Вверх страницы

Вниз страницы

HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS » Завершенные эпизоды » Зарисовки из жизни богов [24.10.-30.11.1748]


Зарисовки из жизни богов [24.10.-30.11.1748]

Сообщений 31 страница 53 из 53

31

Афродита сидела так близко к нему. Она могла с уверенностью сказать, что еще немного, и их губы точно соединяться в страстном поцелуе. Другого и не могло быть. Каждая их встреча, была такой прекрасной, запоминающейся. В них было столько страсти, ненависти, ревности, желания. Того непреодолимого чувства, которое ни один из них не хочет пока показывать, но кажется кто-то уже начинает догадываться обо всем. Ведь иначе, не должно было быть. Их вечные ссоры, встряски сознания, чтобы ни он, ни она не забывали о наличии друг друга, ведь это правильно? Это нормально? Афродита готова сидеть так вечность, спуская свою руку к нему на пресс, гуляя по груди, и ощущая тепло, которое не ощущала достаточно давно, ведь ранее, они успели испортить отношения друг к другу. Все эти дурацкие планы, дурацкая игра, в которой и Афродита, и Кощей играют свои, отдельные друг от друга роли, и сойтись в этом эпизоде, у них не получится. Лишь тайно, как и остальные слуги дворца. Да, да, не думаете ли вы, что все так верны друг другу там, на службе? В каждом королевстве есть подвох, и романы, очень много романов и интриг. Смотря ему в глаза, Афродита ощущала покой. Такой мучительный, но интересный с другой стороны. Она хотела узнавать его еще больше, ведь знала слишком мало, хотя сама утверждала обратное. Кажется, что она никогда не разгадает его полностью, ведь он, словно шкатулка с чем-то очень интересным, но открывается не так часто, и показывает лишь половинку, маленькую капельку того, что было бы интересно знать. Афродита проводит ему по волосам, и спускается к щеке. Глаза неотрывно смотрят в его, кажется, этот контакт нельзя ничем разорвать. Она готова вечность смотреть на него, стараясь понять его следующие действия. - Достаточно внимания. - она усмехается, и только теперь, когда настало время для разговоров, опускает глаза в пол, смотрит за тем, как ее многочисленные юбки лежат на полу, и кажется, платье уже не спасти. Но не это волнует ее, она вся в мыслях, вся в задумчивости. - Мне не нужно всеобщее внимание. Вы же понимаете, что это тоже плохо. - поднимает взгляд. Такая невинная, спокойная, словно никогда не показывающая ему свои ноготки, и не впивающая их глубоко в душу. А может быть, все это поведение, дело рук ее чар? Афродита уже пару раз думала об этом, но исключала возможность случайного действия силы. - Зачем еще и Ваше? - она удивленно смотрит на него, но тут же меняет выражение личика, на спокойное, уверенное. - Мне нравилось общаться с вами. Признаться честно, я бы даже хотела вернуть тот день, когда вы лично приехали навестить меня в другой замок... И еще раз пережила каждый день, останавливая на довольно интересных местах сего отдыха. - усмехнувшись, Афродита снова взялась за бутылку, и сделала глоток. Как же пересохло в горле, как же ей хочется пить, и поэтому тело с радостью принимает влагу, пусть такую, как спиртное, но это не так важно. Сейчас, она вся в его власти, и никуда не денется. Отставляет снова бутылку, ставит так, чтобы не задеть и не разлить приятный, бодрящий напиток, так пьянящий разум. Смотрит на Кощея, в это время он занят чем-то, кажется, размышляет, но затем, быстро сориентировавшись, словно приказным тоном, оповещает богиню, что выхода нет, и исчезнуть, больше возможности не будет. Вот она, лживая свобода. Афродита усмехается на это, и подчиняется Чернобогу, который медленно ведет по ее шее своей рукой. Она чувствует тот момент, когда его рука начинает властно сжимать ожерелье, подаренное королем. Хруст бусинок, и кажется, уже спустя минуту, все эти камни, вместе с ниткой, тонкой, и казалось раньше приятной, разлетаются в разные стороны, под давлением его руки, и резкого рывка вниз. Она даже не заметила, как порвалась та самая нить, удерживающая все это прекрасное ожерелье, но теперь уже не важно. Теперь уже ничего не важно, ведь подарка нет. Он валяется, разорванный, рядом, и там, за стойками, внутри них, рядом с бутылками. Афродита вздыхает. Сегодня, кажется Кощею дозволено это, если не все в этой жизни связанное с Афродитой. Резкий рывок, и слова Кощея растворяются в этом страстном поцелуе, который он дарует ей. Афродита прикрывает глаза, и в этот момент, платье ее начинает медленно сползать, но так жадно, что хочется усмехнуться, однако нет на это времени. Есть только он, сейчас, и этот погреб, в котором за секунды, меняется температура. Она растет, в геометрической прогрессии, и становится совсем жарко. Жарко между ними, внутри и вообще в помещении, которое только что казалось таким холодным. Она бы осталась здесь еще на дня два. Почему бы и нет? Такое прекрасное место. Темно, и теперь уже достаточно уютно. Его руки спускаются ниже, и в скором времени, от корсета и юбок не остается и следа. Девушка выдыхает, ей становится удобно дышать, и вздохи уже не кажутся такими сдавленными. Теперь, полная свобода действия, и она обнимает его своими руками, тогда, когда оказывается в его руках фактически голой. Да, сейчас, эти юбки, ранее так хорошо сидящие на теле богини, теперь будут прекрасной подстилкой, на которой можно будет сидеть и даже лежать. Однако, тело Афродиты начинает ощущать не приятную дрожь. Кажется, девушка начинает снова подмерзать и это вынуждает ее сесть на Кощея, прижимаясь немного сильнее своим телом, дав ему свободу в действии, свободу в изучении, или не изучении, а обладании ее телом. Сейчас, она готова ему отдаться. - Так получайте... Для вас, сейчас, и до утра... - она уточняет, что до утра... Не на час, ни два, до утра. - Я ваша... как вы и просили, богиня. - смотрит на его губы, требует их, желает. Её тянет быстро впиться в них, но вместо этого, на пару минут, богиня прикусывает собственную губу, и только потом, припадает к его губам, немного отклоняясь назад, чтобы использовать юбки, чтобы наконец-то их занять, тянет на себя Кощея, и оказывается под ним, мирясь с тем, что лежать на такой ткани платья, совсем не удобно. Но это, господа мои, не так важно. Главное, сам момент, а не то, на чем Афродита лежит.

+1

32

Его рай, его ад, все было в ее глазах, в кадом прикосновении, так сладко отражавшимися внутри бога, разливаясь теплом лучше любого вина. Где-то мелькала мысль, что за уничтоженным украшением может последовать вспышка гнева, но он не дал ей среагировать, утопив любой порыв в поцелуе.
Всего лишь пару месяцев назад они были вместе, а он успел соскучиться по этой близости, желать ее только из-за взгляда, жеста, улыбки. Руки сжимают тонкуб талию, еще покрытую тонкой материей, и помогают взобраться на себя, чтобы оказаться еще ближе. Дыхание обжигает, поцелуи превращаются в дикий коктейль боли и удовольствия, выпитый до дна снова и снова.
- До утра – это слишком мало. – касается губами ее уха, пока они пускаются на бесчисленные обки, теперь раскиданные по полу. – Я хочу тебя на много дольше. – слова сами вырываются, пока остатки ее одежды летят прочь, а вместе с тем и Кощей избавился от своей. Ни к одной женщине он не относился так жестоко и бережно одновременно, как к Афродите, готовый идти за ней куда угодно, но едва ли смог признать это даже себе самому.
Не возможно было оторваться от нее, как наркотик, богиня манила, притягивала и волк радо поддавался, стремительно сменяя остатки ее одежды на поцелуи.
- Моя как и просил? – хитро сощурился Кощей, зависнув над ее губами. - Только по этому? – пальцы путались в ее волосах, тело горело, чувствовало ее нарастающее желание от которого дыхание ускорялось, грозя вот-вот сбиться с намеченого темпа.
Никогда ему не составляло проблемы взять желаемое, не смотря на сопротивления, однако с Афродитой, почему-то, хотелось видеть ее желание, слышать, ощущать. В ней была неуловимая загадочность, что-то требующее постоянного подбора ключика, поисков, охоты. Переменчивая, всегда разная, она заставляла даже бога мести терзаться чувствами, сгорать от прикосновения к ней, но такие игры с темным существом к добру не приводят и вырваться с цепких лап волка становилось все сложнее.
Как животное набирает скорость, так и их действия развивались, превращаясь в нечто хаотичное и основанное на голых инстинктах. Контролировать свои движения, рывки и касания становилось невозможно, да и простых прикосновений давно было мало – тело требовало продолжения банкета, наступившего незамедлительно. Это походило на ураган, только давно ожидаемый, такой желанный, что времени остановиться и подумать не находилось.
Холодно? Какой там! Когда мир наконец перестал врашаться и реальность медленно укладывалась на место, Кощей раскрыл глаза и посмотрел вниз на Афродиту, опускаясь ниже и касаясь губ богини совсем легко.
- И еще вся ночь впереди.   – он лег рядом и потянул ее к себе, усмехнувшись богине. – Ну как, не холодно? – со смешком в голосе поинтересовался Кощей, медленно перебирая золотистые локоны богини.

+1

33

Никто не мог ответить на главный вопрос, застывший в голове Афродиты: почему ее тянет к этому мужчине? почему, все, что он делает, хочется повторять снова и снова. Вызывать его ненависть, злость, и даже нежность, перемешанную с такой видимой агрессией. Он хочет всегда казаться таким свирепым, таким холодным, даже с ней, когда она видит в его глазах совсем иное желание. Быть рядом, это все что сейчас нужно, и даже наверно больше того. Как кстати их заточили в этом погребе, как хорошо, что люди такие не дальновидные, и сделали ошибку, но для богов, это явно была прекрасная, и даже отличная идея, побыть вместе. Без него было действительно тяжело. Он скрашивал пребывание в этом месте, и было немного уныло, именно тогда, когда они не могли общаться. Их ссоры, вечные скандалы, лично Афродиту, всегда подталкивали к мыслям о ревности. Она ревновала его, ко всем в этом дворце, и даже, скорее всего к королю, как и Кощей, только это было потому, что у Кощея были тоже прекрасные отношения с Людовиком. Нет, не Людовик был тут важной персоной, а именно Кощей. Он всегда, казалось, был недосягаем для нее, и вот теперь, когда их отделяет всего лишь пара миллиметров ткани, она вздыхает, поучая неимоверное удовольствие от того, что он только ее, и никто больше не сможет их разлучить, пока того они сами не захотят. - Намного дольше? - она спрашивает не ради ответа, скорее немного удивлена таким словам. Она не ожидала их услышать, приятно стало на душе, да такое внимание. Он снова дарил его только лишь ей, и больше никому. Сейчас не было в голове никаких смертных, она рядом с богом, и сама стала той, кем была всегда. Афродита ведет медленно ему по шее, а потом касается щеки, немного сжимая свои пальчики, и проводя там ноготками. Что же, это добавляло в момент перчинки. Усмехнувшись, богиня придвигается ближе, смотрит в глаза, и губы так медленно шевелятся, стараясь не касаться его, лишь дыханием, задевать, легким дуновением. - Тогда бери. - она разрешала, отдавала себя на растерзание волку, животному, о котором она слышала, и знала. Однако отказаться от такого не смогла бы никогда. Прикрыв на пару минут глаза, богиня улыбается, и ловит его аромат. Запах от тела Кощея, и такой пьянящий аромат вина, пропитавшийся в его одежду, и засевший там. Как же кружится голова. - До утра, до следующего утра... Сколько хочешь - вот так щедрость, еще ни разу такого не говоря, богиня даже сама себе удивилась. Так, не подумавши, быстро влиться в эту ситуацию, и позволить ему пользоваться собой, сколько он хочет? Ну, конечно, возможно это просто слова, и далее, Афродита, возможно, ему скажет, что это была шутка, хотя шутить с Кощеем не стоило, наверно... Она пропустила пару минут, а за эти пару минут, возбуждение подскочило, адреналин стал зашкаливать, по телу пробегала будоражащая дрожь, и богиня не могла с точностью оценить все. Она вздохнула, резко, отрывисто, прикрывая глаза, и окунаясь в омут с головой. Пьяные мысли, смазанные картинки. Она видела лишь яркий свет от свечи, которая томилась там, где-то в углу, и была единственным свидетелем всего этого действия. Они принадлежали теперь друг другу, наедине, только в этом погребе с вином. И как же все-таки повезло, как же алкоголь смог быстро растворить в воздухе всю агрессию, развеять ее по углам, и не подпускать близко, пока тела двигаются в такт, и сердце скачет, словно на лошади, или в быстром танце, кажется, сверкая, и отстреливая в разные стороны молнии, восхищения, любви. Сколько можно продолжать враждовать, будучи при одной задаче? Но должна ли была волновать задача сейчас? главное то, что при соприкосновении тел, пробегает легкий ток, он заставляет Афродиту вздыхать, стонать, от сладостной муки, которая по ее мнению, закончилась так скоро. Требовать больше, пока возможности не было, тело устало, и Афро это ощущала. Она часто дышала, когда Кощей рядом завалился, что-то говоря ей на ушко. Она должна была что-то ответить, но при этом, лишь улыбка сияла на ее лице. - Вся ночь... Ночь, утро, день, вечер... какая разница? - открывает глаза и смотрит на Кощея, улыбаясь, когда тот мягко прижимает ее к себе, и обнимает. Она кладет руку ему на грудь, и кажется, этот момент бесконечен, кажется она так сильно рада, так рада. Она приподнимается, и оказывается немного выше него, наклоняется, и целует нежно в губы, прикусывая их, улыбается, и радостно подмигивает Кощею, стараясь по возможности его удивить? Она желала удивлять его, хотела быть не однообразной, и это даже само по себе получалось. Её пальчик медленно ползет по его груди, вниз, и глаза скользят туда же, а потом, снова в его глаза. - М, я ощутила легкое тепло, едва про скользившее по моему телу... - отводит волосы на одну сторону, оголяя шейку. - Может быть, ты повторишь? Чтобы я как следует, смогла согреться? - ненасытная пантера, едва ли не урчит от счастья. Удовлетворил, злую кошечку, теперь ласковая, нежная. Будет так недолго ли? Или всю ночь. Кто знает. Это зависит от ситуации. - Или, хочешь, чтобы я тебя согрела? - она прикусывает губу, ведет ему по волосам, и рычит, издает такой приятный рык, заигрывая. Она тоже волчица, тоже умеет вертеть своим пушистым хвостиком перед его носиком. - М? - улыбается. - Что скажешь, хищник? - прикусывает его скулу, прикрывает свои глаза и ведет снова рукой по груди.

+1

34

Место: Версаль, Франция
Дата: 06.12.1748

Проведенная в винном хранилище ночь могла бы аукнуться воспалением легких, но вместо того, отозвала чем-то странным в душе бога мести. То ли алкоголь играл в венах еще два дня, то ли его так покусала неведома зверушка, но на Кощея снизошло вдохновения, подстрекаемое их разговором о подарке.
Хорошо быть богом – много свободного времени при необходимости, за которое можно успеть сотворить необычный подарок. Мало кто знал о склонности Кощея к рисованию, но таковая имелась и именно ее он решил применить, совместно с фантазией, чтобы одарить богиню подарком лучше дурацкого дешевого ожерелья.
Ему понадобились примерно день для зарисовки и ночь в Нави для второй части подарка. Первая же представляла собой небольшой пергамент (примерно 30х30см), на нем, карандашами приглушенных оттенков, была нарисована Афродита. Волосы спадали по плечам и опускались ниже талии – за край рисунка, надето на ней было совсем легкое платье, по меркам того времени напоминавшее ночнушку, едва ли не прозрачное, которое она придерживала одной рукой, немного сжимая ткань пальчиками. На среднем пальце красовалось кольцо - это был второй подарок.
Мода никогда не привлекала внимание бога, а массивные украшения того времени раздражали, особенно на Афродите. Ее красота сама по себе была на столько яркой, что все эти безделушки только мешали, заслоняли ее своим дешевым блеском. То, что прилагалось к рисунку происходило не из этого мира, контрастно выпадая из общей гаммы не то, что дворца, а всей Франции. Темный материал, из которого было сделано кольцо отливал на солнце более темным, глубоким цветом, иногда переливаясь синими оттенками, впрочем, это могло быть аз-за острого камня с множеством углов, удобно расположившимся на верхушке кольца.
Пергамент был свернут и перевязан лентой, к концу которой прикрепилось то самое кольцо, а вся эта посылка была доставлена в комнату Афродиты самолично Кощеем, пока богиня принимала ванну. Он оставил это на кровати блондинки, когда вся ее прислуга уже ушла, а сама блондинка еще не вышла из ванны. Дожидаться не стал, просто переместился пока его не заметили, оставив ее наедине с сюрпризом.

Отредактировано Chernobog (12.11.13 14:17)

+1

35

Хороша жизнь, когда она идет размеренно, преподнося такие прекрасные моменты, как этот, дивный случай в винном погребе. Он заставил Афродиту посмотреть совсем иначе, на Кощея, на его к себе отношение. Он мог быть приятным, заботливым, чутким, милым. Все это, скрывалось, и тщательно пряталось в самых темных уголках его такой же мрачной души. Он всегда старался быть пусть и джентльменом, но с такими ужасными наклонностями, однако теперь, Афро в это не верила. Ей хотелось узнавать его снова и снова, оставаясь наедине. Теперь, ей можно будет это делать, их отношения стали куда лучше, после этой посиделки в погребе. Вино скрепило их, заставило быть рядом друг с другом, и им это явно понравилось, если та ночь, та дивная ночь, прошла без каких-либо неприятных ситуаций. Афродита была счастлива. Уже давно на ее личике не играла такая превосходная улыбка. Она радовалась всему, чему только могла. Даже новому дню, немного, если учесть, что именно утром, им пришлось расстаться, иначе поползли бы слухи. А хотя, плевать ей на слухи, пусть даже сам король узнает о том, что его главная фаворитка была в погребе с мужчиной, с его главным советником, и явно не просто так говорила с ним. Сейчас, казалось мир стал совсем другим. В теле Афродиты, появилась бодрость, и захотелось продолжать играть в игру, устроенную богами, пока не исполняется план, всеобщий план, хорошо продуманный. Да, Кощей великий стратег, теперь она это может подтвердить, и даже больше того, знает не понаслышке, и эта мысль, заставила ее еще раз улыбнуться. Пока богиня была в ванне, рядом с ней, стояли еще девушки. Они смотрели немного непонятливым взглядом, с чего бы это Афродита такая веселая, или у нее какие новости, но она не говорит? В общем, все это девичье царство, следило за тем, как развиваются события, и были готовы тут же понести благую или не очень, весть во все уши, которые только были во дворце. Выдохнув, богиня провела себе губкой по телу, медленно ведя от плеча в воду, потом снова по груди, по шее, и оставила эту затею, отложив губку в сторону. Богиня посмотрела вперед. Напротив нее, было большое зеркало, которое она велела принести в эту комнату. Король с удовольствием исполнил волю своей любимицы, и предоставил ей самое роскошное зеркало. Смотря в него, Афродита перевела взгляд на едва слышно переговаривающихся девиц. Строгий взгляд, она словно метнула в них молнии, и девушки сразу же замолчали. - Лучше бы вы так выполняли указания, чем мололи своим языком, не имеющим костей. - те сразу же встрепенулись, и подошли немного ближе к богине, подав ей полотенце. - Уходите, я еще немного полежу здесь в тишине. Без вас справлюсь. Не маленькая девочка уже. - как сказала, так и сделали, быстро удалившись с места, на котором стояли, и положили тем не менее, аккуратно рядом с ванной, полотенце. Афродита вздохнула, прикрыв глаза, и проследила потом за тем, как последняя служанка скрылась за дверьми. Проведя по волосам, богиня расслабилась, и опустилась немного в воду, едва оставив на воздухе свои глаза и половинку носика. Поэтому, именно в это время, она уже не слышала, что происходило в комнате, она не видела, как Кощей появился рядом с ее кроватью, и положил свой прекрасный подарок, туда, где богиня любви, как раз его увидит, и не пройдет мимо, ни за что. Афро встает, подождав пару секунд, и слышит лишь последний шорох, который сразу же исчезает. Она не понимает в чем дело, и идет медленно в сторону своей комнаты, прикрывшись полотенцем, и даже не позаботившись о том, чтобы одеться. Шаги медленные, спокойные, едва заметные, едва шумные. Она проходит в сторону комнаты, и осматривается. Взгляд падает в сторону кровати, и на глаза попадается тот сверток, маленький, но кажется именно он, снова вызвал улыбку на лице женщины. - М, интересно. - уже прибавив шаг, прошла в комнату, прошлась по полу, прикрытому ковром, и оказалась рядом с кроватью, присев на нее, и схватив сразу же сверток, словно маленькая девочка, отпустив даже то самое полотенце, которое было на ее теле. То сразу же слетело с ее груди. - Ой. - подтягивает на себя полотенце, и с улыбкой и закушенной губой, открывает клочок бумаги, и внимательно смотрит на него. - Какая прелесть. - совершенно искренне, с воодушевлением произносит женщина, и замечает кольцо. Берет его в руку, и улыбается. Оно привлекает ее к себе, словно нечто самое совершенное на планете. Никто не мог бы подарить такой красивый подарок, кроме Кощея. Богиня откладывает кольцо, и рисунок, проходит для того чтобы за ширмой переодеться, и привести себя в порядке. Она не успевает даже пробежаться полотенцем по волосам, как уже бежит быстро по коридору, не желая перемещаться в комнату к Кощею, не получив его приглашения. В руке, она сжимает подарок, а в голове, мелькает единственный вопрос, который, она готова была прямо сейчас задать Кощею. Останавливаясь рядом с его дверью, богиня переводит дыхание, и стучит в комнату. - Можно к вам, герцог? - она открывает дверь, и делает легкий шаг вперед, закрывая за собой открытую дверцу. - Я увидела ваш подарок, и решила явиться к вам, надеюсь не против? - улыбнувшись, женщина делает шаг вперед. - Он прекрасен. - лишняя пауза, перед похвалой. Она готова была расцеловать его за этот подарок. И уверена была, что подарил его именно Кощей.

+1

36

Из ряда вон выходящее поведение Кощея только набирало обороты и «Остапа понесло», как напишет однажды велики писатель.  Хорошая погода или звуки родного Нави, но что-то определенно воодушевило бога мести на подвиги в самом страшном смысле этого слова, ведь скука была удавлена на корню и шило начинало свой оборот, вращаясь все быстрее. Хотелось срочно бросить всю размеренную жизнь чертового замка, вырваться из этой клетки.
Сейчас ему было тут тесно, дышать становилось трудно и вся суть бога рвалась подальше от этих стен, хоть на денек, требовала свободы вдали от людей, новых ощущений, отвлечься от всего происходящего, чтобы вернуться с новыми силами к основной миссии. Кажется, потом это назовут отпуском, но у бога мести это имело несколько другое значение.
Подарок Афродите стал лишь началом. Чернобог уже придумал, чем занять себя на протяжении следующих дней двух, даже объяснил все королю и теперь быстро раскладывал все бумаги в стол, даже не думая запирать его. А смысл? Кому надо, все равно вломиться, только вот ценного ничего Кощей не хранил во дворце. Даже какие-то важные документы человеческого мира он сохранял в самом потайном углу своего замка в Нави, куда никто не мог ступить кроме него самого.
Он как раз шуршал бумагами на столе, когда быстрый стук каблучком перешел в разрешение войти. Волк поднял взгляд, немного поморщив лоб и тут же выпрямился, отвлекаясь от дела.
- Какой такой подарок, м? – в секунду переместившись, приблизился к Афродите и так поцеловал, что ей пришлось сделать пару шагов назад. Конечно, Чернобог знал о чем она, но упорно съезжал с темы. – Почему ты мокрая? – удивленно посмотрел на богиню, замечая мокрые волосы и не слишком много одежды. – Мне нравится. – заключил бог, присел и подхватив ее под попой «обьятьями», поднял над полом. Настроение становилось все лучше, а значит скоро что-то случится и обязательно испортит такой настрой бога, он разозлиться, прольется кровь и так далее по накатанной дорожке.
- Я уезжаю. – поставил ее на пол, но не отпустил, только стал чуть серьезней. – На пару дней. – выждал паузу, созерцая реакцию и добавил, - Ты поедешь со мной. Не скажу куда. – Сразу предупредил, даже не задаваясь вопросом о желаниях Афродиты. Как можно не хотеть с ним поехать. Тем более, он был слишком рад ее видеть, почему-то, очень хотел взять ее с собой и провести время вместе подальше от этой суете и мирских забот.
Обнял ее и тихо прошептал на ушко, отодвигая влажные волосы, - Тебе понравится. Как и подарок. – Складывалось все отлично и ему нравилась улыбка на лице богини. Подарок явно попал в цель и дурацкое желание переплюнуть короля умолкло. Он, конечно, понимал на сколлько оно абсурдно, но не смог отказать себе в желании утолить этот порыв.
Так бы все и было, если бы не новый стук в дверь и тонкий женский голос, обратившийся с фамильярным «ты» и слишком уж сладкий. Мысленно Кощей застонал, чуя недовольство, посмотрел на Афро, потом на дверь.

+1

37

Каким же прекрасным было настроение. Как хотелось сохранить его по дольше, как же хотелось сделать так, чтобы он, этот миг, не кончался никогда. Выдохнув, богиня берет в руку кольцо и надевает его на свой пальчик, медленно, но заметно. Этим она ничего не хотела сказать, просто решила сделать приятное Кощею. Он же, куда-то собирался, и даже не смотрел на нее, впервые пару минут, а затем, его строгий взгляд, обдал богиню холодом. Она едва ли не подумала, что Кощей решил снова стать для нее льдиной, айсбергом, который снова будет сложно растопить, но нет. Он был куда веселее, чем казался на самом деле, и все это стало видно, когда шуршание бумаг прекратилось, полка прикрылась, и к ней явился сам бог мести. Он так быстро оказался рядом, что богиня даже ахнула, смотря на него, быстро моргнув. Улыбка на лице, такая приятная для нее, и для него тоже. Ещё никогда, ни разу в душе не скакали игривые чертики, заставляющие богиню так поддаваться на его шуточки, и такие же игры. Он целует ее, и Афродита этого снова не ожидает, легонько отходя назад, делая пару шагов обратно, богиня любви, останавливается, и смотрит после слишком удивленно на Кощея. Он прикидывается? Неужели это не он прислал ей подарок? Нет, он конечно. Афродита была просто уверена в этом, кто кроме него, мог бы переплюнуть самого короля, когда уже там, в погребе, Афродита просила его о таком внимании, и подарке. Улыбнувшись, богиня осмотрела его, и когда Кощей обратил внимание на ее волосы, то откинула их назад, а сама перевела дыхание, чтобы суметь спокойно и равномерно дышать, так же как и говорить. - Просто я только что из ванны, неужели ты не знаешь этого? - улыбнувшись, немного загадочно, Афродита опустила глаза, а потом заигрывающе приподняла их на бога, прикусив губу. - Правда нравится? - переспрашивает богиня, и оказывается у него на руках, подхваченная под попу. Жаль еще не покружил, а то она словно ребенок, еще и засмеялась бы. Но нет, они слишком взрослые, чтобы так развлекаться, тем более, нужно ли это было сейчас, здесь? Афродита смотрит на Кощея сверху вниз, ловит его взгляд, такой приятный, теплый. Боже, когда еще увидишь такой теплый, пронзающий, но прекрасный взгляд его глаз. Такой чистый. Он явно нравился Афродите. Она усмехается, и ерошит его волосы, пока у бога такое настроение, можно и пошалить. Смеется, так тихо, словно воркует, как голубь, и оставляет в глазах приятный, озорной блеск. Да, явно они немного забылись, и теперь погружены в себя, что и о делах можно позабыть, но ненадолго. Кощей ставит богиню на пол, и говорит слова, от которых внутри все переворачивается. Зачем он так с ней? Сейчас он играет с ней, а теперь, говорит что уедет? Куда? Зачем? Почему именно сейчас? Неужели нельзя все это отменить. Богиня любви смотрит в его глаза, так серьезно. Её улыбка исчезает с личика, и теперь, кажется можно идти, и горевать. - Уезжаешь? - как только богиня спрашивает об отъезде, как ей сообщают сразу же то, что она едет вместе с ним, и предупреждают заранее, что не скажут, куда их путь приведет. Это так волнует, внутри богиня ликует. Как это, она будет с ним, наедине и сможет говорить, и трогать и обнимать? Он берет ее с собой? А король что на это сказал или герцог, он же Кощей, уже договорился обо всем? Неужели он готовил это с того момента, пока они были в погребе, уже ночью? О, да, та ночь навсегда останется в ее голове, Афродита будет ее помнить еще очень долго. Усмехнувшись, богиня тянет руку на его плечо, обнимает, и прижимается ближе, стараясь говорить так, чтобы слышал эти слова только Кощей. В них, конечно, ничего не было такого, но, тем не менее, ей хотелось преподнести их как можно лучше, как можно больше вложить в них чувств. - С удовольствием составлю тебе компанию. - усмехается, и приближается, чтобы поцеловать его губы, медленно останавливается, на некотором расстоянии от губ бога мести и шепчет, тихо так, но ласково. - Даже не буду сомневаться в том, что мне понравится это место. - она ведет пальчиками по его груди. Опять воспоминание о той ночи, да, помнится, она так уже делала, когда лежала рядом, на своих юбках. Кстати, что же стало с тем платьем? Оно уже никуда не годилось, и было выброшено, пока никто этого не видел. Афродита усмехнулась, и посмотрела на желанные губы. Её пара минут, и богиня легонько касается их, но останавливается, слыша за дверью женский голос. Богиня легко поворачивает голову на дверь, смотрит пристально и медленно закипает. Кого еще притащила сюда судьба? Явно это испытание для нее не закончится ничем хорошим. Снова его игрушки, бродят здесь, полный дворец. - Ты ждал кого-то - тихо произносит богиня, и делает шаг в сторону от Кощея, дав ему возможность сделать пару шагов к двери, чтобы открыть ту. - Может быть это важно? - отходит, и встает дальше от Кощея, опираясь на стол своей попой, складывая руки перед собой, на юбку, и сцепляя пальчики между собой. Вот ей очень интересно, кому еще он проехался по ушам, не только видимо одной Афродите, что возьмет ее с собой. Или это просто очередная девушка, желающая провести с ним ночь? С той и с другой стороны, Афродита уже желала знать. - Ну, может быть, откроешь? - указывает на дверь, а потом поворачивает голову в сторону, держа до сих пор в руках клочок бумаги, на котором нарисован был ее силуэт.

+1

38

Довольная улыбка расползалась на лице от ее слов, ледяное сердце Кощея согревалось от ее прикосновений, поцелуя, он становился другим сейчас, чувствовал иначе, но всегда балансировал на тонкой грани, ощущая, как мимолетное дуновение может все оборвать и снова его повадки станут острыми, как лезвие бритвы. Ее поцелуй горчит, так приятное мучает, распаляя желание... Если бы не этот проклятый стук в двери!
- Тебя ждал. – Куда же он без ехидства. – И еще с десяток брюнеток. – Пришлось выпустить ее из объятий, позволив богине встать подальше. Кощей скептически посмотрел на нее и засмеялся. – Думаешь, ты в таком виде не вызовешь подозрений тут? – Не важно кто был за дверь, но видеть тут Афродиту не должен был никто. – Сейчас! – крикнул в сторону двери, идет в противоположную сторону – к богине.
- Что ты уже не довольная? – он усмехается ее возмущенно надутым губкам и такому же тону. Подходит совсем близко и приподняв, усаживает на стол. – Не важнее тебя. – тихо шепчет на ушко вперемешку с легкими поцелуями, руки сжимают тонкую ткань на коленях богини и тянул вверх, поддаваясь инстинктам волка. Снова стук. Кощей останавливается и недовольно рычит, уткнувшись носом ей в шею. – Послушай, - Как же не хотел отрываться от нее, словно наркотик, притягивала, стоило лишь коснуться, лишь ощутить эту пылающую страсть, с каждым разом не затихавшую, а распаляющуюся с новой силой. Он касается ее щеки, проводит по губам и немного оттягивает нижнюю вниз. – Ты сейчас пойдешь во вторую комнату. – он указал на дверь рядом. Между прочим, спальни. – А я открою дверь и спроважу  ее. Потом вернемся к тому, на чем остановились. – сжимает ее руку своей и нежно целует, только сейчас замечая, что кольцо богиня надела. Это заставило его снова улыбнуться, поднимая темный хитрый взгляд. - Обещаю загладить свою вину любым способом. – Так не хотелось портить свое настроение. Волк снова прижимает ее и целует в губы, прикусывает, увлекается, потом резко отстраняется, давая ей встать.

+1

39

Все должна была или могла испортить какая-то женщина, невзначай пришедшая навестить Кощея. Вот к чему все это? Не видать Афро прекрасного настроения ни своего, ни его? Ну, или это просто нужно перетерпеть, подождать, переждать и пропустить мимо ушей, сделать вид, что ничего не было. Она смотрела на него, вопросительным взглядом, желая узнать, правда ли никого не ждал, или ждал, просто не сказал, просто потому, что не хотел. Или хотел, но не успел. Выдохнув, богиня любви осматривает дверь, за ней настойчиво стучат. Ещё немного и она разозлится, выпроводит же, сама из этой комнаты, и не даст возможности приблизиться к тому, с кем хочется провести пару дней, или даже пусть сейчас, минуты, секунды. Смотрит на деревянную дверь, потом переводит взгляд на Кощея, который медленно подходит к ней. - Может быть она не поймет. - хмыкает Афродита и смотрит за Кощеем, который начинает еще ближе подходить к ней, подтягивает ее наверх и сажает на стол, так что Афродита не успевает даже ни слова сказать, потом же, наконец находит момент. - Я даже не подала виду, что не довольна. Или все так сильно видно? - врет, показывает, еще как, в открытую, что именно это ей не нравится больше всего, когда им мешают. Ведь ей так хотелось побыть с ним, особенно тогда, когда он в таком прекрасном настроении. Выдохнув, и осмотрев мужчину напротив, а еще смерив его тем временем взглядом, внимательно слушает его, как он говорит, и следит за тем, что делает. Вот же гад, может уговорить кого угодно, даже Афродиту, которая уже готова была тут все разнести. Она смотрит на него, пристально в глаза, смотрит, еще смотрит, выдыхает. - Что же, если это так нужно, ладно. - встает, когда это возможно и осматривает Кощея снова. Такое ощущение, что она не может на него насмотреться, только изводит ее почем зря. Вздыхает, поворачивает голову в сторону комнаты, или как назвал бы ее Кощей, спальни, исключая все варианты, в которых девушка могла бы поманить Чернобога за собой внутрь того помещения. Делает пару шагов в ту сторону, и смотрит снова на Кощея. - Только не долго, я надеюсь, ты не забудешь невзначай, что я здесь... - не вопрос, а утверждение. А то Афро может появиться в самый не подходящий момент, помешать и мало того, не дай бог, спустить милую брюнетку с высокой башни, поиздевавшись. Да, такие мысли, бывали у Афродиты. Она делает пару шагов, смотрит на Кощея, а потом скрывается за дверью, которая ведет в спальню. Закрывает за собой ту и проходит дальше, осматриваясь. - Мда, пришла я не во время кажется. - думает вслух Афродита, но уже так, чтобы там, за дверью не было этого всего слышно. Провела день с желанным мужчиной, угомонила свое желание поцеловать его еще раз, страстно так, как и тогда в погребе, отметить подарок этот, на который сейчас смотрит своими глазами, и рассматривает. Прекрасное кольцо, оно так сверкает, даже тогда, когда на него попадает всего лишь легкий лучик света. Играет, так приятно, и на душе сразу спокойно. Выдохнув, Афродита садится на кровать и затихает, не двигается, ждет. Возможно, ей хотелось услышать что-то важное, что-то ободряющее. Она надеется, что Кощей не обманет, и поступит так, как и говорил, и наглая дама, уберется отсюда быстрее, чем можно было бы подумать. Но это кажется только мечты Афродиты. Она медленно проводит по глазам, и считает, что ревность в данном случае не уместна. Успокаивает себя? Богиня любви усмехается, и встает, проходя к двери, которая едва открыта. Девушка ведомая своим прекрасным любопытством, встает рядом с косяком, и, облокачиваясь на него, слушает, что же будет дальше?

0

40

- Я наблюдательный. – Еще бы не заметить такого яростного недовольства. Но, в некоторой степени это льстило ему и отлично шло под настроение, иначе Кощей запросто бы взбесился по поводу таких порывов. Он проводил ее взглядом, к собственному удивлению подмечая собственничекие нотки в ее словах, интонациях, даже в том, как она уходила в комнату. Кощей усмехнулся и пошел открывать двери назойливой гостье.
- Что ты хочешь? – ни привет, ни пока, совершенно без интереса и энтузиазма. Его как подменили в тот миг, когда дверь открылась, словно его хорошее настроение и в помине не существовало. Дамочку эту он знал отлично, даже ближе, чем хотелось бы. Раза два спали вместе и то второй раз только потому, что это был единственный способ заткнуть ей рот.
- Почему так долго не открывал? – она пробежалась пальчиками ему по руке и нырнула в комнату. Дело дрянь, убить эту вертихвостку было не самым лучшим решением – ее муж сейчас никак не должен был впадать в тоску, а тот имел страшный недостаток любить свою жену потаскушку. – Разве я приглашал тебя зайти? – не закрывая двери, осведомился Кощей. – У меня нет на тебя ни времени, ни желания, что куда важнее. – Брюнетка чуть пятнами не покрылась, услышав его слова, но быстро перешла из стадии гнева в нелепую попытку переубедить.
- Ну что ты такой злой опять... – обняв бога за шею, она настойчиво прижалась, целуя его. Наглости такой Кощей как-то не ожидал и как-то ненароком упустил момент ответа на ее поцелуй.
- Нет. Отстань. – Отказаться от смертной или богини никогда не составляло труда и бог решительно сделал шаг назад. Единственное исключение из этого правило сейчас сидело в его спальне и волк больше стремился попасть туда, чем болтать с этой... как ее там зовут. – Значит так, дорогая, - взяв ее под локоть, потащил к выходу из комнаты, - Больше не приходишь и не делаешь такого, иначе сверну шею. – Такого поворота она никак не ожидала, испуганно захлопав глазами, пока перед носом не хлопнула дверь.
- Ты еще тут? – тем временем Чернобог возвращался в зону хорошего настроения и легко толкнул дверь в уже пустую спальню. – Кто бы сомневался. – закатил глаза Кощей, тут же перемещаясь к ней в комнату.
- И чего ты сбежала?! – недовольно окликнул богиню, как только оказался в ее спальне.

Отредактировано Chernobog (09.11.13 00:50)

0

41

Не хорошо стоять под дверью, и подслушивать разговоры. Нельзя. Это подло и даже низко, а в особенности, со стороны Афродиты, самой богини красоты. Но, тем не менее, любопытство было намного сильнее ее, и она продолжала стоять в двери, и слушать, что там происходило. Если честно, ей этого не хотелось слышать, она могла испоганить себе настроение за считанные секунды, и потом, едва подвернется удачная возможность, все высказать наверняка Кощею прямо в глаза. Почему-то именно сейчас, когда Кощей шел к той самой злополучной двери, открывать ее, Афродита осознала, эта дамочка, раз так настойчива, то просто не уйдет по первой же его просьбе. Шорох, и Афродита едва заглядывает в щелочку, смотрит и потом снова отходит, чтобы ее не видели, специально прячась за косяком. А вообще, Кощей мог сделать куда лучше, и с самого начала, просто не обращать внимания на стук этой женщины. Кем же она была? Персона знатная, гостья, или просто одна из жен слуг короля? Да, ее мысли подтвердились. Это была одна из жен советника короля. Очень важного, почти такого же, как и Кощей, только немного ниже его по статусу. Но, тем не менее, особа важная, и отказывать такой его даме, было просто невозможно, ибо эта женщина, своим мужем, словно клубком ниток, игралась, и делала все, что душе было угодно. Афродита тут же выдохнула. Она наслышана о том, что любит и чем занимается эта дама, когда ее мужа нет дома, или когда ей становится скучно. Афродите уже казалось, что за долгую свою жизнь в Версале, эта женщина, переспала со всеми советниками короля, и как оказалось, Кощей был в ее списке, уже не первый раз записанный. Афродита конечно, как богиня любви и красоты, могла наказать ее, за измену мужу, но, тем не менее, пока не делала этого, поджидая прекрасного, удачного момента, а эта нахалка, все-таки прознала, что боги решили простить ей все ее грехи, и продолжала купаться в разврате. Да, открой бы глаза Афродита ее муженьку, так этот бы на кол ее посадил. Жуткий мужчина, ничего не скажешь, но он размягчился, когда увидел эту девушку по дороге, выполняя приказ короля. Да, и чем она ему так приглянулась. Простая служанка, ничего в ней не было интересного, если сравнивать с другими, да и тем более, за годы службы разным мужчинам, будем называть это так, ее конечно потрепали, что сказать. Женщина начинала погибать, прямо на глазах. Богиня любви, пока размышляла о том, как бы сделать так, чтобы отомстить за такое явление женщины в покои герцога, как та уже впилась своими губами в губы Кощея. Вот что возмутило, так возмутило. Видеть это, наблюдать за другой дверью, все это глупо. Афродита решается, еще пару секунд, и исчезает с места, появляясь уже в собственной спальне. Ну, нет, сейчас она его разведет на нечто большее, а Афродита, стой и смотри? Контролируй процесс. Господи, можно же было притвориться, что его нет в комнате, к чему вообще открывать этой женщине дверь, если ты не намерен с ней говорить даже, просто поинтересоваться, зачем приходила, можно было бы потом. Но нет, видимо Кощей любит острое. Ну ладно, будет ему острое. В принципе, ничего между женщиной и Чернобогом не было, но как же это распалило огонь внутри богини любви. Теперь, она категорически не собиралась никуда ехать с ним, ибо принцип тонкой, но такой хорошей занозой, засел в груди, и в одном месте. Она приземляется на кровать, быстро и резко выдыхает, складывая руки на платье, и смотрит в сторону. Ей неприятно все это и она морщится. Ну как так можно вообще? Зная, что она там в его спальне, он решил отдать этой женщине поцелуй. Возмутительно. Хмыкнув, Афродита смотрит в сторону двери, и как по велению волшебной палочки, в ее комнате появляется это существо, перемазанное слюнями той женщины. Афродита встает и демонстративно отходит дальше. - Не захотела мешать вашей идиллии. - с обиженной интонацией произносит богиня и отходит к окну, встав к мужчине спиной. Так всегда было просто говорить, не нужно было смотреть собеседнику в глаза, а значит, слова будут идти на ура. - Можешь взять ее с собой в поездку. - вот теперь, все сказала. То, что хотела, и будет молча ждать, пока позади, кажется, начинается такая сильная буря. Если он сдержит себя, и сделает так, что ни единого мускула на его лице не дернется во время их разговора, значит, все поймет. Но ежели разозлится, то Афродите придется начать еще один скандал, ведь как раз настроение под стать тому, чтобы из прекрасного настроения, быстро перепрыгнуть, огромным прыжком, в сторону ссоры, скандала, и тому подобное, и все в этом же духе. Честно, не хотелось ей скандалить, но выказать свое "фи", она могла спокойно. Кощею оставалось только вытерпеть ее, либо, задеть и снова завести в очень не приятную, для них двоих, уверена, сторону.

0

42

- Ты невозможная! – ответил на все сразу Кощей, с безразличием созерцая показательное выступление богини. – Что за стремление все перекрутить и перепортить настроение. – недовольство активно просыпалось в голосе бога, не желавшего выслушивать какие-либо претензии в адрес своей персоны.
Эта женщина была совершенно не выносима, вспыльчива не по делу, непредсказуема, при чем, иногда в плохом смысле этого слова, часто совершенно не желая понимать ни логики происходящего, ни мотивов тех, кто рядом с ней. Кощей никак не мог игнорировать стук, потому что все знали о его сборах в поездку, потому что горел свет, потому что доносились звуки, потому что он не мог вызывать столько подозрений за раз, тем более у этой болтливой сплетницы. Сегодня же весь замок стоял бы на ушах. К тому же, бог мести действительно желал провести с Афродитой эти несколько дней, потому и спровадил гостью поскорее. Богиня знала бы, если не сбежала бы.
- Могу и ее взять. – он переместился, одним махом разворачивая к себе блондинку, упираясь руками в подоконник, так она была зажата и не могла двинуться с места, разве только шевелиться. – Но, я собрался ехать с тобой, если ты не заметила. И сейчас нахожусь тут, а не с ней. – Если это недовольство сейчас же не спадет с лица Афродиты, он вообще сам уедет и тоже хорошо проведет время. Глаза бога мести недовольно сверкнули, поглощая все его хорошее настроение, заставляя тонуть во мраке души, без ответа и привет для следующего возвращения. А самое смешное, что не эта девица испортила ему настрой, уже почти канувший в пучину гнева, а сама Афродита, своими прекрасными ручками и недальновидностью, разрушила весь душевный покой бога зла.
Теперь его душа начинала требовать крови и зрелищ. Он злился, нависая над ней, едва удерживая желание немного придушить за наглость.

0

43

Ее голос звучал строго, она говорила, смотря вперед, видя перед собой прекрасный вид, тоже. Не такой красивый как у Кощея, но тем не менее. Вздохнув, Афродита прикрывает глаза. Сейчас ничего не лучше, чем тьма, темень. Большего не нужно. Богиня словно смотрит в ночь. Она сейчас хочет, чтобы было так. Только темнота, скрывает ее истинные чувства. Стоит, ничего больше не говорит, пустота в ее голове, и она только лишь слушает его слова. Он возмущается, еще бы. Как не возмущаться, ведь в этом вся его сущность. Он злится, начинает злобно отвечать и холод в его душе, снова окидывает сердце своим покрывалом. Афродита ощущает это так явно, что даже не удивляется тому, когда мужчина резко дергает ее за плечи и поворачивает к себе. Открывает глаза, смотрит в его глаза, которые словно кричат. Снова осуждая ее, потому что вспылила и так быстро скрылась из виду, поддавшись своей ревности. Но он разве о себе не слышал? Не видел, как ранее, и сам вспылил по поводу короля, а теперь, она виновата в том, что отреагировала так легко на его отношения и этой сплетницы? Боже, как же мужчины не справедливы, они все время думают только о себе, и теперь, когда Афро все же настаивала на своем, он злился, даже не думая о том, что можно было понять, успокоиться, и перестать разжигать в своей душе злость и ненависть. О! Он может взять ее с собой, какая прелесть, ну так пусть берет, чего же он сюда пришел то? Почему спешил сюда, если ему совершенно не принципиально кто поедет в эту поездку с ним. Хмыкнув, но ничего не ответив, богиня поворачивает голову в сторону и смотрит туда, на свою кровать, прикрывает глаза и снова в них темнеет. Кажется, так все просто, но нет. Выдохнув, богиня поворачивается снова к богу и смотрит в его глаза. Её так и разрывает изнутри, но как подобает настоящей женщине, Афродита приподнимает подбородок, не зависимо от того, что он давит на нее, становится еще ближе, упираясь о подоконник. Афродита делает шаг вперед, смотрит на него, в его глаза, так спокойно, невзирая на то, что он перед ней, такой злой, он горит ненавистью, а она, теперь будет спокойна как никогда. - Никогда в жизни... - ее слова спокойны, но такие тихие, однако четкие, слышны только для него. Пусть не думает, что она так просто от этого всего откажется. Она выше всех этих служанок, и не станет поддаваться собственным эмоциям перед ним. Возьми себя в руки Афродита, ты же богиня красоты, ты богиня любви, и никто не смеет с тобой соревноваться в этом. - я не позволю, чтобы мое место заняла смертная, или какая-то служанка. - она немного опускает голову и смотрит на него, с такой уверенностью, борясь взглядом, уничтожая его всем видом. Она гордая, да, и в то же время, смелая. Не побоится даже сказать Кощею об этом. Делая шаг вперед, медленно, прижимаясь к нему телом, чтобы он не думал отходить, обнимает его за шею и тянет к себе его лицо, медленно касаясь губами его губ. А потом страстно, словно стирая былой след, былой поцелуй, этой мерзавки. Она отстраняется только тогда, когда уже заканчивается воздух в легких. Она отстраняется, смотрит в его глаза. - Ты уже все собрал? - она улыбается, медленно растягивает губы, и оголяет свои прекрасные зубки, скалясь волку. Странно, но мысли уносятся далеко в будущее, когда они рядом, вместе в одном том месте, куда решил ее пригласить. - И как интересно, ты уговорил короля, чтобы его фаворитка, уехала с герцогом? - ей стало вдруг интересно, почему вдруг он решил ее взять, и как король отреагировал на это. Улыбка сходит с лица, и Афродита осматривается по сторонам. - Мне нужно собраться в дорогу. Немного платьев, и украшений. - скрещивает пальцы вместе, и переступает с одной ноги на другую, пряча за спиной свои длинные светлые волосы. - Если бы конечно, я знала, куда мы едем. То, могла бы собраться куда лучше, но так, придется терзаться в желании скорее прибыть на место. Тебе же тоже не терпится уехать отсюда? - отходит, упираясь спиной в подоконник, поднимает руку, расцепляя пальчики, и ведет ладошкой по его щеке, просматривая этот путь от самого начала до его конца, пока пальчики не упираются в ткань одежды. - Ты побудешь здесь, пока я буду одеваться или пойдешь к себе и уберешь все бумаги? - она понимала, он не хранит важные документы здесь во дворце. Чернобог, слишком хорошо умеет прятать важные для него вещи, иначе бы, он долго тут не продержался. Однако же, нужно было создавать видимость, того, что документы, бумаги все же здесь, и те, кто хотят заполучить дела короля, пусть клюнут на крючок. - Ну, так что? Ты подождешь здесь или пойдешь к себе? - снова делает шаг вперед, смотрит на него таким глубоким взглядом, улыбается, проводит по его груди. - Но я хочу, чтобы ты остался. Здесь. - стоило только провести немного руку ее вниз, как ткань платья, сидящего на теле богини так хорошо и красиво, спадет вниз, оголяя прекрасное плечико Афродиты. Как же она, богиня любви, не даст себе пару минут на то, чтобы вернуть настроение бога мести хотя бы на чуть-чуть.

0

44

Место: Остров Мон Сен-Мишель, Франция

замок

http://www.rzaki.ru/templates/img/full/1f04365f1a28faa69b413f5a82cd3ceb.jpg

Дата: 07.12.1748

Иногда и у богов неполучаетс так, как хочется. Едва прибыв в замок, Кощей на следующий день вспомнил о визите к одной миловидной особе, который обещал королю, но так и не успел совершись из-за отьезда. Чтобы избежать лишних вопросов, Чернобог решил быстро смотаться, расчитывая на путешествие в пару часов. Афродита была так увлечена чем-то в комнате, что его отсутствие врядли бы сказалось на ней, а предупредить как-то не подумал и не привык, да и с чего бы он – бог! – стал о в чем-то обьясняться, оправдываться и рассказывать. Закончит дела и вернется.
Планы, как всегда, пошли прахом и вернулся Кощей только под утро. Разговор увлек до самой ночи, а перемещаться  обратно было не с руки и пришлось воспользоваться каретой, предложенной хозяйкой, а потом еще и тащиться на этой колымаге по дорогам, ощущая на себе каждый камень и яму. Прибавить к этому размытые дороги от дождя и замечательное настроение гарантировано на всю ночь. Добравшись обратно к замку где-то под утром, когда начало светать, Чернобог быстро прошел в свою комнату, рывками снимаю одежду, так раздражавшую сейчас, придающую ощущение тяжести и усталости.
Наверняка Афродита еще спала, а его так разнервировала вся эта ночка, что больше хотелось кушать и убивать, чем спать и именно в таком порядке. Кощей помылся, переоделся, распахнул пошире окно, впуская свежий морской воздух. Жаль, что вчерашний вечер не удалось провести куда приятней, не зря же он привез богиню именно в этот замок, находящийся на вершине холма у самого моря. Шум волн доносился через окно, уже почти стало светло и Кощей завалился в кресло вместе с книгой и кофе, наконец расслабляясь и отдыхая. Тишина вокруг радовала как никогда, а звуки моря так успокаивали и убаюкивали, он бы даже поддался этому манящему предложению вздремнуть, если бы не случившееся далее.

0

45

Вечер в новом замке проходит успешно. Пока приехали, пока разместились в комнатах, и теперь, нужно было, как следует все разместить по полочкам, и стульям, которые были и имелись в комнате. Афродита была в предвкушении всего отдыха, просто с отличным настроем, и теперь, даже то, что омрачило их разговор в самом начале, теперь не могло даже поколебать настрой. Богиня раскладывает вещи, достаёт приятное, нежно-голубое платье из сундука, и смотрит на него. Корсет, снова он, но без него, будет не так красиво, а ведь хочется произвести впечатление на бога мести, сделать ему приятное. Она надевает свои самые красивые серьги, самое красивое, массивное ожерелье, проходит медленно к зеркалу, и смотрит на себя. Она надеется, что это понравится ему, что она произведет на него впечатление. Радости нет придела, и она готовится. Берет флакон с духами, и делает один единственный пшик, который быстрыми капельками, оседает на ее грудной клетке, и это заставляет Афродиту сделать глубокий вдох. Её запах, собственного тела, такой приятный, смешивается с таким же приятным запахом парфюма. Ну все, он на сегодня точно ее, еще нужно было бы убрать как следует волосы, красиво, чтобы ему понравилось. Почему она так старалась? Почему не доверила свое одеяние служанке, а сама, сама решила сделать, создать для себя образ, который мог бы его привлечь. Ох, как же хотелось, как сердце рвалось к нему. Почему именно он? Почему сердце не стучит так, когда она идет к королю на ночь, а только тогда, когда она желала бы посетить комнату Кощея. Только с ним, казалось, душа спокойна, становится уверенней шаг, и Афродита уже думает, нет, она мечтает словно принцесса, которая жаждет увидеть своего принца, какой будет эта ночь. Страстной и нежной в то же время, такой не долгой, но какое будет красивое утро, приятное утро рядом с ним. Улыбнувшись своим мыслям, и пустив в комнату немного воздуха, Афродита вздохнула, и потянулась. Осталось совсем немного, и она пойдет к нему. Только чуть-чуть, дать ему времени, чтобы он освоился, и наконец-то подумал о ней. Девушка делает пару шагов вперед, садится на кровать и складывает руки на коленях. Потом резко встает, и осматривается, проходя в сторону двери. Выходит и идет по коридору вперед, до комнаты Кощея. Она делает решительный шаг, и на самом пороге его комнаты, ее останавливает голос девушки. Что? Он уже с кем-то? Открывает и заходит. Внутри, уже порядком разговорившись, сидели две служанки, и как только увидели Афродиту, сразу же вскочили, словно их за попы, кто-то ущипнул, или уколол. Быстро, резко и видимо действенно. - А где герцог? - она смотрит спокойным взглядом, и сначала перескакивает с одной девушки на другую. Они мнутся, и Афродита выдыхает. - Я не понимаю, я что, задала такой сложный вопрос? - она повторяется, теперь ее голос звучит строго и прямо. Девушка шатаются, кажется сейчас, одна из них точно упадет в обморок. - Герцог, а... - ура, одна словно созрела для разговора и начинает снова мямлить. Господи, Афродита сейчас ее прибьет. - Ну. - терпеливо, пока еще, она ждет, выжидает. - Он отправился к одной даме, ее поместье здесь не далеко. Часах в двух, трех от этого места. - тут Афродиту словно поменяли. Она смотрит на девушек, слушает их внимательно, а потом опускает глаза и усмехается. - Ах, к даме. - ощущает как внутри уже начинает разгораться огонь. Почему он не сказал ей, что ему придется уехать? И на сколько, он что, пригласил ее для того, чтобы поиздеваться? Афродита проклинает Кощея, всеми известными ей словами. Богиня делает шаг назад, и останавливается немного поодаль от двери. - Так, а вы что тут задержаться решили или что-то еще?! Я не поняла? Живо по делам своим разбежались! Я буду ужинать одна. - строго говорит Афродита и указывает служанкам. Они тут же выбегают из комнаты, и бегут по своим делам. - Тоже мне, нашлись, шатаются без дела! - рычит богиня, и закрывает дверь в комнату. Она зла, ох как же она зла. И эти эмоции читаются в ее глазах, на лице. Богиня идет быстро в сторону своей комнаты, заходит в нее и сбрасывает ожерелье в сторону, кидает его, и отказывается смотреть на это ничтожество. - Да как он мог не предупредить? Я как дура здесь! - Богиня садится на кровать и быстро развязывает ленты на корсете. Дергает его и освобождает тело от этой не простой ноше. Откидывает его, и заваливается спиной на мягкую кровать, которая сейчас кажется самым настоящим кирпичом.
Утро. Пустое холодное, ужасное, дурацкое скучное не спокойное, такое же, как и ночь. Можно еще подобрать, много разных предложений, фраз, словосочетаний для этого времени, но, кажется можно и этими обойтись. Они, как ни что иное подчеркивают агрессию, настроение плохое у богини любви, которая всю ночь сидела и читала книгу, не обращая внимания ни на что. Она спрашивала пару раз у служанок, они говорили, что его нет. Она бесилась еще сильнее. Она закипает, и кипит сейчас. Вздыхает, осматривает помещение, и снова выдыхает, сгоняя груз агрессии, и ненависти. Закрывает глаза, потом открывает их. В книге, как и в любом ином романе, пишут о любви. Любовь. Кому она нужна. Бросает книгу в сторону. - Как можно быть такой наивной! - обсуждает не себя, а героиню книги, хотя, история почти похожа, как и там, на страницах, ночью изведенной книги. Листки разлетаются в стороны, а потом богиня проводит себе по волосам. Больше не хочется ничего делать, ничего говорить. Даже есть. Но время подходит к тому, когда блудный бог должен был вернуться. Богиня встает и одевается, проходит снова к комнате Кощея и настойчиво стучит. - Неужели до сих пор, его величества нет в своей комнате?! - строгим тоном произносит богиня, до сих пор не открывая дверь, ожидая пока мужчина сам, если вернулся домой, откроет ей. Он не увидит радости, не увидит любви, нежности, страсти. Это будет злость, и желание убить, здесь и сейчас. Ох, как же он попал. Женщина была слишком напряжена, огорчена. А огорченная женщина, пуще атомной войны. Это точно.

0

46

Ничего хорошего он не ожидал. Одна только интонация, с которой богиня распахнула дверь говорила о много, красноречиво озвученная мечущим молнии взглядом.
- Какое прекрасное утро! – восхищенно улыбнулся Кощей, ощущая приближении бури, мгновенно сник и лицо приняло свое обыкновенно выражение. Чего от нее сейчас ждать бог не знал, потому готовился ко всему и сразу, чтобы уж наверняка, а судя по ее настрою и перепуганным глазам служанок, все было не зря.
- Мне пришлось уехать вчера вечером. – Кощей закрыл книгу и отложил ее в сторону, медленно поднимаясь с кресла и подходя к богине. – Жаль, что тебе пришлось провести эту ночь самой. – толика сожаления скользнула тихой ноткой в голосе, едва различимым блеском в глаза и тут же сникла. Преодолевая безопасное расстояние он подошел на крайне близкое расстояние, заглядывая в распаленные гневом льдинки глаз.
Часть его была не довольна таким ее поведением, но часть, вероятно более экстремальная, радовалась такому раскладу, отсчитывая секунды до взрва. Чернобог, кажется, даже слышал как тикает механизм, приближая неизбежный момент. – Перестань вести себя как ребенок. – более серьезный чем обычно голос скорее требовал, чем уговаривал, не желая слушать отказ.
Он и в самом деле не видел причин для таких ее обид, но понять женщину – это искусство, которому надо учиться тысячелетиями, а он прожил только пару-тройку. Беглый взгляд по ней, распущенным волосам, быстро понял, что встала она недавно и сразу же пошла его искать. Значит, ждала? Это было внезапно приятно, уголки губ немного дернулись, но со стороны было похоже на насмешку больше, чем на улыбку своим мыслям.

0

47

Как бы ни хотелось сейчас Афродите выглядеть словно ребенок, она не могла скрыть своего недовольства. Он привез ее сюда, чтобы отлучаться по делам к какой-то там женщине? Знает богиня его дела, и поэтому возмущение, с каждым разом внутри нее росло, и не давало возможности остыть. Едва сорвавшись, Афродита осознала то, что не сможет просто так упустить этот шанс и высказать то, что накопилось внутри нее за эту бессонную ночь, пусть и провела она ее в постели. Распахнув дверь, но, не входя внутрь, Афродита гневным взглядом смотрела на бога, словно они были муж и жена, и только что, муж хорошо так провинился. Богиня выдохнула, но сдерживать себя не было сил. - О да, просто чудеснейшее. Ни на что не похожее. - подцепила богиня, и уже потом сделала пару шагов в комнату, чтобы остаться с ним наедине, а не видеть миловидные личика этих служанок, еще вчера получивших свое. Да, вчера вечером, и собственно ночью, богиня изводила всех слуг в этом доме своими претензиями. Ей, в таком настроении не нравится абсолютно все, поэтому удовлетворить ее у прислуги так и не удалось. Благо, те хранили вечное молчание, и были прекрасно подготовленными специалистами, чтобы хоть как-то пойти против воли такой знатной особы как маркиза. Все понимали и даже видели ее недовольство, и даже слуги чуть старше, понимали, почему она так бесится, но не говорили никому. И правильно, будут языки свои распускать по не нужным и не таким важным темам, Афродита лично им их все отрежет, даже не пожалеет ни на пару секунд, становясь для всех не идеалом женщины, а ужасом. В этом была вся Афродита. Пылкая, страстная, изменчивая натура, к которой не подойти с одной только стороны, и с простыми обещаниями провести весь уикенд вместе, ей еще и нужно доказательство. Хотя обычно, она куда спокойнее, чем сейчас, но это влияние чувств, поселившихся внутри нее, как только богиня поняла, что ревнует бога мести ко всему, и тому причиной, скорее всего, влюбленность, спустя три года совместной, можно так сказать, жизни. Поэтому, с какой-то стороны, имея с герцогом, а по натуре еще и богом мести, какие-то связи, она имела право его ревновать, в общем, так же как и он ее. Ведь он тоже делал это. И не раз. Афродита хмыкнула. - Ты уехал, и даже не предупредил что покинул замок. - она была настойчива, и тем не менее знала, что не смотря на ее уверенность, бог мести сейчас тоже может взорваться, лишь от одних ее таких собственнических слов. Он ведь считает, что не должен был отчитываться перед ней, и даже что-либо говорить, но уж дорогой, если приехали вместе, так стоило хотя бы оставить послание у служанки. - Ты мог бы предупредить! - она стояла на своем. Предупреждение было важно, действительно, вчера, на глазах у двух служанок, Афродита опустилась ниже этого пола, на первый этаж, или даже в погреб, что естественно ее задело. Как так, она стремилась к нему, хотела быть рядом, готовилась, в конце концов, и хотела даже его удивить, но этот мерзавец, взял и свалил к какой-то там даме, и провел там не час, ни два, а целую ночь. Вот уж занятно. - Мы приехали сюда вместе, ты мог хотя бы сказать. Но ведь и словом не обмолвился. - девушка отступает как только Чернобог приближается на слишком опасное расстояние. Внутри, сердце богини начинает колотиться с огромной мощью, она смотрит на него, пилит его взглядом, и сейчас, когда это действительно для нее важно, он говорит что она ведет себя как ребенок? - Я не веду себя как ребенок. - уточняет специально для него богиня и встает в позу, скрещивая руки на груди. Она злится, рвет и мечет, и это все в ее прекрасном воображении, брызжет и кровоточит, такая приятная картинка, на данный момент, но не достойная внимания богини любви. - Зачем ты привез меня сюда? - яростно вступает богиня любви, теперь лично делая первый шаг в его сторону, чтобы оказаться немного ближе. И снова это сердце рвется из груди, только потому, что кажется, когда она рядом, хочет еще сильнее разорвать его на куски и забыть о том, кто такой Чернобог. - Если для того, чтобы здесь я умерла со скуки в одиночестве, пока ты там развлекаешься, то в таком случае, я уеду отсюда! - она была настроена серьезно. Правда, если сейчас, окажется, что именно для этого Афродита здесь, для того, чтобы не мешать делам в Версале, богиня соберет свои вещи и оставит его на растерзание разврата, его любимого. Хоть время с пользой проведет, с какой стати вообще она сюда прибыла? Для чего? Пустые вопросы, так же как и мысли. Они не нашли ни одного ответа, потому как Афродита не могла сейчас спокойно и нормально соображать. Она была подвержена собственному гневу, и не хотела отпускать это состояние почему-то, дальше, чем на миллиметр.

+1

48

Мог бы предупредить. Мог бы сказать. Мог бы вообще быть учтивым и вежливым, но вся проблема в том, что он не хотел. Во-первых, ему нравилось быть скотиной, что самое главное, а во-вторых, работа у него такая. За вежливостью, доброе и счастьем – это к его брату на другую сторону мироздания. Все эти претензии Афродиты пусть и были обоснованными, но никак не хотело сознание волка их принимать, а он и не настаивал особо, решительно отвергая все разумные доводы и логику. Переменчивое настроение дало о себе знать, Кощей плюнул на рационализм и мгновенно вспылил, поднимаясь с места одним рывком, словно его шило завертелось с новой силой и бог не усидел.
- Развлекаться я тебя сюда привез! Не поняла еще? – гадкая усмешка ярче солнца играла на губах бога, совершенно не намеривающего отпускать Афродиту или дать ей шанс сбежать из замка. Не выпустит, не позволит и она знает это. Он быстро подошел к ней и прижал к себе спиной резким движение, сдавливая руки чуть выше локтей. – Ты же знала, как все будет. – так близко, так жарко, говорит прямо в ухо, нашептывает, как демон на плече. Ее волосы слегка покачиваются от дыхания бога, сердце у него вдруг начало отбивать быстрый ритм от того, как скалился волк. Ему хотелось заставить ее замолчать, прекратить разговаривать в таком тоне, так нагло предполагая, что он ей чем-то обязан или что-то должен.
- Разве не за тем же сюда приехала ты?! – кажется, вопрос, но интонация совсем не та, более утвердительная, никакого ожидания ответа или вообще вариаций на тему. Кощей злился, темная душа скалилась хищным волком, выворачивалась и требовала немедленной расправы над богиней. Толкает ее вперед к столу, пока та не упирается руками в деревянную поверхность и только тогда позволяет себе отпустить ее руки, чувствуя, как богиня надежно зажата между ним и предметом мебели. Тянет с плеча долой платье, прикусывает там кожу и целует, повторяя тоже самое с шеей Афродиты, пока не доходит снова до уха, немного толкнув ее, чтобы привлечь внимание к словам, сладко нашептываемых богом зла. – Тебе нравится. Всегда нравилось. – Предметы на столе качнулись от неожиданного движения, руки ощутили свободу и принялись вольно гулять по телу богини, проводя по бедрам и сжимая пальцами ткань тонкого платья, заставляя его подниматься все выше, оголяя прекрасные ножки Афродиты.

+1

49

Какой черт вообще дернул Афродиту идти в сторону его комнаты, заходить в нее, и предъявлять что-то, за то, как он обошелся с ней? Она понимала, это не принесет желаемого результата, какой там. Он всегда будет делать так, словно прав. Сейчас, возможно он и был прав, но признавать это Афродита не желала. Да, он бог мести, бог зла, и имел право, даже мог не приходить к ней, не информировать, куда ему нужно, но, тем не менее, Афродита этого не приняла. Она сейчас злилась, более того, слишком сильно, чтобы размышлять и думать логически и так, как было бы правильно. Она, возможно должна была спокойно на все это отреагировать, совершенно не замечая того, как Чернобог скрылся во мраке того, вчерашнего дня, и оставил ее  одну, в этом дворце, вместе с прислугой. Ужас какой, сейчас она его выведет, но желание было однозначным. Ей все равно было на то, как он отреагирует, захочет ли ее убить, или спустит это с рук. Хотя, второе скорее было не для него. Он не оставит это просто так, а значит, сейчас придется показывать свое недовольство по поводу его действий. Легкий поворот, и Афродита уже собирается уходить, не дожидаясь ответов, да они собственно и не так важны, но с минуту, оказывается тут же в руках Кощея, но не повернутой к нему лицом, чтобы видеть этот нарастающий гнев в глазах, нет, спиной, чтобы он, словно демон, наклонялся над ее плечом, и шептал свои коварные слова, этим сладким тоном, наглым, насмешливым. Афродита прикрывает глаза, а потом смотрит вниз, на пол, где были ее ноги, и ковер. Сейчас, что же он будет делать? легкие действия, она всегда удивлялась этому. Он так нежен, пусть даже в его груди горит пламя ненависти к ней. Он уже давно убил бы ее, стоило только Афро быть смертной, и возможно, будь у него такая возможность сейчас, не отказался бы покончить с блондинкой раз и навсегда. Но у него не было шансов, и кажется, ему даже не хотелось. Что же так привлекало их друг к другу? Что так манило, что даже когда хотелось убить, не получилось. Рука не поднималась, в тот момент, когда с другими, была возможность сделать это. Афродита вздыхает, сжимая крепко свои зубы. Она не хочет говорить, ей не хочется поворачиваться к нему. Она лишь слышит этот тон, он как всегда, чувствует себя куда увереннее, когда злится, он становится не управляемым, и остается лишь ждать, когда ненависть утихнет. Но сейчас, она, кажется, еще сильнее разгоралась и не собиралась утихомириваться. Афродита дернулась, она не собиралась так тихо стоять и слушать его насмешки, его слова, и констатации факта. Хватит, достаточно. Нужно было отсюда убираться. Но возможности, к сожалению не было. Девушка не успела, и пошевелиться, как сильные руки Кощея, быстро толкнули богиню к столу, в который она уперлась руками, стараясь не проехаться, по покрытию. Осматривает стол, и потом хочет повернуться, чтобы найти выход, чтобы избавиться от взгляда этого мужчины, не успевает, теперь уже становясь зажатой между столом и телом Кощея. Что же, остается лишь ждать. Она спокойна, лишь хрипло дышит. Он срывает с плеча платье, и начинает целовать там, прикусывать, однако сейчас, это больше не приносит ей такого удовольствия, внутри все кипит, и бурлит, словно в котле, таком большом, огромном. Она тем не менее молчит, лишь до того момента, когда легким толчком, он призывает слушать его. Нравится ли ей? Хороший вопрос можно было бы задать самой себе сейчас. Афродита дергается, но освободиться по-прежнему слишком тяжело. Опирается еще сильнее в стол, и сжимает пальчики. - Сейчас не всегда! - уточняет богиня, все таким же голосом, спокойным, и сердитым. Да, тот момент, когда он целовал ее шею и плечо, она слегка позабыла о том, что внутри горит пламя, и желание быть с ним строгой. Она вернулась в свое прежнее состояние, и теперь, приняла вызов. - Отпусти меня! - требует богиня, толкая его назад своим телом, чтобы хоть немного расстояния появилось, и возможность удрать. Однако он слишком силен, и его рука уже блуждает по ее бедру. Богиня решает однозначно. Ей нужно сейчас же воспользоваться перемещением. У нее выходит, она оказывается за его спиной. Нет, уходить сейчас уже нет смысла. Руками она упирается в его спину и толкает на стол, мстит. - Приятно находиться на столе, а? - отходит после этого в сторону, и осматривает помещение, в поисках чего-то тяжелого. Сейчас, разыгралась война между богиней любви, и богом мести. Что из этого выйдет, никто не знает. - Даже если я сюда приехала за тем же зачем и ты, это не значит, что наши мысли совпадают! - как можно врать самой себе? Она хотела быть с ним все это время, хотела и будет, только не так, как он думает. Она не хочет быть подобной всем этим служанкам, и мило, тихо ждать его в то время, пока он будет делать все что захочет. Сейчас она вместе здесь и она хотела сделать так, чтобы с ней, он тоже, хоть немного, но считался.

0

50

Волк усмехается, чувствуя, как где-то внутри просыпается хищник. Его уже не интересовала причина всей заварушки или повод, правда или ложь, кто прав или виноват – все это кануло в пропасть, когда проснулся зверь и учуял жертву. Мнимое спокойствие раздражало, мазохизм требовал своего и Кощей нарочно выводил ее, злил, чтобы найти предел этого умиротворения на лице Афродиты. Он уже было хотел свернуть ей шею и посмотреть, что будет, когда богиня посмела исчезнуть, но ее появление лишь в метре от бога спасло ей, если не жизнь, то целостность шеи точно.
- Как быстро меняются твои желания! – впивается в нее черным взглядом, голос становится тише и вкрадчивый, иногда кажется, он вот-вот зарычит. – Я могу не поспевать за такими скорыми переменами. –медленно сокращая между ними расстояние, крадется ближе. В нем никогда не было глупого человеческого страха обидеть, причинить боль, вред, едва ли кто-то мог пробудить в нем хоть тень таких эмоций. Игра с жертвой всегда увлекала бога, придавала азарта и лихорадочного блеск глазам, напоминая легкое безумие.
Отнюдь не смерти богини он сейчас хотел, а просто поймать ее, получить ее и заставить признать, что их желания совпадают. Ощутив ее вкус и запах секундой ранее, волк уже не мог отказаться от этого приза, отдавая все свои силы и внимание на поимку жертвы. Хотела внимания бога зла? Получите!
- Мысли может и нет, - в итоге он переместился и возник прямо напротив Афродиты, мгновенно сжимая ладонями упругую попку богини, - а вот желания совпадают. – он смотрел на нее, как диабетик на торт. Кощей облизнул пересохшие губы и смерил ее взглядом, на сколько позволял минимум пространства между ними, делая медленные шаги, пока оба не завалились на кровать, стоящую рядом. – Все равно ты не сбежишь и сама знаешь, что хочешь меня. – он даже руки ей не держал, придавливая всем весом к кровати. Губы растянулись в злорадно усмешке, а потом обожгли  жарким поцелуем.
Он на столько желал ее сейчас, что вздох вырвался с груди, как только губы коснулись мягких губ Афродиты. Сердце заколотилось с невероятной скоростью, одна рука запуталась пальцами в волосах, вторая принялась блуждать по безупречному телу богини, лишь подбадривая и без того безумное желание. Наглый поцелуй не требовал ответа, просто не принимал никакого друга ответа, кроме согласия и повиновения, впиваясь ей в губы, заставляя раскрыть их и позволить богу мести властно проникнуть в ротик богини, подчиняя себе любое ее действие.
Волк остановился только когда закончился воздух и под рукой треснула ткань платья. Тогда поцелуи перекинулись на шею и ключицу, без капли нежности, зато с всепоглощающей жаждой владеть ею здесь и сейчас. – Ну давай, вырывайся! – шепчет на ухо, кусает за него и рвет долой платье. Начало их ссоры уже давно затерялось на задворках сознания. Кощей не помнил начала, не помнил повода, жил лишь секундным порывом, этим желанием, готовый на все, лишь бы дописать поставленной цели. – Или признай, как ты этого хочешь!  - пальцы, перебиравшие ее волосы во время поцелуя, резко сжались и потянули золотистые локоны, заставляя Афродиту прогнуться на встречу богу зла.

0

51

Он двигался так медленно, осознавая, что теперь, наступает его игра. Он поворачивается, смотрит на нее, игриво, так жадно. Афродита осматривает мужчину, пристально смотрит, впиваясь глазами в его глаза, и замечает, как пляшут там, внутри дьяволы. Она следит, но, кажется зверь, живущий внутри бога мести, уже знает на перед, что нужно делать, как надавить, чтобы загнать свою жертву в тупик, и разорвать на части. Она теперь, и всегда была его жертвой, правда раньше, Афродита не хотела сопротивляться, а сегодня, словно это подогревало еще сильнее ее желание быть с ним рядом, с таким, какой он есть, и она не ушла бы, не ушла и сейчас, но почему бы не сыграть в игру, или роль жертвы, которая так прекрасно у нее получается. Яростная такая, строгая, она ждет, пока он сделает решающий шаг, и вот он, рядом. Переместился так, чтобы между ними оставалось всего пару шагов. Эти шаги, медленные, спокойные. Он готов ко всему, даже к ее самому резкому желанию. Афродита же не готова, ее ноги начинают, словно подкашиваться, и поэтому, когда он начинает наступать, она без возможности вырваться, отступает, делает шаги назад, и оказывается на кровати, вместе с ним. Под его телом так становится жарко, даже душно. Афродита вздыхает. Его тело тяжелое, но в то же время, не этого ли ей хотелось? Он легко заставляет ее ответить на поцелуй. Жестокий, не требующий ответа. Но для нее, было бы проще ответить, чем сейчас же начинать сопротивляться. Нужно подождать немного, растянуть момент, до этого прекрасного действия, до этой прекрасной сцены. Богиня любви вздыхает, старается теперь уже отстраниться, делает легкий рывок в сторону, но уже и не нужно ничего делать. Он сам отстраняется от нее, и смотрит пристально. Что он хочет? Выбить ее из колеи? Заставить биться в порывах любви и страсти? Ну, уж нет, сегодня все будет куда иначе, и настолько интересно, что ему должно понравится. Прежде всего, не как мужчине, а как истинному хищнику, желающего свою добычу. Она не должна быть похожа на тех девиц, что он имеет каждый вечер, ночь, день, утро, неважно когда. Они все слишком податливые, не смотря на то, были ли невинны или уже давно нет. Мужчина может потерять интерес к пустой, безвкусной игрушки, но все должно быть натурально, Афродита не игрушка, она истинная жертва, и это сейчас Чернобог приметил не случайно. Богиня тяжело дышит, старается отстранить его, когда он требует ее бежать, когда он просит вырываться. Афродита смотрит на него, впиваясь руками в его плечи, однако слыша как быстро рвется ткань платья, богиня округляет глаза. Она не была готова к этому, однако такой поворот событий, конечно, не мог не радовать. Нет, богиня могла бы вырваться уже сейчас, сорваться с места, исчезнуть и оказаться где-то далеко от него, но кто сказал, что он не найдет, на минуточку, это же волк перед ней, в его хищнике хранится прекрасное умение, находить любого не только по запаху, но и инстинктивно. Так что Афродита даже на северном полюсе не найдет покой от серого волка. Дернувшись немного вперед, она становится ближе к нему, ничего не говоря, сохраняя пока спокойствие и молчание, Афродита смотрит за его плечо. Её сердце колотится с новой силой, кажется уже спустя секунду, она бы столкнула с себя мужчину, но Чернобог схватил ее за волосы, и заставил выгнуться на кровати, на этой мягкой приятной кровати. Теперь сбежать было меньше шансов, но, тем не менее, богиня резко отрывает руку от его плеча и дарит не приятную, горячую пощечину, которая сияет на щеке, уже спустя пару минут. Афродита отстраняет его руку от своих волос, приподнимается и сжимает его волосы, отстраняя от себя. - Хочу? - дернула его волосы назад, сжимая зубы между собой, а потом смотрит на его щеку, где красуется красный след от ее ручки. - Ну не знаю, не знаю. - отстраняет его совсем, и исчезает, оказываясь снова позади него. Эта игра заводит, слишком сильно. Главное, чтобы волк зацепился, желая свою жертву, теперь такой вот, уже почти раздетой, беспомощной на первый взгляд. Её волосы легкими волнами спускаются на грудь, плечи, не дергаются даже. В тот же момент, дыхание Афродиты становится тяжелым. Для разыгравшегося волка, все будет итак ясно. Она сглатывает. В ее теле нарастает лживое переживание, однако, нервы на пределе. Хотя смотрит на него достаточно серьезно, стоит не двигается, и ждет ответной реакции. - волк... такой смелый и отважный хищник. Уверенный в себе. Нужно так много тренироваться, чтобы поймать свою жертву... - она приближается, переходит на шёпот. - Кто я для тебя, волк? жертва, или женщина? Богиня любви? Кто? - эти вопросы не требовали ответа. Она лишь приближалась, дразнила, уводила за собой сознание серого хищника. Но она не надеялась запудрить ему мозг своим тихим, нежным голоском, нет. Она хотела видеть в его глазах азарт, желание биться, сейчас, в этой комнате. Охотиться на нее. Ей этого нужно было. Договорив, богиня разворачивается и не поправляя платье отходит. Она стоит к нему спиной, однако, так даже волнительнее. Богиня часто дышит. Прекрасный слух хищника, должен уловить все. Каждую мурашку на теле, каждое подрагивание в дыхании, и тот бешеный ритм, с которым сейчас бьется ее сердце.

0

52

Где-то между всплеском азарта и инстинктом хищника, на тонкой грани балансировала жестокость, принимавшая очень индивидуальную форму. Он живет единым желание, голым, обостренным, как нерв, жалящим от одного прикосновения. Как же колотилось ее сердце, в бешеном ритме всей ссоры, словно заведенное и поддержываемое биением сердца бога зла. Даже пощечина не привела сознание в порядок. Бог зла только оттолкнул ее руку, пропуская «нападение» богини, идущее в разрез с ожиданиями Чернобога. Предположение о побеге Афродиты оказалось ошибочным и игра продолжалась, а значит, волк станет еще агрессивней, если она не прекратит его дразнить. Хотелось ее чувствовать, ощущать всем телом, слышать на запах ее кожи совсем близко, словно воздух, словно самое ценное в жизни.
Думает, только она может перемещаться? О, Кощей может еще лучше, но пока следит за ней, смотрит, как богиня приближается и что-то говорит. Ее голос теряется в громком звуке сердцебиения, в токе крови, кончики пальцев начинают холодеть и покалывать, пока глаза наливаются гневом. За все. За пощечину, за наглость, за самоуверенность, за игру и смелость не поддаться сразу. Тело пронизывает ток, бьет мелкими ударами где-то внутри. Вся его сущность жаждала сопротивления, хотела сломить, поймать, заставить биться в агонии и пускать в ход ноготки.
Смотри как она замирает рядом, а потом отходил, ожидая его действия. Его ход. Это слишком по правилам. Кощей, не долго думая, обратился волком и за один прыжок оказался рядом с богиней, тихо рыча и поглядывая на нее самым настоящим волчьим взглядом.
- Что мешает совмещать эти понятия? – обернувшись человеком, прошептал ей на ухо, касаясь ее лишь дыханием. Волк обошел ее за спиной, оглядывая почти обнаженное тело Афродиты. – И почему ты ограничиваешься только тремя вариантами? – встав напротив нее, он был едва ли не на расстоянии поцелуя, проговаривая каждое слово ей в губы, выпустил контроль снова из руки и тут же его руки поймали богиню. Взявшись за остатки платья, с силой дернул за ворот в разные стороны так, что какие-то мелкие пуговки звонко посыпались на пол, но их он уже не слышал, пожирая взглядом Афродиту.
- И не время сейчас болтать. – процедил сквозь зубы, как только рука сжала горло богини. – Сегодня ты будешь моей. – кусает ее за губы, целует через каждое слово, как изголодавшийся зверь, вновь учуявший еду. Кощей с легкость приподнял ее и посадил на узкий комод позади, толкнул рукой колени Афродиты и оказался между ее ног, придвигая поближе к себе свою жертву.
- Не знаешь... – нарочно вторил ее словам, снова повторяя их. – Сомневаюсь. – Дыхание было куда красноречивей любых слов и чем ниже опускались его поцелуи, чем яростней блуждали руки, тем более отчетливыми становились ее вздохе. Когда стало совсем жарко, он стянул с себя рубашку и впился в губы богини, ощущая ее если не всем телом, то хотя бы частично, снова задыхаясь от всплеска желания. Лихорадочные поцелую не имеют тормозов, становясь все настойчивей и глубже так, что богине приходится отклониться немного назад.
Только теперь он понял, чем его так выводил Людовик. Вовсе не ревность будоражила кровь бога мести, а чувство собственничества. Он «наложил лапу» на Афродиту и готов был перегрызть горло любому, кто полезет к ней. Конечно, вселенской верности он не хотел от богини, да и с чего бы, но видеть, как ее лапает другой или рассказывает про бурные ночи – это повод для убийства. Сейчас он отыгрывался. Доказывал и ей и себе, что важно лишь происходящее между ними, остальное – тлен.

0

53

Как все прекрасно складывается. Они, кажется, понимают друг друга с полуслова. Не нужно лишних движений, не нужно лишних действий, чтобы ему понять, насколько сердце быстро бьется, отбивая этот ритм не просто так, а потому что азарт ворвался в душу, и разрывает изнутри. Она так жаждет знать, чем все это кончится, как волк сможет поймать свою добычу, ведь он так ее желает. Это заметно в его сдержанности, и тем не менее, яростной злости, рвущейся в глазах, словно собака, стараясь укусить сильнее, разорвать. Но волк, существо совершенно иное, он хищник отменный. Он не станет так быстро убивать свою жертву, тем более, если оболочкой является никто иной как бог мести. Он уже давно метит, как бы отомстить Афродите, как бы сделать так, чтобы она замолчала навсегда, и все не может. Это пылкое сочетание, зла и гнева. Такой будоражащий коктейль, в который Афродите хочется окунуться с головой. Казалось бы, какая еще девица пойдет на такое, зная, и понимая, чем может все обернуться. Но не для нее. Она богиня любви, и возможно слишком самоуверенна, но мужчин знает хорошо. Ощущает, как он позади нее, уже смотрит, прожигает взглядом, и будь его воля, уже давно сумел убить, оставить без головы, потому что так, волку кажется лучше. Афродита улыбается. Он чувствует тот наигранный страх, и то истинное волнение. Она вздыхает, и этот вздох, дрожащий, но готовый ко всему. Кажется, сейчас должно что-то произойти. Она этого ждет, отдавая ход, отдавай последний шаг. Что он сделает? Как заполучит ее? Нежностью, или присущей волку жестокостью. Это не так важно, ведь Афродита готова к любому концу. Взмах ресницами, и после темноты, лишь на секунду ворвавшейся в ее сознание, он появляется рядом, прямо перед ней, холодом обдавая все тело. Она словно сейчас, прямо на этом месте, превратиться в ледяную статую. Он специально это делает, она знает. Но тело, душа и сердце, подчиняются. Они хотят подчиняться. Без вопросов, слушая, внемля любому слову, которое срывается с его губ. Преданно смотря вперед, словно отдавая это чувство самой себе, богиня проводит по нему взглядом, но уже совсем другим. Тем же хитрым, готовым на все, ради продолжения этой безумной игры. На первый взгляд, все так сложно, запутанно, но с другой стороны, слишком просто, и ломать голову даже не нужно, чтобы найти ответа на вопросы, мучавшие голову. Афродита смотрит на него, а он близко, так близко, что его дыхание задевает ее губы. От этого по лицу проплывает приятная дрожь. Сердце рвется в пляс, словно уже давно не играло так. Это прекрасное ощущение, проползает, словно змея по всему телу. Она не переставая смотрит на него, а потом поддается его желанию, и оказывается на его руках, усаженная на комод. Теперь уже все решено, он пошел в настоящую атаку. Теперь, ей деваться некуда, остается лишь поддаться. Ну и славно, именно этого хочет богиня, так крепко сжимая его своими ногами за бока. Он так близко и теперь ее губы в его власти. Прикусывает, целует. Что только не делает, избавив ее тем временем от остатков одежды. Платье рухнуло вниз, под ноги, и теперь уже не волновало Афродиту. Она прикрывает глаза, смотрит на него ими, сквозь легкие щелочки, сквозь маленькие тонкие полосочки между ресничками. Часто и тяжело дышит, смотрит на него, улыбается, так ласково, нежно. А потом понимает, что эта улыбка немного лишняя. - Сомневаешься? - переспрашивает, проводя руками по его груди, медленно вниз, одним пальчиком, переходя на ноготок, а потом снова ладошкой касаясь, мягко, пытливо. - Твоей? - спрашивает, или просто уточняет. Его? Сегодня? А, ну это же только сегодня, а не завтра, и ни в какой другой день. - Ну, возможно сегодня да... А потом. - она подозревает, что все то, о чем они спорят из-за легкой ревности, из-за того чувства, которое есть даже у Афродиты, просто она до сих пор  не осознала, что действительно считает его уже давно своим мужчиной, только ее. Почему так? Ну, возможно это самоуверенность, а почему не признает, так это просто страх. Сейчас, она уже почти осознала, что принадлежать, готова лишь ему, только не привыкла быть чьей-то. Никто не давал повода, никто не просил ее об этом. Кощей тоже не попросит. Не захочет, но будет этого желать. Богиня прижимается к нему, отдаваясь полностью. Целует его губы, зубками цепляет его губу, и оттягивает на себя, а потом снова окунается в поцелуй. Проводит рукой по той щеке, которую только недавно одарила пощечиной. Выдыхая, и требуя большего, богиня больше не намерена сопротивляться. Что сказать - волк, прекрасный хищник, стратег, который смог таки убить свою жертву. Но ненадолго.

0


Вы здесь » HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS » Завершенные эпизоды » Зарисовки из жизни богов [24.10.-30.11.1748]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC