единственной культурной программой тут было помещения музея Ван Гога. Даже у бога зла некоторые люди вызывали восторг и товарищ, отрезавший себе ухо, принадлежал к этой группе. Жаль, что лично он не был знаком с этим художником, зато теперь мог восхищаться его творениями, удачно расположенными в Амстердаме. Галлерея занимала собой целое здание в три этажа и провести там можно было весь день, иногда прерываясь на еду, а если ты бог, то и вовсе не стоило тратить на это время. Чернобог давно тут не был и давно планировал еду поездку, тем более, что в разгар войны хотелось хоть пару дней, но отдохнуть от всей этой суеты и нервотрепки.
Амстердам город красивый, но ему хотелось показать Афродите одно из своих любимых мест в Европе, точнее в том, что от нее осталось, которое он обнаружил много лет назад и с тех пор часто наведывался. Это был небольшой живописный городок Хорн, расположенный в трех часах езды от Амстердама. Изначально портовый город, символом которого является «рог изобилия» и именно этот знак преследует все в этом месте. Современный Хорн остался нетронутым не только войной, но и новыми веяниями культуры. Он мало чем отличается от города, который могли видеть путешественники, приезжавшие лет четыреста-пятьсот назад. Что особенно нравилось Чернобог, так это то, что впечатление, которое Хорн производит с первого взгляда - иллюстрация со страниц учебника истории, его типичная голландская архитектура, невысокие здания и узкие тенистые  улочками создают ощущение средневекового города, окуная богов в далекое прошлое. Раньше Кощей никого не привозил сюда, даже не собирался показывать свои любимые места на этом небольшом шарике под названием Земля, но Афро заставляла его принимать внезапные решения, выходить за линию собственного комфорта и, надо признать, Чернобогу это даже нравилось. Такие порывы появлялись в нем редко, не исключая элемента жестокости даже в любви. Афродита должна была это знать, она сама это видела и почти испытала на себе, но все равно возвращалась к нему.
Итак, прибыв в город пораньше, провел весь первый день в музее, заодно организовал себе пару рабочих встреч, в общем, с пользой провел время, но оставалось еще полтора дня до приезда Афродиты. На счет последней у него были отдельные планы. Их последняя встреча, начавшаяся с ссоры и убийства, закончилась непредсказуемо хорошо, но шокировано. Он едва смог оторваться от богини и уехать, подстегиваемый мыслью о чертовом Патрике, который был еще живее всех живых, хотя новый год уже прошел и ему пора на тот свет. С Афро они провели отличные выходные, но после бог мести все же добрался до смертного, попавшегося не в том месте и не в то время.
После этого они договорились встретить только сейчас, а впрочем, два месяца для богов не срок. Да и времени хватило, чтобы переварить и свыкнуться с мыслями о чистосердечном признании бога зла. Пожалуй, он не жалел о сказанном, ему даже стало проще и легче, что удивляло, но больше это чувство не обременяло его, не жгло изнутри при одном виде богини. Теперь оно научилось мирно сосуществовать с его темной душой и крепко спало, когда ее не было рядом, так что он никак не изменился, оставаясь прежним. Собственно, о прежнем и обычном боге зла и мести стоит вспомнить именно сейчас, ибо свободный вечер он решил скоротать в баре, подцепив симпатичную брюнетку. А кто-то ждал другого? Верности до конца жизни и на том свете? Он и так часто бывает на том свете, а жизнь бога бесконечная и не предусматривает моногамию. В толковом словаре богов даже слова такого нет или быть не должно, ведь это никак не вяжется логическими нитями с их природой.
Афродита бы взбесилась, но сейчас ее тут нету, а то, о чем она не узнает, не сможет ей навредить. Нет, он не собирался скрывать от нее или изворачиваться лишь бы скрыть свои однодневные романы. Он бог и слишком любит себя,  чтобы до такого опуститься, так что без задних мыслей флиртовал с красоткой пока та не согласилась поехать к нему в номер.
За последние дни он так вымотался, что внепланово уснул после бурно проведенной ночи и проснулся только утром, когда рассвет давным давно окрасил уже крыши домов, пробравшись на улицы и запутавшись первыми весенними лучами солнца в еще голых деревьях. Не любил он так просыпаться, когда рядом сопела девица имени которой не ведал и знать не хотел. Кощей небрежно скинул с себя руку брюнетки, поднимаясь и натягивая джинсы, пока брюнетка просыпалась от его движений и шороха постели. – Поднимайся. – сообщил, едва заметив, что девица открыла глаза и смотрит на него. – Внизу скажешь номер комнаты и тебя отвезут куда захочешь. – Не подумайте дурного! Это не вежливость, просто так было проще избавляться от одноразовых подружек. Дай ей мелочь на автобус и тут же возрастает вероятность нытья, обвинений и прочей ерунды, совершенно не нужной и не интересной богу тьмы. Было куда проще усадить ее в дорогую машинку и отправить куда подальше, что он, собственно, и делал.
Почему он так не обошёлся с Афродитой в первую их встречу? С этого стало бы так же выгнать и богиню, но тогда Чернобог не захотел. Просто не хотелось. Странно. Пожав плечами, поднялся и пошел в небольшую кухню, где располагалась кофеварка, а приветливый голос в телефоне ответил приветствием и готовностью доставить завтрак.  Сервис приятно порадовал и через пару минут дверь открылась. Обычно они оставляли тележку с подносом у двери и стучали три раза, а тут сами в номер вошли. Может, не обслуживание... И тут по помещению промчался знакомый голос. Ну все, сейчас что-то будет. Чернобог расплылся в злорадной усмешке и огляделся вокруг на предмет колющих и режущих предметов. Стоило, конечно, стереть эту нахальную ухмылку с лица, но раз уж она пришла, то месть за Патрика можно перенести на уже. – Ты очень даже вовремя! – вывернув из кухни, сложил на груди руки и подпер плечом дверной проем, - Не хочешь присоединиться? – Судя по выражению лицо богини, присоединяться та не горела желанием, а девица уже судорожно искала одежду по всей комнате, придерживая одной рукой простынь на себе. Афродита была прекрасна в гневе от чего улыбка не сползала с лица Чернобога, отдаваясь ярким блеском в глазах. - Нет, пусть не прикрывается... Такую шикарную фигуру нельзя прятать. - одарив брюнетку улыбку, тут же поймал ее непонимающий взгляд и смущенную улыбку в ответ. Чудненько. А вот Афродита никак не улыбалась, она вообще закипала, как чайник. Сама приехала раньше. Он тут при чем? Или она действительно ждала от него верности?
Ее одежда оказалась неудобно рассредоточенной по чуть ли не всей квартире, а самые пикантные части нижнего белья нашлись почему-то аж на широком и просторном подоконнике, находящимся слишком далеко от кровати, чтобы добросить туда вещи. Ночка была веселая. Ясно, никто никуда не присоединиться уже. Грустно выдохнув, поддел пальцем ее майку, осевшую на кресле и протянул брюнетке. Та замерла напротив, собираясь что-то спросить, но Чернобог не дал ей этого сделать. – Сказал же, что внизу машина. Выметайся. – его ждем что-то поинтересней это потаскушки и это «что-то» сейчас прольется на него праведным гневом и, возможно, травмами.

0

4

Пока эта брюнетка, судорожно вскочила, и начала быстро собирать свои вещи по всему номеру, Афродита оперлась на одну ногу, и стояла, ждала того момента, пока та закончит. Девушка естественно была не виновата, но для Афродиты, все были виновны, если смели тронуть ее. В особенности тогда, когда с самого утра у нее было прекрасное настроение, а теперь, Чернобог мог встретиться с ураганом эмоций, при этом, они могли еще и поссориться. Голубые глаза, горели едва ли не синем пламенем. Они стали яркими, насыщенными, словно внутри Афродиты, начинала бурлить вода, которую только недавно поставили на плиту, чтобы сварить в дальнейшим суп. М, была бы Афродита немного сложнее характером, хотя, куда еще сложнее, она могла бы представить себе на десерт, съесть не обычный суп, состоящий из этой наглой брюнетки. Но у нее уже еще с острова появилась неприязнь и отвращение ко всему, что было с темными волосами, будь то крашеные или натуральные, поэтому ком рвоты, подошел к горлу, и женщина сглотнула. Не оставляя на полу сумки, даже не раздеваясь и не пытаясь показать этой девушке, что она здесь собирается остаться, Афродита смотрела за тем, как та продолжала бегать по номеру. Что за идиотка! Она начинала ее выводить. Начинала действовать на нервы, и вот, блондинка делает шаг вперед, глаза ее сощуриваются, но она не успевает ничего ляпнуть той в лицо, как из небольшой кухни, выплывает это неверное чудовище. Оседая, и переступая с ноги на ногу, Афродита выпрямляется, а ведь она еще и на каблуках. Стройные ножки, выпрямляются во всю длину, и эта модель, с легкими, струящимися по плечам локонами, смотрит уже ядовито на мужчину, который умудряется язвить ей. Прекрасно, он как всегда играет восхитительно, жаль, что сегодня Афродита уже не будет принимать его шуточек, пусть даже не думает. Возможно, для нее это будет месть? Чернобог действительно решил все это превратить в месть ей за Патрика? Боже, ничего лучше уже придумать не мог, родной? Афродита вздыхает. - Больно надо, присоединяться к этой никчемной земной твари. - она не скрывала своего недовольства. Этого не нужно было. Девушка с испугом посмотрела на яростную богиню, и сделала шаг в сторону, чтобы приподнять свою футболку. Какой вежливый, и учтивый приятный мужчина. Ой, подал ей бедняге забеганной маечку. Других слов не было, и не будет. Лучше так, чем крыть мужчину благим матом, не скрывая при этом разгорающегося чувства ревности. Да как она могла вообще трогать его? Как эта мерзавка, посмела спать с ним? Собственничество, одна из тех качеств, которая даже Афродиту бесила. Да, она никак не могла свыкнуться с мыслью, что так будет постоянно. Боги не могут лишить себя возможности переспать с кем-то из землян. Жаль. Она могла бы его лишить возможности вообще этим заниматься... Но для себя самой, не выявила никакой выгоды, поэтому закрыла тему, быстро и надежно спрятала в темном уголке. - Пф, тоже мне, тело. Она уродина, ей пора бы это узнать. Сколько ей? 30? ты плохо сохранилась, деточка. - язвит, прям ну изливается ядом, уже захлебывается им, потому что даже голос Афродиты, больше не несет никаких нежных ноток, как должен был бы. Впору вспомнить о том, что эта дама, может разгромить всю гостиницу, не оставив и кирпичика. Брюнетка перестает улыбаться, и ждет чего-то от Чернобога. Чего? Похвалы? Собачонка требует лакомства от своего хозяина? О, какая милая картинка. Боже, это трудно забыть. Эти преданные глаза, переполненные радостью о прошедшей ночи, видимо бурной, если эта коза, скакала по всему номеру, в поисках отдельных частей своего гардероба. Жаль мозги, эта девица, все же дома оставила. Хотя, только такие бестолковые девицы, нравятся мужчинам, которым не нужны с ними отношения, только на одну ночь и все. Ну что же, такой Афро не была, и не хотела быть. Она не признавала себя женщиной на одну ночь. Нет, если она проводила время с мужчинами, то обычно, это повторялось и не раз. Что же, возможно сейчас, Афро была такой злой, только потому, что все это время, два месяца, она не спала ни с кем. Нет, не потому, что так влюбилась в Чернобога, не потому что хотела ему сохранить верность, а потому, что было много дел, и она устала, и ехала в этот город, для того, чтобы побыть с ним. Рядом с тем, в кого влюблена, к кому чувствует большие искренние чувства. Но тут, эта голова, которая теперь, мелькала перед Афродитой, выгнанная Чернобогом. И он еще ей машину заказал? Ну, нет. Афродита останавливает эту девушку, смотрит на нее, проведя своей рукой по ее плечу, а потом опускается, и поднимает часть ее нижнего белья, а именно, бюстгальтер. - Ты, ничего не забыла? красотка. - язвит, издевается. Открывает дверь, и выкидывает ту вещицу в коридор. С таким видом, словно выгоняет провинившуюся уборщицу. - И да, кстати. Не смей садиться в дорогую машину, зайка. - выталкивает ее из номера. - ее займу я. - закрывает дверь за ней, и смотрит на Чернобога. - Приятно было тебя увидеть, но вижу и без меня, тебе тут не плохо живется. - богиня смотрит на себя в зеркало, проводит рукой по своей щеке. - Ну пока. - кидает Кощею, и разворачивается в сторону двери, открывает ее, и медленно выплывает в коридор, осматриваясь. Куда сейчас идти. Оставаться в этом отеле нельзя, а возвращаться в Грецию, не вариант. Уже приехала же. Нужно было теперь, решить куда поехать.

+1

5

Дело не в сексе. Сам по себе он явление отличное, просто прекрасное, но как у вина у него есть свое послевкусие и именно это остаточное явление часто недооценивают. Ночь может быть чудесной, прекрасной, страстной, романтической или жесткой с уклоном в БДСМ, но утром все равно придется столкнутся с тем, что спит рядом. А иногда утром предстоит столкнуться еще и с тем, что за окном – другой город, например. Эта комната, которая ночью была огромным залом для горизонтального танго, теперь сдавливала, мешала каждым клочком мебели, особенно тем, что спал на твоей постели. Срочно выгнать, срочно долой. Кощей не любил утреннего просыпания вместе, не любил утреннего секса и вообще предпочитал не делить свое ложе так долго с кем-то, тем более из смертных.
Единственным исключением из этого всего была Афродита. Он действительно ждал ее, хотел показать ей одно из своих любимых мест, а затем провести шикарные выходные в великолепном отеле не вылезая из номера. Это куда больше, чем секс. Для него это куда больше. Уверен, Афро тоже поняла бы, но в данный момент она закипала от гнева, пока попавшая под гнев богов девица металась по номеру в поисках одежды.
Сначала Чернобог подумал, что она шутит. Ну правда, как она могла подумать о верность? Как такая мысль вообще могла явится в ее светлую головушку! Тем более ей, Афродите! В ответ на этот мысленный вопрос Кощей только покачал головой. – Да что с тобой! – В конце концов возмутился Чернобог, глядя сквозь брюнетку на Афродиту. Но ответа дождаться было не суждено. Богиня просто прожигала дыру в земной блуднице, меча в нее молнии одним взглядом на зависть Зевсу. И тут до бога мести дошло с чего это Афродита так разошлась: она ревнует! Брови сами удивленно поползли вверх и изогнулись. Нет, он знал о способности женщин ревновать и питать чувство собственности, но чтобы этот недуг постиг и богиню любви... Хотя, ему ли судить. Поменяйся они местами, так бедный смертный не отделался бы так просто, как сейчас удавалось выжить брюнетке. – Ей 25 и... – Чернобог быстро заткнулся, так как продолжение фразы в стиле: « и это куда меньше, чем тебе» грозило вероятностью больше никогда не заняться сексом ни с кем. Женщины! Они такие чувствительные.
Все мы хотим быть сильным. Постоянно и каждую минуту, не давать себе послаблений, быть на чеку и успеть вовремя сориентироваться, управится с любой проблемой, но проблема в том, что так не бывает. Просто не может быть. И слабости настигают нас, а нам остается лишь найти способ с ними справится, преодолеть их. Даже боги не были исключением и темные бог тем более. Она стала его слабостью, но чертовски приятной слабостью. Бог зла вдруг полюбил и не хотел отказываться от этого, терять или просто так отпускать от себя. Но, пока что его слабость грозила разнести отель в пух и прах, если это его ночное приключение сейчас же не уберется из номера.
И машину ей не оставила. Кощей хохотнул и возвел глаза к потолку. Что за женщина! Все происходящее веселило бога зла. Афродита в гневе была прекрасней обычного, такая грозная богиня, что бог зла даже залюбовался зрелищем, пока его внимание не привлекла та сама брюнетка. Что ей еще надо? Ах да, Афро запретила ей садиться в машину! Какое ему дело? Вселив в девицу страх и ужас заставил со скоростью света помчаться прочь с этажа и отеля.
- Куда собралась! – возмущенно дернулся бог зла, когда Афродита собралась на выход. Это еще что за новости! В секунду Чернобог переместился из номера в коридор за собственную дверь. Афро догонять даже не пришлось, он просто встал перед ней и уперся рукой в стену, преграждая путь, куда бы она не собралась. – Ты должна была приехать послезавтра. – недовольно отчеканил бог зла, столкнувшись с холодом голубых глаз. – Чего ты ждала от меня? Вселенской верности? Чего? – Какой бред! Почему им вообще приходится о таком говорить! И как именно бог мести дошел до этого! На шум и его голос начали выглядывать люди из соседних номеров, интересуясь, все ли у них в порядке. Недовольно покривившись, он взял ее за локоть, втолкнув обратно в номер. – Хватит уже. Зачем ты ведешь себя так, слово я твоего любимого котенка на дерево закинул! – он правда надеялся, что Афро быстро уймет свой гнев и осознает его абсурдность, но не тут то было. Блондинка просто рвала и метала, грозя завалить его останками отеля, так что Кощей не выдержал, весело подскакивая к ней. - Ты такая сексуальная, когда злишься! - взяв ее лицо в ладони, расплылся улыбкой и поцеловал в губы, не давая вывернуться.

+1

6

Так хотелось сейчас забыться, где-нибудь из баров в этом городе, чтобы больше не видеть эти глаза, чтобы не вспоминать об этой брюнетки. Да, возможно все это было абсурдно, возможно она ревновала зря, но Чернобогу никогда не понять, что скрывается за этим. Любовь, желание видеть рядом того, кто подставит свое плечо, и поможет пережить веселое настроение, или грусть. Что же, это был не Чернобог, и Афро давно нужно было понять, как действует этот бог. Возможно, впервые за столько лет, девушке хотелось чего-то постоянного. Ну, пусть ненадолго, пусть не навсегда. Она не требовала от него ничего, однако от чего-то, выйдя за пределы комнаты, Афродита ощутила себя одинокой. Ужасно одинокой, что совсем для нее было не свойственно. На глазах, кажется, появилась сырость, но это лишь от того, что глаза устали от перелета, от того веселого настроения, которое быстро прошло. Почему она не додумалась о том, что может увидеть здесь, прилетев ранее. Нет, она не думала об этом, ведь он должен был посетить город позже. Так же как и она. Сказка кончилась, и Афродита снова трезво посмотрела на мир, своими голубыми глазами, переполненными желанием сейчас раствориться где-то. Когда-нибудь, может быть, Чернобог поймет, почему так поступила сейчас богиня. Почему она сгорала от ревности и ненависти. Может до него дойдет. Она женщина, она не мужчина, который может спокойно забыть, и завтра же пойти, и переспать с еще одной девкой, при этом, еще и намекнув тонко на возраст, своим лестным замечанием, в сторону этой брюнетки. Да, но Афродита выглядела куда лучше нее, не смотря на то, что была не так молода. А вообще, кто это сказал, что Афро была не молода? Для богов, такой возраст, который был сейчас у богини любви, совсем малость, она еще ребенок. Если смотреть на расчеты, и подсчеты. Неужели, Чернобог хотел этим ее уколоть? Ну неужели она не поняла? неужели Чернобог думал, что Афродита не заметит этого намека. Он и сам не молод, даже старше, наверняка. Но сейчас, об этом говорить не было смысла. Да, она хотела сбежать, побыстрее отсюда уйти, чтобы не видеть того, кого так сильно полюбила. Сердце сжалось. Сейчас, богиня пожалела, что у нее есть сердце. Чернобогу повезло, в какой-то мере. Он мог просто забыть об этом, и пропустить мимо ушей. А вот Афродита не могла сделать этого. Она смотрела вперед, сейчас, рассматривая эту ковровую дорожку в коридоре, красную, привлекательную. Афро не знала, куда ей идти. Она не могла даже придумать. Но решила не останавливаться на месте. Хотя, ей не дали даже сделать шага. Сию же секунду, перед глазами возник он. Возмущен? Отлично, возмущайся больше, не понимай, привыкай, как она привыкала к тебе, как она, терпела все твои выходки, стоило тебе лишь показать свой истинный характер. Да, и она могла быть не предсказуемой, и она могла делать такие вещи, которые поставили бы его в тупик, заставили злиться тоже, ненавидеть ее за то, что она ревнует, пытается лишить его драгоценной свободы. Ей было его совершенно не жалко. - А приехала сегодня. И пожалела, что хотела сделать тебе приятно! - отвечает так быстро, что даже успевает шикнуть, или рыкнуть ему в лицо. Да, этот огрызок еще умеет рычать, и шипеть. Мало того, Чернобогу крупно везет. Она не выпускает коготки свои. Пока что не выпускает. Он не дает ей сделать и шага, стоит прямо перед глазами, маячит. Надоел! Хмыкает Афродита, и скрещивает руки на груди. Не будет она отвечать на эти вопросы. Глупые. Сам не видит, что она ждала другого, как и он тогда, когда пришел к ней перед новым годом. Да, они вместе слишком не предсказуемые в этих ситуациях, и слишком ревнивы к тому, что является их собственностью. Если Чернобог решил, что не может стать ее собственностью, ой, он глубоко в этом заблуждался сейчас. - Мне надо было вообще не приезжать! Может быть, ты бы провел еще парочку незабываемых ночей с этой козой! - как не стыдно было ругаться, такой прекрасной женщине, на весь коридор. Ей было все равно, как много внимания она привлекает, или кто на нее сейчас смотрит. Абсолютно плевать. Кощей не выдержал первым. Ему, видимо не хотелось, чтобы их ссору, их конфликт видели другие отдыхающие. Он затаскивает упирающуюся Афродиту обратно в то помещение, которое ее теперь бесит, раздражает, и от которого ее тошнит. Все здесь, уже сейчас, стало напоминать ей о том, как он провел ночь с этой брюнеткой. Даже не зная ее имени, она уже ненавидела и проклинала ее всеми силами, стараясь надумать так, чтобы та упала, или у нее что-то случилось. - Я должна сейчас стоять перед тобой, и говорить какой ты молодец, что отжарил эту телку?! - она еле успевает высказаться, как только его губы, быстро покрывают ее, не давая ей вывернуться. Думал, что у нее не выйдет вырваться. Мало того, эта богиня отдергивается, бьет богу тьмы по щеке, оставляя на ней красный след, и вытирает свои губы кистью, что уже освободилась от сумки. Та, в свою очередь, благо не полетела в голову богу тьмы, а упала на пол, и застыла. - Не трогай меня! И не целуй меня своими губами! - морщится, словно от кислого лимона, и отталкивает от себя бога тьмы. - Не нужна мне сто лет твоя верность! - хмыкает. Такая серьезная, уверенная в себе, но полная ненависти, возмущения. - Раз уж я должна приехать только послезавтра... - передразнивает бога, словно ребенок. Ну и что. Пусть она похожа на ребенка. Какое кому дело. - То эти два дня, не стану тебе мешаться под ногами! Иди к своей брюнетке! Заждалась, небось, своего кролика! - и тут, Афродите надо было что-то разбить. Или поджечь... У нее даже была такая мысль. Но она не сделала ни того, ни другого. - Фу! Мерзость находиться в этом месте! Пусти меня! - требует, чтобы уйти, чтобы сейчас просто развернуться и уйти, больше не обращаясь к этому разговору снова. Она хочет найти другой номер, другое место, не важно. Только не оставаться здесь, когда ее прекрасное воображение, славно представляет ей картинки прошедшей ночи. - Пойду, найду себе кого-нибудь. - хмыкнула богиня, и повела носиком.

+1

7

Есть вещи и материи, которые не подвластны даже богам. Это сама природа, какие-то силы вселенной и судьбы, в полном ее размахе, решающие, что должно с ними быть, сталкивают несовместимые компоненты в надежде отыскать новое развлечение. Иногда трагическое, а иногда не предсказуемое. Бог зла никогда бы не признал о существовании факторов, связывающих богов и людей, но они существовали и одним из них была химия. Обычная простая химия, не подчиняющаяся практичному и расчетливому мышлению бога мести, но где-то на подсознательном уровне он ощущал ее. Эта связь, протянутая между двумя существами, которая не дает им разойтись в разные стороны, тянет и толкает на поступки, совершенно не свойственные ни одному из них, на чувства, не прописанные характером темного бога и богини-искусительницы. Афродита не должна была ревновать и выскакивать в коридор с влажными глазами, это было в корне не верно, как и все последующие действия Чернобога. Ему бы махнуть рукой: решила уйти, так скатертью дорожка. А вся их кошачья драка была лишь женским делом и никак не трогала бога тьмы. Кстати, последнее было правдой, а вот гнев Афро ему не нравился. Какого черта она так разошлась! Да, ревность и собственничество могли влиять на нее, но где же спал в это время здравый смысл? О чем это он! Какой здравый смысл у влюбленной женщины, заставшей объект своего желания с другой. 
Афродита так и излучала ненависть всеми возможными способами, ругаясь чуть ли не матом и обзывая несчастную брюнетку так, что та, вероятно, уже попала под автобус. Все было очень весело, пока она не извернулась из его рук, влепив звонку. пощечину. Кощей не успел вовремя увернуться, только дернувшись ровно на столько, чтобы ноготки богини черкнули по скуле, оставляя красную полосу. Нет, это уже слишком. – Не трогать?! – рыкнул бог зла, хватая ее за оба локтя и деркая на себя. В этом движении не было ни нежности, ни желания оказаться поближе, только контроль действий ее рук, живое доказательство безысходности ее положения. Он весь сосредоточился, каждой клеточкой тела улавливая ее движения и возможные действия. – Тебе обычно нравится, когда я тебя... – он нарочно сделал многозначительную паузу, ехидно улыбаюсь с самым злорадным видом, - ...трогаю. – хохотнул на последнем слове, специально оставляя ей место для раздумий. Можно было и самому озвучить нужную формулировку, но ее фантазия подберет в паузу сразу несколько значений и все они ей не понравятся.
Она злилась не по делу и это выводило Чернобога. Не столько поведением, сколько тем, что он собрался сделать что-то несвойственное себе, а Афродита устраивает ему сцену . Подумаешь, девица попалась под руку. С кем не бывает. – Ты зато святая! –отпустив ее, не отошел ни на шаг. – Со своим Патриком чем-то другим занималась? В шахматы ночами играли и стихи читали? О, милая, я же знаю твои склонности! Небось трахались как кролики! И до него и после! – Разве он не прав? Прав. Еще как прав. Афродита не была примером благочестия и верности, зато его тут же обвинила. Он прекрасно понимал, как делает ей  больно и что Афродите бы найти себе кого получше, кто мог бы ее просто любить нормальной любовью, а не той извращенной формой теоретически светлого чувства, что могла выродиться в душе бога мести. Но, он эгоист до мозга костей и не способен отдать свое, отдать то, что ему нравится, что он любит, ради счастью кого-то другого.
- Иди куда хочешь. – размеренным холодным тоном кинул в нее бог зла и отправился на поиски своей рубашки. Нет, вы только посмотрите! Она таки собралась уйти. Кощей закатил глаза, натягивая искомый объект и, обернувшись волком, в один прыжок преодолел расстояние до богини, снова оказываясь на ее пути уже в человеческом обличии.
- Кого ты искать собралась, детка? Приехала сюда из-за меня, ревнуешь, от этого и злишься, при чем не только на меня, но еще и на себя. Никуда ты не пойдешь. – на последней фразе делает шаг к ней, нагло прижимает к себе одной рукой и в следующий миг отпускает в совершенно другом помещении.
Это был номер отеля на шестнадцатом этаже, кажется, огромный и просторный, не в пример тому, где они находились секунду назад. Этот занимал два яруса, услужливо предоставляя огромный балкон с террасой и чудесным видом на парк и озеро, за которыми виднелись шпили местного замка, создавая ощущение, что они находятся в противоположном королевстве на другой стороне леса. Чернобог любил это место за то спокойствие и умиротворение, подаренные каждым приездом, но в этот раз все оказалось иначе.
Номер предназначался не для скандала и все в нем просто кричало об этом. Тут должны были пройти отличные выходные, но буря вот-вот уничтожит все планы. – Может, здесь тебе будет не так мерзко! Или это мое присутствие так влияет на тебя? – риторический вопрос. – Говоришь, верность моя  не нужна? Отлично! Так чего ты истерику тут устроила! – он говорил и с каждым словом голос становился все ниже и отстраненней, температура в комнате понижалась, а медленные шаги заставляли Афро непроизвольно пятиться назад, пока она не встретила на своем пути кресло, свалившись в него. – Ты знаешь, что мне плевать на нее, даже имени не знаю... или не помню. – нагнулся ниже, вкрадчиво проговаривая каждое слово, - Надеюсь, дело не в том, что она брюнетка? Знаешь, из-за тебя я не могу спать с блондинками. А ты ведешь себя, как капризная девчонка. Не собираюсь реагировать. – недовольно посмотрев на Афродиту, оттолкнулся от кресла и сел на стол в метре от нее. Пусть буянит сколько хочет.

+1

8

Весь этот спор ни к чему был. Афродита должна была это понять. Она должна была быть умнее, стерпеть ту выходку, и не начинать скандала. К чему он, все равно Чернобог не услышал бы от нее слов о том, что она требует от него верности. Да, все же они теперь в расчете, и Афродите больно, но ей было больно уже много раз, а его, она уколола всего лишь раз. Её можно понять, можно простить за то, что она не сдержалась, случайно вырвалось это с ее губ, и она ничего не смогла сделать с этим. Эмоции, снова захлестнули ее, она хмурилась, пыталась вырваться, старалась больше не подходить ближе к нему, чем на пару шагов. Её глаза бесились, светили голубым пламенем, и унять его она не могла. Просто потому, что не хотела. Сейчас, нужно было успокоиться, но как это сделать, тогда когда замолкает Афродита, начинает говорить Чернобог. Начинает рвать и метать, тоже злиться на нее, потому что глупая блондинка, решила, что может просить его о верности, или даже надеяться на нее. Афродита не надеялась, она понимала все, но не могла для себя решить этого, не могла сейчас смотреть на него, потому что обиделась, потому что не могла представить его рядом с другой. Да, у него была жена, брак уже, сколько лет, нет, точнее веков, длился, но она не ревновала его к этой женщине, даже не зная ее, она не могла просто так. - А сейчас, мне не нравится! - строго говорит Афродита и отстраняется, в тот момент, как раз когда мужчина отпускает ее два локтя, немного отталкивая, но при этом,  не отходя далеко. Да, это сейчас и кончится. Кончится все, рухнет, разлетится на мелкие кусочки, которые потом нельзя будет собрать. Она хочет кричать на него, обзывать его, ругать, только потому, что хочет заглушить собственную ревность. Да, она злится на него, на себя за то, что не смогла удержаться, за то, что показала свою слабость. Ужасное чувство - ревность. Оно убивает, ломает человека, делает из него тряпку, а не сильного воина, готового в любую минуту дернуться с места и защищать свои чувства. А что делала Афродита? Защищала себя, сейчас, она делала только это, не смотря на то, что должна была как можно сильнее держать его, только сейчас, женщина скорее отпускала его в свободное плавание, пусть и не хотела этого. Нет, она должна уйти, иначе здесь будет погром, иначе она здесь все разрушит, никто и оглянуться не успеет, как весь отель, превратиться в руины, которые больше никто не сможет восстановить. Он отпускает ее? Сейчас? ну и ладно. Афродита не станет бегать за ним, она слишком гордая для того, чтобы остановить его, прекратить его поиски, и попросить обнять, поцеловать, простить. Сейчас! Не дождется. Неужели действительно думал, что она остановится, неужели, он думал, что она настолько глупа, что не сделает так, как сказала? Да сейчас. Пусть больше думает. Афродита делает шаг в сторону двери, но не успевает выйти за нее, как видит шерсть, мелькнувшую прямо перед ней, а потом и самого Чернобога, уже ставшего человеком. Как это может быть? Он не отпустил ее. Сказал ей идти, куда она хочет, она и уходит. А сейчас, он так нагло прижимает ее к себе, и говорит, что никуда не пойдет? Наивный. Афродита начинает вырываться, но у нее не получается. Она просто извивается в его объятиях, однако когда освобождается, оказывается уже совершенно в другом месте. Ей не важно то, куда он их направил, но места для разборок стало еще больше. Он отпускает ее, и Афродита осматривает помещение, но не так медленно, а быстро, мельком. Ей бы тут понравилось, она была бы в восторге от этого места, если бы другой был момент. Если бы не началась эта ссора. Она вывела из этого дня урок, который можно было записать в блокнот, чтобы не забыть. Никогда, больше никогда не будет приехать раньше, никогда больше не станет делать кому-то сюрпризы. Пора бы уже начать учиться на своих ошибках, и прекращать их совершать. Когда богиня присела на кресло, и посмотрела на Чернобога, ее глаза стали уже более-менее спокойными, но не настолько, чтобы прекращать разговор прямо сейчас, и кидаться к нему на шею, обнимая, и целуя в губы. Нет, для начала, нужно было закончить всю эту тему, а потом уже перейти к другой. Они перешли на повышенные тона уже давно, но только сейчас, хотелось кричать и кричать, чтобы доказать свою правоту. - А если бы я даже и просила о ней, хотела верности, был бы от этого хоть какой-то смысл?! Был!? Ты бы все равно не стал мне верен. Ведь жизнь настолько не предсказуема! - хмыкнула Афродита, встала и прошла через все пространство, которое было свободно, и остановилась около окна, посмотрев в него, а потом медленно провела себе по глазам, и лицу. Хотелось сейчас побыть одной, и больше, чтобы никто не трогал, никто не требовал от нее ничего отвечать. А об этом ревности, хотелось бы забыть навсегда. - Да какая разница?! Какая!? Важно ли тебе ее имя, или нет! Мне это важно! - повернулась настолько резко, что в глазах потемнело, а потом выдохнула и снова развернулась к окну, не желая видеть сейчас его глаз, или просто его спины. - Хм, ну да. - начинает Афродита, театрально состроив мордашку, но не смотря на Чернобога. - Я веду себя как капризная девчонка, зато та, ведет себя слишком уверенно. - скрещивает руки на груди. Это заводит ее, подогревает ее гнев. - Так что же не поинтересовался о ее номере телефона, умник? Раз она не капризничает, и потакает тебе как собачка!? - снова эти повышенные тона, восклицания, и попытки ничего больше не узнавать. Она хочет закрыть глаза, закрыть уши, чтобы больше не слышать его слов, даже не смотря на то, что ей уже хочется забыть обо всем, и просто жить. Но с ним ли рядом? - С чего бы это? Блондинки тебя перестали волновать. Из-за меня? В чем я снова провинилась? - поворачивается к нему, и делает пару шагов. - Чем так не нравятся светленькие? м? Противны? Брюнеточки поживее? - ядовито замечает Афродита, и ее губы, немного дергаются, стоит ей только перестать говорить. Она хочет что-то еще сказать ему, но остывает и делает шаг назад, снова поворачиваясь к нему спиной. Она не может сейчас отступить. - Пусть даже и хочу твоей верности... - тихо говорит девушка, но понимает, что эти мысли вслух, он сможет услышать. - Но это из принципа не будет возможно. - голубые глаза богини устремляются в даль, за окно. Она словно проникает через все это, и оказывается на промокших от дождя улицах. Где-то бродит там, ведь с этого этажа, даже город как на ладони, можно запросто пройтись по всем его местам, не забыв ни одного. Больше, она ничего не говорит. Не хочет, потому что продолжать. Она сказала все, что ей хотелось высказать. Теперь, она будет собираться с мыслями, и медленно остывать, стараясь больше не навредить их отношениям. Вопреки всему, она любит его, и отпускать не захочет никогда.

+1

9

- Ты бы все равно не стал мне верен. Ведь жизнь настолько не предсказуема! – на этой фразе Кощей округлил глаза и поднял удивленный взгляд на затылок Афродиты. У него слуховые галлюцинации или она действительно произнесла это вслух? – Непредсказуемость жизни? Правда? Это твоя причина? Ты, кажется, забыла с кем разговариваешь, кем я являюсь! – Бог зла не было синонимом бабника, отнюдь, просто он всегда брал то, что хотел. Город, страна, селение, новый бунт или очередная симпатичная задница. И разрешения ему не нужно было, ровно как и дозволения. Тем более, дозволения.
– Что же ты не спросила ее имени, раз тебе так важно! Спешила выставить поскорее, радостно окунулась в свою ревность, которую не должна испытывать! Мало ли сколько смертных или богинь побывало у меня в постели – они все не имеют значения, просто развлечение и не больше, но ты умудрилась сделать целую проблему. Правда, Афродита, ты хочешь устроить богу зла скандал на почве ревности и потребовать верности? С ума сошла совсем? – откинув голова на спинку кресла, куда умастился, чтобы видеть Афродиту, закатил глаза. Эта женщина его доведет. Вот правда. Тысячи лет он был спокоен, а тут появилась она и подняла целую бурю,ругается и возмущается на него, совершенно уверенная в своей безнаказанности, способности укрыться от его гнева. Самое мерзкое было то, что и сам Чернобог знал о собственном нежелании причинять ей вред. Ну, или сильный вред.
На все упоминания о брюнетке он изобразил только смешок, одаривая Афро улыбкой, когда та оборачивалась Сам Чернобог удобно сидел, уложив руки на поручни кресла, словно восседал на троне и созерцал пререкания смертных. Кажется, та девица где писала ему свой телефон, но бога тьмы это мало интересовали. Одного раза с красоткой вполне хватило, чтобы утолить собственный интерес к ее  телу. Но он промолчал. Отвечать на небрежно кинутые фразочки богини уже начало надоедать, что в принципе было бы хорошо, если бы не один факт. Молчание и спокойствие бога мести – это лишь затишье перед бурей и вопрос времени, когда его прорвет. Каждое ее слово капало в чашу, норовя переполнить ее, сорвать с цепи буйного бога тьмы.
- Знаешь, как говорят: жизнь без брюнетки, как чай без конфетки. – Она его достала. Совсем достала этой речью и очередным упоминанием брюнетки. Толкнувшись руками, поднялся с кресла и быстро подошел к окну, где стояла Афродита, останавливаясь в полу шаге за ее спиной. – Хватит болтать об этой потаскушке! – не говорит, рычит, оборачивая ее к себе лицом, сам становясь спиной к окну. – Сколько можно. Я тебе не ручной котенок и не один из твоих смертных фанатиков. – глаза полыхнули недобрым огнем, покрываясь темной пеленой гнева. Внутри все горело ясным пламенем от той злости и раздражения, что Афро старательно взрастила за пару минут. – Пока что ночь с ней была куда лучше, чем последние пол часа с тобой! Возможно, тебе стоит позаботиться теперь о том, чтобы исправить все! – Нечего было его злить. И другая точно испугалась бы, но он был уверен, что Афродита не только не подаст виду, но и не испугает. В какой-то степени это было хорошо, но часто раздражало, подпитывая негативные эмоции.
Кощей, конечно, понимал, что ему бы заставить Афро успокоиться, а не раздувать этот костер ненависти и гнева, но пока еще не мог остановиться. Толкнув ее на кровать, наблюдал, как золотистые волосы разливаются по атласным простыням, а голубые глаза вспыхивают очередной порцией гнева. Если богиня что-то и хотела сказать, то так и не успела, мгновенно оказываясь под богом мести. Он толкнул ее колени своими, раздвинув, чтобы лечь между ее ног и прижал кисти рук к постели, едва надавливая на нее своим весом, нервно дыша и бегая по ней злым потемневшим взглядом. Что он собрался делать? Насиловать ее? Бред какой, зачем! Не то, чтобы его когда-то останавливала эта мысль, а вот идея о вероятности тотального разрушения из отношений таким поступком заставила задуматься. Застынув на месте, посмотрел ей прямо в глаза, ослабив хватку рук, но все еще придерживая, на случай, если она решит снова его ударить.
Выдох. Выходные становились не в пример ужасными и совершенно далекими от того, что было запланировано. Тем более, он не собирался рушить ту тонкую и хрупкую связь, удерживающую их вместе. – Хватит. – то ли ей, то ли себе, шепнул бог, опускаясь ниже к ее губам, мягко касается их, надавливая своими и заставляя Афро приоткрыть рот, впуская его. Она напряжена, не хочет быть рядом с ним, жаждет сопротивляться и ударить побольнее, но не может. Просто лишена этой возможности, как и способности двигаться. Целует ее, пытаясь успокоить этим действием обоих, поглаживая пальцами сжатые кисти рук богини, потому что хочется обнять ее, ощутить тепло тела и получить ответ. Боги могут многое, но ни одному из них не дано повлиять на свободу выбора другого, а Кощей упорный. Он пытался, целуя ее, пока не получил хоть намека на ответную реакцию.
Нет, он не отпустит Афродиту, пока та не уймется, хотя теперь для этого мало поцелуя. Словно волны откатывали прочь от берега, оставляя голый песок, разодранный когтями стихии, как лапами волка, поймавшего свою жертву. Все еще держит ее, отрывается от губ, но не отстраняется. – Брюнеточки не поживее, - едва удавив неуместный смешок, повторил ее слова, - дело в другом. – буря эмоций блестела в темных глазах, устремленных на Афродиту, всматривающихся в ее лицо и голубизну гневного взгляда. - В каждой блондинке я ищу тебя, но не нахожу. Ни одна женщина не может сравниться с тобой, пусть она будет хоть богиней. Это неконтролируемое чувство, оно абсурдное и нелогичное, не поддающееся уничтожению. И я ненавижу его в себе, но никак не избавлюсь. – рискнул отпустить одну руку, чтобы своей провести по волосам богини, тыльной стороной ладони по щеке, ощущая нежную кожу, и снова поцеловать. В этот раз настойчивей, подаваясь немного вперед и вдыхая ее знакомый аромат, по которому скучал.
– Не позволю уйти. Не сейчас. – смотрит ей в глаза все тем же темным взглядом. Он физически ощущает, как в нем происходит борьба, как он наступает на горло своей природе, ломает и переступает через себя. Все ради нее? Неужели правда любит? Любит. Давно знает об этом. – Я хотел показать тебе одно из своих самых любимых мест на планете. – с долей сожаления кинул в нее Кощей. Афро была первая, кто посетил это пристанище в компании бога зла. – И если тебе так важно, то ты первая женщина, что появилась тут со мной. – Он действительно раньше приезжал сюда, когда хотел побыть один, отдохнуть и просто забыться. Теперь же рискнул поделиться с Афродитой. Сейчас это решение уже не казалось ему таким отличным.

Отредактировано Chernobog (05.08.13 00:28)

+1

10

Все было так запутанно. В одной этой истории, столько было подводных камней, с которыми афродита не могла никак смериться. Нет, не из-за того, что женщина как-то была приближена к смертным, чьи чувства сейчас испытывала, но была самой собой, и тем самым, ненавидела себя, за проступки, за глупость, совершенную ради любви. Хотелось забиться в угол, как делают люди, маленькие дети, чтобы побыть одной, чтобы успокоить в себе тот гнев, который разжегся, и не прекращается, только потому, что с каждым его словом, хочется ответить еще больше слов, еще больше и сильнее поддеть его душу, показать, что она может, как богиня, может требовать все, что пожелает, не важно, получит ли того взамен. Ей стоило бы отступить, но упертая натура, даже такой прекрасной, нежной, доброй женщины как Афродита, не могла отступить, не могла уступить место приятному теплому ощущению, медленно проникающему во все тело. Она готова была бы смириться, готова была всегда принимать его таким, такой он есть, но дело принципа, останавливало, и заставляло дальше бороться за собственные чувства, униженные, и оскорбленные даже во время этого не простого разговора. Она все никак не может сказать ему свое твердое слово, после которого, он стал, возможно, относиться к ней по-другому. Афродита уже давно хочет сказать, что она не его служанка, и повиноваться, делать так, как ему бы этого хотелось, не станет, если сама не захочет. Чернобог, возможно надеялся, что в Афродите, в богине любви, он найдет женщину, которая не в силах будет сказать, вставить свое слово, будет всегда, такой покладистой и верной, и только он сможет делать все что пожелает,  но нет, этим мечтам не дано сбыться. Афродита слишком любит себя, чтобы попросту подчиняться, даже не пытаясь сделать так, как лучше было бы себе. И вот сейчас, эта бесконечная борьба, наверняка уже нацеленная на то, что хоть кто-то из них сдаст позиции, переступит через себя, и сделает правильный выбор. Но это будет точно не Афродита, она слишком сильно оскорблена, слишком много уже услышала из его уст, и не намерена больше выслушивать о себе гадости, даже те, которые мужчина скрывает в собственном сознании. Она ведь видела, знала, что ничего просто так не бывает. Он думает гораздо больше, чем говорит, и это еще сильнее обижало, еще больший отпечаток, оставляло в душе. Она говорила, так как есть, пусть это было и безумно, но на такие безумства, она готова ради любви, и богиня понимает это. Неужели бог тьмы, не может понять, как важно для нее было это. Если бы глаза богини не видели всего того, что разворачивалось в номере, возможно, она не стала бы разводить сцену ревности, и показывать ему все свои чувства, словно на ладони, но так вышло. Он сам такой, неужели не понимает? Он уже убил бы того, с кем посмела переспать афродита, даже не задумываясь, даже не разбираясь, не потому, возможно, что ревновал, а потому что уже посчитал афро своей вещью. Она не была его, не принадлежала ему целиком и полностью, поэтому так же была вольна делать, что вздумается. Его бы это тоже взбесило, но стоило бы только Афродите начать этот разговор, Чернобог стал бы еще больнее обозлен на нее, нежели сейчас, когда он держал ее за печи, повернутую к себе и смотрел в глаза. Голубые, переполненные ненавистью. Она смотрела абсолютно в такие же, когда его глаза, темные, бездонные, больше не привлекали, а только лишь отталкивали, отвращали. Афродита не знала, как это прекратить, возможно, и не нужно было. Ведь когда-то, они же должны все это выяснить. Пусть все пало на эти выходные, не на другие, но им придется выяснить отношения сейчас, и постараться не навредить им. - Не смей мне так говорить! - требует Афродита, гневным голосом, на то, как Чернобог нагло отзывается о том, что ей придется постараться. Ничего она делать не будет, пока тон его не успокоиться, и не станет другим. Она не намерена приклоняться, даже перед тем, кто может за пару минут убить ее, лишив жизни. - На то, чтобы что-то исправлять, у тебя есть смертные! Их поступки, ты будешь требовать исправить, но не мои! - вот так, да, именно так афродита должна говорить. Она богиня, а не какая-то там смертная, которую можно просто так заставить выполнить любой приказ. Однако. Чернобог уже не обращает на эти слова внимания, он кидает Афродиту на кровать, и ей ничего не остается, как свалиться на приятную мебель, в попытке поскорее сбежать. Но не получается. Он нависает над ней быстрее, чем Афродита успевает сказать свое недовольное "фи", и поэтому, девушке приходится, немного застыть в ожидании, что же дальше он будет делать. Не проходит и минуты, как чернобог начинает лелеять попытки прекратить все это, и завершить все споры, но получится ли это у него? Вопрос актуален как никогда. Афродита не хочет так быстро сдаваться, или опускать руки. Она может, и хочет дальше бороться. Внутри нее, буря, которая вряд ли решит остановиться сейчас. Однако, нужно быть сильной, и предотвратить любую попытку к бегству от него, это будет слишком низко. Тело напряжено, а губы не могут никак расслабиться. чтобы насладиться поцелуем, тем, который должен был привести в чувство, успокоить. - Я хочу и буду ревновать, ты не можешь мне запретить. - а если хочешь, можешь пользоваться этой слабостью сколько угодно, однако не сломаешь, даже если захочешь. Хотелось ей договорить, но она не стала, лишь вырвала эти слова из себя, в то время, когда поцелуй закончился. А далее, она внимательно слушала его, почему он не может спать с блондинками. Боже, бедный какой. Недуг у него. Не может забыть. Смех и слезы. Афродита выдыхает. Она не готова принимать еще один поцелуй, но он следует, и уже более настойчивый, чем ранее. Приходится ответить и забыться, а потом, внутри, где-то глубоко, наконец- то поймать то нежное чувство. которое ранее было не ведомо. - Уйти? Уйти, значит убежать от проблемы, знай Кощей, я не бегу от них. - она не боится трудностей, не боится препятствий. Перескачет, переборет, но не сдастся. Нет. Это ее натура, это ее боевой дух. Однако сейчас, она сдается, медленно, но верно, начиная потихоньку расслабляться, верить в то, что больше такую картину, она не уведет, и не даст себе возможности еще больше приревновать. Нет, даст, конечно, еще как. Без этого никуда, но тем не менее. Теперь, Чернобог будет знать. чем может кончиться одна случайная встреча, которая не сильно порадует Афродиту.

0

11

Взгляд замер на ней, ощущая привкус вынужденного поцелуя на губах. Нет, от Афродиты он не мог принять такого, не хотел, требовал ее ласк и внимания, ее всю и ни как иначе. Получалось же как-то глупо и одарив себя мысленной пощечиной, вразумился. Чего это он так разошелся с речами?
Она все равно не понимала. Совершенно не понимала, что с ним происходит, хотя саму суть всего действа улавливала на удивление отлично. Пожалуй, раздражало его то, что она могла вот так просто не отреагировать на его слова, сделать вид, будто он и не говорил чего-то, перечащего его натуре. Это начинало заново злить, переваривая клубы гнева внутри себя, от чего руки крепче сжали запястья, то и дело желая вонзиться зубами волка в  тонкую шею Афродиты. Звериный облик бога все сильнее хотел прорваться, он уже чувствовал, как начинают появляться клыки, едва заметные, но ощутимые, и инстинктивно облизнул их. Кощей смотрел на нее злым, почти ненавидящим взглядом, не мог, а главное, не хотел, справится с гневом из-за ее безразличия. Ей все равно? Думает, только ей приходится сложно. Как бы не так. Принцесса! Привыкла, что ей все и всегда угождают, а тут какой-то бог посмел сделать ей наперекор, при чем ни раз. – Ревнуй сколько влезет,милая. – резко наклонился, снова целуя, отпуская обе руки богини, прикусывая до боли губы Афродиты. Пропускает руку под поясницей, тем самым заставляя выгнуться себе на встречу и открыть доступ к шее, покрывая ее мелкой цепочкой из поцелуев. Она не хочет? Против? Ложь. Останавливает его лишь мелькнувшая мысль, мгновенно раздавшаяся звоном.
Быстро натянув привычную маску безразличия и холодности, отпустил блондинку, отходя к окну и облокачиваясь. Не обязательно было держать ее буквально, она все равно не денется никуда, а находиться близко к Афродите ему резко перехотелось. Странно, раньше такого не было с ней.
Чернобог хоть и был достаточно эмоциональным, но далеко не чувствительным, впрочем понятие ущемленной гордости было знакомо, как ни кому другому. И сейчас, когда он переступал через свое эго, говоря ей, как ему казалось, значимые вещи, Афродита словно мимо ушей все пропустила. Ну и черт с ней. Сам виноват: слишком близко подпустил, слишком много позволил и ей и себе. Особенно себе.
Ее слова отливали свинцовым оттенком сопротивления и борьбы против его действий, словно Чернобог пытался ее заставить быть другой, но это не так. Именно ее упертость, вспыльчивость и огонь непокорности привлекали темного бога. Он смотрел на богиню и видел в ней что-то озорное, такое юношеское и смелое, умело сохраненное в веках и идеально перемешанное с мудростью взрослой женщины, чертовски красивой и привлекательной женщины. Фатальное, просто губительное сочетание. И он так просто поддался, повелся и утонул в этом, забываясь. Афродита же думала, что он хочет заставить ее слушаться беспрекословно, как тех наложниц и рабынь, принесенных в жертву. Осознание этого развеселило бога мести, - Ты считаешь, что я хочу вынудить тебя подчиняться каждому моему слову. – выдал он вслух, посмеиваясь. – Ересь. – Все было с точностью да наоборот, но говорит размеренно и спокойно, донося свою мысль более четко Кощей и не собирался. В данный момент его вообще не волновало, как и что подумает Афро. Пускай понимает, как вздумается. – Для этого у меня есть толпа жертвенных девиц в храмах. – небрежно кинул, засовывая руки в карманы.
В одно мгновение пропало желание ее успокаивать, видеть и даже слушать. Он сунул руки в карманы, поворачиваясь полу боком к окну. Хотелось, чтобы она ушла и тут же вспыхивало желание заставить остаться. – Не бежишь, а сегодня уже дважды пыталась уйти. – И ушла, если бы Чернобог не поймал ее и не притащил сюда. О последнем уже второй раз сожалел, задергивая штору на окне, словно отгораживая тот мир, который так нравился ему, от развернувшегося в комнате концерта. Помещение тут же погрузилось в мягкий полумрак, освещенный лучами солнца через темно коричневую штору, почти одаривая прохладой и легкостью, так необходимыми сейчас.
Острый темный взгляд бога зла скользнул по комнате и богине любви. Там больше не было ни гневного блеска, ни желания унять ее, только лед, колючий и режущий, отталкивающий. Он дарил такой взгляд всем, кто попадался на его пути, а теперь олицетворял им безразличие. В миг ему стало не важно какой будет развязка, пусть даже это их последняя встреча, но он бог тьмы, повелитель Нави и легко справится с такой ерундой. Вспоминать будет часто, не сможет избавиться от мыслей о ней, но никто этого не узнает. И все таки он был тут, не собирался уходить.

Отредактировано Chernobog (05.08.13 17:31)

+1

12

Становилось все хуже. Внутри, словно все трепетало и требовало остановиться сейчас, а не тогда, когда будет слишком поздно. Увы, их понесло, и хорошо так понесло, ведь остановить время, остановить ссору не получалось, с каждым разом, они уходили в нее больше и больше. Стой! Хотелось прокричать, остановить себя, его, перестать думать о том, что уже было в прошлом. Ну ведь это прошлое. Часа два прошло, не меньше, и это можно было уже забыть. Но закрывая глаза, Афродита снова видела, она могла себе представить, каждый раз, он в постели с другой, не с ней. Афродита может простить, но ей так хотелось чего-то человеческого, и сейчас, она впервые понимает, что не сможет так жить дальше, не сможет сохранять отношения, если будет всегда слушать собственные чувства. Пусть исчезнут, пусть скроются в тумане безнадежности, навсегда, останутся без ответа, без понимания, но забудутся, и никогда больше не встанут в голове, словно армия солдат. Богиня любви выдыхает, она не может больше думать, не может представить себе, как выйти из этого положения, из этой ситуации, когда его руки снова сжимают ее запястье от того, что снова слова слишком сильно резанули по его душе, по его чувствам. Да, именно, когда Афродита думала ни о ком, кроме себя, она была эгоисткой, но разве так делают не все? Разве внутри себя, никто не хочет угодить себе куда больше, чем другим? Так же было и с Чернобогом. Он твердил, что мог взять, кого угодно и когда это будет ему угодно. Неужели это не было доказательством того, что он пытался себе угодить? Да, так оно и было. Сейчас, когда он поднялся, отстранился, что-то рявкнув в сторону Афро, отошел к окну, встал боком и больше не смотрел на нее, так как прежде, Афродита приподнялась и села на кровати, подползла немного к изголовью кровати, и облокотилась на него. Афродита смотрит на Чернобога, осматривает его, видит злость в его глазах, а потом, эта злость, медленно перерастает в холод, который был при первой же их встрече. Неужели все кончено? Неужели он решил все так закончить? Она такая же как и другие, как остальные, испортила все. Молодец Афродита, взяла и оттолкнула того, кого так полюбила. Сейчас, невозможно передать эмоции, которые проникают в тело богини любви. Она смотрит на него, ловит этот холодный взгляд, понимает, что причинила боль. Да, причинила, и хочет за это себя всецело убить, чтобы больше не попадаться ему на глаза, чтобы не быть той, кому он отдал бы свое сердце, и свою любовь. Нет, она определенно не та. Но хочет быть ею. Хочет, ради собственных чувств, ради того, что так долго хранила в себе. И почему эта любовь такая дикая, такая неуправляемая. - Я не бежала тогда от проблем, я хотела уйти от тебя. Чтобы больше не видеть. Но возможно ты прав, я не сделаю и шага от тебя. Не смогу просто уйти. - выдохнула, и сделала небольшой выпад вперед, чтобы придвинуться к краю кровати, поближе к тому месту, где стоял Чернобог. Он был где-то в десяти шагах от нее, но это не мешало ей говорить. - Ты проник в мое сердце, в мою душу, так сильно, что я возможно сглупила. - опускает глаза, выдыхает и поднимается с кровати, делая пару шагов в сторону Чернобога, обнимая его осторожно сзади, но так, чтобы сомкнуть пальчики там, на его прессе, и больше не отпускать. Она утыкает свой носик в его спину, выдыхает, обдавая его прохладное тело приятным теплом. - Не смотри на меня так. Не отдаляйся от меня, Чернобог. - просит, возможно даже молит, пока никто не видит, переступает через себя, чтобы больше никогда не возвращаться к этому вопросу. - я буду ревновать тебя. Надеюсь, ты не решишь, что сейчас, остыв, и обняв тебя, я больше не стану возвращаться к этой глупости? - она была бы рада вернуться к ней, была бы рада, снова ощутить как сжимается сердце, медленно бьется, набирая ритм, не переставая бьется, и хочет уничтожить все на своем пути, не жалея ничего, а потом быстро скрыться, и больше не показываться. - Возможно для тебя это будет глупостью, но поверь мне, так сложно делить тебя с кем-то еще. - улыбается, прижимается к нему, надеется в этот момент, что его глаза уже приняли свой обычный вид, что он больше не дарит ей холод, а если и дарит, то плевать. Ради любви, она готова была быть ласковой и нежной, пусть унижаясь, пусть переступая через себя сотни раз. Ну и что, любовь того стоит, чувства, нежность, страсть, их разговоры, и вообще общение, вообще, поведение. Ну и фиг с ней, с этой брюнеткой. Пусть только попадется еще раз ей на глаза, убьет, но сейчас, это не так важно. Главное, держаться, чтобы не потерять собственное сердце, которое уже было в его руках. Неужели, имея такую власть над ней, он сожмет, и выкинет его в помойку, словно не нужный груз? Она не хотела этого, поэтому сильнее прижималась к его спине. - Оставим эту тему? Просто проведем выходные вместе... - она не стала спрашивать у него, хочет ли он этого, или уже не хочет, хочет, чтобы она убралась, хочет, чтобы ушла на все четыре стороны. Да, она только что поняла, как сильно он рискует, пуская ее к себе ближе, и ближе с каждым днем. Но ведь Афродита старается. Старается смириться со всеми его выходками, и быть такой, какая она есть, только для него. Да, она такая, романтичная, спокойная, нежная, отходчивая женщина. Однако со своим внутренним стержнем, который Чернобог порой видит, замечает. Из-за этого, возникают конфликты, из-за этого они ругаются так сильно. - Перестань... - медленно поглаживает по его прессу своей рукой, а голову кладет на его плечо, и осторожно целует ушко, тихо выдыхая в него, едва сдерживая отрывистое дыхание. - Я хочу быть с тобой... - целует его шею, пытается успокоить, прикрывает глаза, и возвращает внутри себя, тепло, нежность, любовь к нему. Она верит, он не сможет долго злиться. Но не зашло ли все так далеко, чтобы в одну минуту прекратить все их отношения.

+1

13

Каждый из богов не просто наделен способность, он проживает ее, живет этой силой, которая дана природой. Это как единый механизм, неразделимый и связанный, сросшийся во что-то целое, нерушимое. Способности в больше мере описывали богов, чем им хотелось бы, жили внутри них и являлись некой призмой взгляда на весь мир. Так, для Афродиты эта была любовь, с легкостью подаренная, заставляющая ее отдаваться целиком и полностью во власть этого чувства, в руки того, кто заманил ее, влюбив в себя. Кощей же, со своей сволочной натурой, использовал способность, чтобы закрыться от всех и вся, выстроить ледяную стену и сидеть за ней, строя коварные планы до поры до времени. Все было рассчитано, все было выстроено и шахматная партия просчитывалась на много ходов вперед. Так было всегда и везде, пока в жизни тысячелетнего бога не появилась Афродита.
Эта богиня была его личным проклятьем, его даром и наказанием одновременно. Сладкой пыткой, от которой он уже не сможет отказаться, привыкший к боли, даже полюбивший ее. Афродита заговорила и взгляд медленно переполз с окна на блондинку, не выражая ничего, кроме холодного презрения. Возможно? Возможно сглупила? Чернобог и видо не подал, но мысленно извивался в сарказме от этого ее «возможно». Глаза вспыхнули, стоило ей встать с кровати, полные готовности кинуться на богиню, если она вздумает уйти сейчас. Но нет, он подходит ближе и удивляет этим бога мести. Она снова и снова поступает так, просто обезоруживает его этим, заставляет поддаться, согласиться. Тонкие пальчики смыкаются у него на животе, словно легкая лента, но создается ощущение, словно его парализующая цепь, не дающая ему сдвинуться с места.
Теплое дыхание на спине разлилось по всему телу, согревая тот холод, что он старательно напустил на себя, пробираясь пальчиками к душе темного бога. Говорят, Афродита богиня света, добрая богиня, но сейчас Кощей сильно сомневался в этом. Она была коварной, может, сама того не понимая. Эта ее нежность, ласка, они подкупали, притягивали, словно голос Сирены, тонкие пальчики не представляли угрозы, но стоило им добраться до цели, как острые когти вонзались в жертву, ослепленную солнечной улыбкой Афродиты. Чернобог так ясно понимал это, но за прожитые века умел хорошо разбираться и в людях и в богах, так вот то, что сейчас делала Афро было настоящим, было выше ее гордости, придушенной в это самое мгновение. – Я не торт. Не надо меня делить. – Как же она не понимает. Просто не может осознать, что значит это все для бога тьмы. Была только она. Лишь Афродита существовала для него, остальные были безликими игрушками, средством или способом скоротать время, развлечься или отомстить. Она же вызывала в нем чувства, эмоции, желания, он смотрел на нее и видел, замечал, любовался и хотел только ее. Этого не получала ни одна женщина, даже мечтать не могла.
Но, говорить все это, конечно, он не стал. Слова вообще значат слишком мало, вот поведение и поступки – это другое. Важно лишь то, как человек чувствует себя рядом с другим, что переживает и от этого создается общее ощущение связи, ее качества, цвета и привкуса. А слова – это только сотрясение воздуха. Он был тут, привез ее в этот чертов город, ни разу за все годы знакомства не причинил вред или боль. Ну, по крайней мере умышленно, хотя для бога зла это было очередной ерундой, попавшейся под руку.
Едва касается ее руку, высвобождаяся, и оборачивается, чтобы посмотреть на нее немного потеплевшим взглядом. Там все еще плавают льдинки холода, все еще пронизывает богиню острым безразличием, но ее прикосновения успокаивают. Легко сказать «перестань», когда довела его до состояния, что хочется вырвать у кого-то печень и пожарить на медленном огне Нави. Чернобог делает глубокий вдох, немного нервный и порывистый, подходя к Афро почти вплотную. Он еще ощущает ее поцелуй на шее, нежное дыхание рядом и это возвращает его к чувствам, всегда просыпающимся, когда рядом эта женщина. Медленно, но действует и она это знает.
В этот раз она не ударит его за поцелуй и не разозлиться из-за близости, но бог зла медлит, вглядывается в лицо богини, изучая. На скуле все еще виден красноватый след от ее ноготков – неудачная попытка увернуться от пощечины. Интересно, сколько пройдет времени, пока она снова взбесится (с его же подачи) и повторит маневр? Несомненно, они поругаются еще. И не раз, даже не два.  Такова природа двух противоположных стихий, связанных друг с другом.
- Точно хочешь? – немного насмешливым тоном интересуется, касаясь пальцами ее запястья и ведет вверх по руке к шее, отталкивая золотистые волосы с плеча. – Мне нравится, когда ты ревнуешь. – усмехается Чернобог, слегка сжимая ее плечи руками, подходя ближе, почти ощущая тепло ее тела. Медлит, не целует. – Твоя ревность не отталкивает меня. Просто иногда немного злит. – И он забывает о своих чувствах к ней, спускает с цепи бога зла, устраивая дебош и хаос вокруг. Ничего не изменится в их отношениях, только теперь будут знать, что бывает в таком случае.
Разобрались и ладно. Явились они сюда не для этого. – Пойдем! – Отошел от нее на пару шагов, выглядывая на улицу из-за шторы  и хитро улыбнулся ей своим волчьим оскалом, сократив между ними расстояние снова. – Пока не стемнело еще. – Афродита в миг оказалась в руках бога тьмы, когда на нее тут же обрушился поцелуй, жадный, злой, прикусывающий ее губы и обдающий горячим дыханием. - Вдруг тебе страшно будет на темных улицах. - а руки уже проскользнули под тонкую материю и поглаживают нежную кожу Афродиты. - Тебе же интересно, моя богиня? - последние слова шепнул ей на ухо, путаясь пальцами в волосах и целуя шею.

+1

14

Афродита обнимала его так сильно, что кажется еще немного и могла бы задушить в своих объятиях, лишить жизни. возможно, это было ее отличительной чертой. Афродита никогда не обнимала тех, кого не любила. и тех, кого считала врагами. Только не многие удостоились чести, быть в объятиях богини любви. И Чернобогу, ему одному сейчас, было позволено так много. Так же как и он, Афродита никогда не подпускала к себе так близко кого-либо. Знаете, мне кажется, что это проблемы каждого. Никто не станет подпускать к себе нового, неизвестного человека, который даже имени своего не назвал. А вот любовь, это совсем иное чувство. Оно заставляет медленно погружаться в себя, даже самых сильных, даже самых храбрых и смелых, заставляет порой биться в мурашках, от того, что готовит, от того, на что рассчитывает и претендует. Афро уже тогда. когда стоило ей признаться ему в своих чувствах, окунулась в мир бога тьмы с головой. пытаясь поддерживать его, стараясь все больше и больше понимать его сущность. Но вот этот момент, когда она увидела его с другой. был совсем не запланирован. Но лучше сейчас, чем никогда. Лучше Афродита уже сейчас будет ожидать этого, чем потом, когда туман в голове, уже не сможет, рассеется так быстро, и исход, будет куда хуже, чем сейчас. Но слава всем богам, различных Пантеонов. между Чернобогом и Афродитой, снова перемирие, и глаза их уже не так сильно переполнены злостью и ненавистью друг к другу. Да, в  Чернобоге до сих пор еще таится тот холод, с которым он смотрел на нее в последние пять минут. Но он понемногу уже начинает исчезать, переставать быть, и это радует. Теперь. когда его взгляд совершенно спокойный, можно понадеется, что ссора следующая, еще далеко от них. Но как бы не так. судьба. штука слишком не предсказуемая, и не известно, когда она выкинет козырь снова, когда ударит, так сильно. что уже не будешь ожидать. Афродита не думала об этом. нет, мысль, короткая. легкая проскочила так быстро, что она не успела ее как следует обмозговать, и тут же исчезла. Ну и славно. Но если бы Афродита знала. когда будет следующая стычка, она наверняка бы могла предотвратить недоразумение. К сожалению, видение будущего. не входит в обязанности Афродиты. за этим, нужно было бы обратиться к мойрам. Но те, собаки, во-первых, наглые, а во-вторых, из принципа не станут все рассказывать, снова отмахиваясь тем, что в будущее смотреть нельзя.  Постоянно, Афродита с ними собачилась. Она этих сестриц, терпеть не могла. Пусть они были и нужными для богов. Афро это сейчас мало волновало, она наслаждалась тем, что обнимала его своими руками, медленно водила по животу, немного спускаясь вниз и поднимаясь наверх. словно прокладывая некую цепочку, или линию. Улыбка осталась на губах. до того момента, пока Чернобог не повернулся к ней лицом, и не стал что-то говорить. Его слова, как много они для нее значат, в особенности, когда они такие. спокойные, нежные, дарящие тепло. Да, именно таким она хочет видеть его с собой, но для того, чтобы это происходило, ей нужно быть более сдержанной. В любви, всем приходится немного меняться. Конечно, Афро была уверена, что за вековую жизнь, Чернобог вряд ли захочет что-то в себе изменить. Хотя... Он же уже изменился. стал другим, и позволил ей быть рядом с собой. В тот момент, когда мог бы просто так воспользоваться одной ночью и больше не продолжать их встречи, не продолжать развитие отношений. выдохнув. Афродита посмотрела в глаза мужчине, спокойно, тепло. Да, он тоже едва потеплел, а это значит, что буря немного но угомонилась, и сейчас, можно вздохнуть спокойно. - Точно хочу. - спокойно говорит Афродита и на лице ее снова сияет улыбка. Да, она несомненно счастлива, что Чернобог вернулся к ней, что не ушел сейчас, не бросил ее одну, со словами о том, что все кончено. Нет, он не такой как все и она должна была это ценить, должна была лелеять моменты, проведенные вместе с ним рядом. Сейчас, она этим и занималась, отпустив правда его из своих объятий, и смотря на лицо, медленно обводя его своим взглядом, изучая все новые и новые черты. - Ты можешь злиться сколько угодно. Но я постараюсь больше не думать об этом. - и правда. Пусть злиться. пусть негодует. почему все это ее так задевает. Может быть когда-нибудь, он поймет, что это просто такая крепкая, сильная связь между ними, что Афродита не хочет в нее никого впускать, кроме себя и его. Но это все может быть со временем. не так быстро, потому что их чувства только начинают гореть. - Я не боюсь темноты... Тем более. если в это время, буду с тобой - улыбается. и смотрит в его глаза. - Только мне нужно переодеться, не пойду же я так. - Афродита еще не знала, что точно она хотела надеть на себя в этот раз. Может быть какое платье, или что-то еще Но тем не менее, в последний момент задумалась. что на улице не так тепло, как хотелось бы. - Хотя, ладно, идем. Не буду тратить зря время. - улыбнулась и провела мужчине по волосам, немного сжав их своими пальчиками. - А куда мы идем? - любознательность, желание знать все на свете, это одно из качеств Афродиты, которое невозможно было бы искоренить из нее. Она любила сюрпризы, любила подарки. и не сильно любила ждать, когда же такое чудо произойдет, поэтому сейчас, она с таким детским взглядом смотрела на Чернобога, что можно было бы залюбоваться этим зрелищем.

Отредактировано Aphrodite (07.08.13 18:33)

0

15

- Все твои вещи остались в номере в Амстердаме. – великодушно прокомментировал инициативу переодеться, - Хочешь вернуться за ними? – По большому счет это не было необходимостью, но ехидством своим Кощей сейчас давился. Пусть бы лучше пропустила мимо ушей, а точнее, он не даст ей среагировать на это. – Потом все заберешь. – А если замерзнет, то есть старый проверенный способ согреться. Даже несколько способов и применение их в комплексе гарантирует успех. Еще до того, как она начала задавать вопросы, Кощей почти вытолкал ее из номера, потому что эти рассуждения начинали его бесить и клонить в сон. – В город мы идем, а ты как думала. Пока еще не совсем темно.
Работники внизу слегка удивидись, узрев своих обитателей, недоуменно переглядываясь и, видимо, прикидывая, кто бы мог их поселить так быстро. Бог тьмы только мрачно усмехнулся им и кивнул, с самым надменным видом проходя мимо в компании Афродиты. Они так странно на них смотрели, что вполне могли догадываться о божественной сущности одного из них, но даже если и так, то в их интересах помалкивать.
На улице было все еще немного тепло, но уже сыро, пахло осенью, дождем и старой мостовой. Каждый город имеет свой отличительный цвет, запах, даже образ и Хорн был подобен уснувшему древнему рыцарю на буйном коне с развивающейся гривой, когда-то резвый и живой, а теперь вялый и дряхлый, но даже старость не испортила его вечного очарования. Улыцы были узкие, с брусчаткой и невысокими зданиями, погружающими своих прохожих в далекие средневековые времена, далекие от шумных мегаполисов, машин, брюзжания адвокатов, а главное – от войны, разворотившей уже приличный кусок Европы.
Через несколько кварталов они добрались до парка, довольно обширного, судя по табличке, и явно пустого, судя по позднему времени и минимальному количеству прохожих. Может дело было в войне, а может сюда приходили ночами только те, кто любил найти приключения на свои симпатичные места. Им же предстояло только пройти сквозь парк, чтобы попасть в центр города коротким путем, к тому же, богам бояться нечего. Фонари заливали желтым цветом немного влажные аллеи и лавки, манили дальше, звали прогуляться по ним и ощутить всю свежесть осеннего парка с высокими массивными деревьями.
– Местные сказочники говорят, что тут водятся оборотни. – Такая сказка действительно была, но вот если им найдется кто-то по пути, так можно немного оживить рассказы и сделать их более красочными. – Пойдем. – Сказала же, что не боится. А даже если и да, то все равно пришлось бы пойти.

+1

16

Как было хорошо, когда все ссоры оставались там, где-то далеко от них, на расстоянии достаточно большом, если смотреть человеческим взглядом, но для богов, эти ссоры, всегда были рядом. Они были самыми лучшими сопровождающими в мире богов. Для Афродиты и Чернобога, еще ничего не кончено, они еще вернутся к этой теме, и снова еще раз пройдут через нее. Только возможно, ревновать будет уже кто-то другой? Сейчас, Афродите было уже все равно. Ну, переспал он с этой девкой, ну да, что теперь поделать. Прошлого не вернуть, и не остановить его, застав в первый же день его приезда, и заняв все его свободное время. Наверно, так было лучше для всех, когда скандал медленно прекращался, и начиналась размеренная жизнь, но та, в которой Афродита была слишком сильно увлечена богом тьмы, а он, увлечен ею, только мало когда он это показывал так открыто, как обычно показывают люди. Они и любили по-другому. Не так как это делали божественные существа. Но если смотреть так, то богов и людей, почти ничего не отличает, кроме того, что существа, наделенные силой, наделенные способностями, считаются чем-то сверхъестественным, в этом мире. Но уже достаточно обыденным, хотя и интересным, для наблюдения. Если бы у генетиков, и других иных врачей, была бы возможность, они наверняка уже бы расчленили бога, и посмотрели, из чего он состоит там, внутри. Но у них никогда не появится такая возможность, а значит, боги, как были чем-то невероятным, таким и останутся, до конца дней всего человечества. Однако, вернемся к тому, что происходило здесь, в этом номере. Большом, просторном, сразу можно было сказать, что это номер высшего класса, а иначе, он был бы, как и всегда, обычный, с одной комнаткой, кроватью, и парой тройкой комнатушек, которые предназначены для туалета и ванны. Афродита, даже не успела толком рассмотреть его, ведь на это не было времени, они были заняты разборками, и на то, чтобы провести экскурсию по месту, куда Чернобог привез ее, а точнее перетащил из Амстердама, из того злополучного номера, не было времени вообще. Но они это обязательно должны наверстать, ведь не изведанной, оставалась кровать, которая была намного больше, чем все кровати, которые видела Афродита. Пока они стояли, а Чернобог говорил что-то о вещах и этом месте, где они были ранее, богиня любви, успела пробежаться глазами вокруг себя, и отметить, действительную красоту этого места. Она выглянула в окошко, когда мужчина немного отстранился от нее, и посмотрела на прелести, открывающиеся ее взору. Отсюда, можно было увидеть все, словно на ладони, был целый городок. В нем не было многоэтажек, он не похож был ни на один из городов, в котором Афро бывала ранее, но, тем не менее, он нравился ей тем, что выглядел достаточно романтично. Да и сама идея Чернобога, привезти ее сюда, уже оказалась куда интереснее, чем выяснение отношений. Между ними, за пару минут, могло проскользнуть многое. От ненависти до любви, один шаг и от любви до той же самой ненависти. Стоит со всеми этими делами быть немного осторожнее, ведь они, как ни как, но опасны. Хотя, даже не смотря на это, нить, которая так крепко их соединила, не решалась даже дать трещины, на первое время, конечно, пока ее силы не иссякнут, и тонкие ворсинки не станут рваться, одна за другой. Когда то начнется, нужно будет бить тревогу. Но заметит ли кто-то из них, что это происходит, или не придаст значения, и станет дальше разрушать все построенное вместе. Да, в голове богини роилось много мыслей, и порой, она даже сама была им не рада. Они порой были такими глупыми, такими далекими. Вот, например, как эта, про то, что в скором времени, им все равно придется расстаться. Он потеряет к ней интерес, а она, просто может быть разлюбит? ОТ таких наваждений, хотелось взвыть, и навсегда забыть, что как раз Афродита и делала, когда по велению Чернобога, уже шла из номера, к лифту, спускаясь на первый этаж, и рассматриваю саму гостиницу. Конечно, все были удивлены появлению такой идеальной парочки в этом месте. Афродита выдохнула, но сейчас, не хотелось разбираться, не хотелось портить вечер. Она просто желала провести его вместе с Чернобогом, который по-прежнему куда-то ее вел.
Стоило им выйти на улицу, как Афродита осознала, что действительно, начинало темнеть. Не только из-за налетевших на небо туч, но и из-за того, что в этом городке, уже все катилось к ночи. Что же, рядом с Чернобогом, это не так страшно, ведь он если что, не оставит без внимания, и не кинет Афродиту на съедение этим сказочным оборотням. Выдохнув, и взяв его за руку, богиня посмотрела прямо в глаза богу тьмы. - Не страшно мне, поверь. - улыбнулась и посмотрела вперед. - Ты бывал уже здесь, много раз. Ты приезжал сюда один, а теперь, решил привезти меня. - она словно вспомнила те слова, которые Чернобог произнес еще в номере. Вернулась к ним, зачем? Но это же не было ссорой, она просто хотела поинтересоваться, что же Чернобог ответит. - Это твое место, и вдруг, ты привозишь в него меня. Странно, не правда ли. Это просто душевный порыв? - она спрашивает совершенно спокойно, без каких-либо натянутых струнок в голосе. Прошла пора ссор, прошло то время, когда Афродита ревновала, теперь он рядом, так пусть и остается рядом с ней. Сейчас, потом, вечно. Пусть это будет мука, но она так хочет. Афродита еще никогда никого так страстно не желала. А шествуя по этому парку, и осматриваясь на присутствие рядом каких бы то ни было рас, богиня любви, ее больше убеждалась в том, что влюблена в Чернобога не на шутку. И он, наверняка об этом знает, если учесть то, как она повела себя в той, совершенно обычной ситуации.

0


Вы здесь » HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS » Завершенные эпизоды » Божественная полигамия (04.03.2015)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC