Вверх страницы

Вниз страницы

HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS » Завершенные эпизоды » Sometimes love is not enough[28.08.2045]


Sometimes love is not enough[28.08.2045]

Сообщений 1 страница 10 из 10

1


Название: Sometimes love is not enough
Участники:Hel, Belobog
Время и место действия:Австралия,Канберра, отель Лейвертон.
Краткое описание событий:у каждого из нас есть тайны, но не у всех они убивают. Порой, ты думаешь что знаешь все о человеке, особенно если состоишь с ним в отношениях, но не стоит и дальше наслаждаться своим заблуждением. Правда, какой бы она не была, всегда вылезет на поверхность. И тогда, последствия чреваты для обоих сторон.
Очередность постов:Hel, Belobog

Отредактировано Belobog (24.11.13 00:49)

0

2

Девушка всматривалась в свое отражение в простом круглом зеркале, скользя взглядом по взбитым темным волосам, рассыпавшимся по плечам и спине в беспорядке; в овал лица и  бледные губы, манящую серость глаз. Как много сил смертные женщины тратили на то, что бы удержать молодость – это всегда вызывало у богини легкую снисходительную усмешку. Они все стремятся к деланному идеалу, к эфемерному призраку, образцу, который в природе встречался совсем редко и был маняще недостижим. Как же скучно и уродливо стало округ, если мечты всех смертных мира сбылись и они обрели тот облик, к которому так стремились! Это было ужасно, подумала она, медленно проведя пальцами по шее. Это лицо было дано ей при рождении, хотя, пожалуй, не совсем все: часть его была мастерски выполненной иллюзий, тайною, которую она то ревностно охраняла, то готова была раскрыть первому встречному. О, эта двуличная женская натура, о, это желание придать драматизма всему, чему только можно было придать и что в подобном украшательстве совершенно не нуждалось! Богини тоже не были идеальны, но возможно в том и была пресловутая соль, что наша уникальность заключалась в наших недостатках? В похоти, в вероломстве, в вере, в наивности или в физическом уродстве? Говоря, Гера ужаснулась и выбросила младенца Гефеста с Олимпа, когда увидела, что у нее, царственной богини, родился столь несовершенный ребенок? Но что помешало ему при этом обладать чистым сердцем и как утверждают, гениальным талантом в своем мастерстве ковки? А еще обладать прорвою терпения, что бы продолжать хранить обет верности своей легкомысленной жене Афродите, которая действительно была прекрасна? Видимо, у всех у нас есть свои недостатки и стыдиться их не стоит, как и того, что бы тратить силы что бы их скрывать..

Разве что ради мужчины и этой мысли женщина улыбнулась, тряхнув волосами и облокотившись обеими ладонями на белоснежную раковину. Да, этим существам так важна физическая привлекательность, но как же это утомляет! Как выматывает постоянно быть на чеку! Хель медленно повела головою, разминая шею: заклинание требовало всем время быть сконцентрированной, но даже восхищенный взгляд Белбога терял свою магию, когда она уставала. Она медленно закрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов и – к черту все!

Даже боги всегда спорили какова она на самом деле, а отец только загадочно усмехался, когда кто-то пытался задавать ему вопросы. Она дочь Обманщика, сестра Волка и Змея, какой она может быть, говаривал он редким искателям правды и ее внимания. Папу редко волновало с кем она жила, но эта нарочитая правильность его по-настоящему забавляла.
Хель медленно открыла глаза и всмотрелась в отражение в зеркале: вся правая половина ее лица и тела, не скрытого полупрозрачным черным халатом, почернела, приобретя оттенок, присущий разлагающейся плоти, обнажая местами ребра и кости, обрывки мышц и то, что осталось от плоти. Исчезло веко, открывая помутневшее глазное яблоко, исчезли бровь и ресницы, ногти на пальцах руки отросли и потрескались. Но взгляд остался прежним: умиротворенным, довольным, гордым собою. Она такая, какая есть и возможно если однажды ей надоест чрезмерная оптимистичность Белбога на их счет, то стоит показаться ему в таком виде. Или..

- Я внимательно тебя слушаю, - тихо произнесла она, опустив ресницы. Четкий, идеальный профиль в мутном зимнем свете, льющемся из окна.

0

3

Когда она повернулась я замер, просто не веря своим глазам. Нет, должно быть, эта какая-то зверская шутка, иллюзия, обман. Такого просто быть не может. Возможно в каких-то философских трактатах, любовных романах или в книгах Стивена Кинга, такое было бы вполне логично, но в мире, где всем заправляет божественная ипостась, это выходило за все рамки общих представлений. Конечно, после знакомства с Хель, я перешерстил ряд литературы любым образом затрагивающей личность этой женщины. При изучении вопроса я был настоящим исследователем, не способным успокоиться пока не докопаюсь до истины. Я сталкивался с разными описаниями, абсолютно непостижимой информацией, уж тем более зная, как люди любят все гиперболировать, я откидывал ряд шаблонов. Признаюсь, даже извлек ряд полезной для себя информации. Я был шокирован. Любой народный гротеск не шел ни в какое сравнение с реальностью, впервые пришлось признать, что эпос умеет идеализировать. То, что  я увидел, было жутким зрелищем, уродством, на которое смотреть было противно. Гниющая плоть, благо запах не сопровождал сие зрелище, иначе бы мне не удалось бы подавить рвотный рефлекс. Меня передернуло от одной лишь мысли, что с этим чудовищем я проводил многие ночи, предаваясь ласкам и сладострастным утехам. Перед глазами все поплыло,  я чувствовал на своем горле цепкие пальцы ужаса, сдавившего мне гортань. Холодок блуждал по спине,  а кровь подступала к вискам,  болезненно пульсируя внутри. Гул в ушах, в голове, я даже не слышу собственных мыслей. Я не могу оторвать взгляда от нее, должно быть расширенные зрачки давно выдали панический страх, заставляющий сердце стучать на пару тонов быстрее. Кончики пальцев стали мокрыми и холодными, как у трупа, который смотрел сейчас на меня. Любой Хичкок, мог бы позавидовать стечению обстоятельств. Тут присутствовал и интересный поворот событий, главный герой был помещен в ситуацию чуждую ему, непривычную. И всеми любимый элемент неожиданности, не говоря уже о нагнетающей атмосфере. Добро пожаловать в лучший фильм ужасов 21 века. Сценарист, режиссер, постановщик – судьба, в главных ролях Белобог и Хель. Я даже могу представить слоган наиболее точно характеризующий  сюжет фильма: Иногда реальность страшнее сказок. С этим я был полностью согласен, наблюдая как это «нечто», «оно», - приближается ко мне. Каких усилий мне стоило оставаться неподвижным, никаким действием не выдать свои реальные чувства. Я уже готов был послать ко всем скандинавам всю эту затею «отношений с Хель», но в какой-то момент все изменилось. Я перестал видеть в ней монстра, уродливое существо прогнившее изнутри. Я вновь увидел в ней всю ту же женщину, которую любил. Теперь меня не пугала ее личина, страх ушел так же быстро, как и возник. Меня не волновало, что обо мне подумают, даже как отреагирует сама Хель, я молча встал с кровати и подошел к ней, проведя рукой по уцелевшей ткани кожи, убирая пряди густых волос с ее лица, стараясь рассмотреть все лучше. Я видел смерть, я начал понимать, что чувствуют люди посмотрев в лицо своей погибели. Я видел в ее взгляде весь ужас тех мест именуемых  Хельхеймом. Меня перестало волновать уродство, единственное, что проедало душу – почему она скрывала это от меня. Ложь, я понимал это прекрасно, учитывая мою реакцию, но хотел слышать ее версию.  – Почему ты скрыла это от меня? Хотела напугать? У тебя получилось, но как видишь я все еще здесь и мне не противно касаться тебя – накрывая ее губы или вернее то, что от них осталось нежным поцелуем, а после, отрываясь, прижал к себе. – Мне кажется, ты сама боишься смотреть в зеркало больше, чем то, что испытал я.  И если это действительно так, я бы мог помочь тебе. Свет, иногда способен лечить. Но, я сделаю это только с твоего разрешения и только если ты этого хочешь.Решать тебе. Но знай, у тебя не получилось от меня избавиться, если ты на это рассчитывала.

+1

4

О, это дивное изобретение под названием альтруизм! Светлый бог оставался светлым богом даже перед лицом самой большой опасности, особенно если она угрожала его личной жизни и его репутации. Или это был маразм, или нескончаемый оптимизм, который у славян порою зашкаливал до неимоверных показателей и Хель безумно веселил. С такими богами и людьми можно было творить что угодно, а на утро просто деликатно напомнить, что в целом все было поправимо.
Но это работало, когда это касалось очередного отдельно взятого апокалипсиса в Еврейской области и случайного самовозгорания окурка у бака с нефтью. То, что происходит как бы случайно, но не то, что происходит с Вами лично.

Ее внешность была отдельным разговором и проверка любовников на профпригодность одним своим настоящим видом обычно отпугивала тех, кто начинал ей надоедать или просто перестал интересовать по факту. В том, какой она была на самом деле сама богиня не вдела ничего дурного, странного, пугающего: Локи научил своих детей любить и ценить себя таким, какими они были. А потому братья безоговорочно считали сестру нормальной, не давая ей чувствовать себя изгоем – даже последующие появления в Асгарде Хель обставляла так, что она упивалась ужасом и отвращением в их взглядах и особенно их недоумением, что она не скрывала своей истинной внешности от тех, кто так пекся о своем виде и которые заставили отца вернуть отрезанные волосы златокудрой Сиф, хотя по скромному мнению повелительницы Хельхейма богин с короткой стрижкой было лучше.

И сейчас, в объятьях Белобога, Хель на мгновение почувствовала тот самый прилив спокойствия и гордости, вспоминая себя босоногую, в темном одеянии, с горящими глазами и темнеющей кожей, гордо и непринужденно шествующей по залам и гордо несущей себя такой, какой она была. Умиротворенной, красивой, пугающей, но уникальной.
И то, что теперь он скрывал ее в своих объятьях, заставило ее усмехнуться – цель действительно была достигнута, потому что ей было достаточно услышать слова о целебном свете, что бы понять, как точно она попала в сердце. Укор, удар, сомнения, ужас, желание убрать – в этом Белобог был одинаков со всеми мужчинами, а значит не уникален. Еще один плюс для того, что бы перестать думать о том, что он был тем «единственным», тем предначертанным.
Увы, им всем было недостаточно того, что она могла дать, а значит не просто не стоит искать – пора забыть даже об этом, перестать думать, перестать желать, оставив только чувственное наслаждение и старую добрую привычку убивать все живое своим внешним видом, вновь принять свою самостоятельность и свободу.

- Тогда почему ты говоришь о целебной силе света, - и она с хитрой ухмылкой дотянулась до его уха, касаясь разлагающейся плотью его щеки, смакуя момент и легкое подрагивание его тела. Все-таки в чем-то Хель была мазохисткой и это касалось чужих страданий и удовольствия, которое она получала от них.
- Раз я не смогу от тебя избавиться такой, то значит всегда смогу избавиться, не имея надежды на то, что исцелюсь, как ты сказал. А я люблю себя такой, боготворю себя такой, вижу себя такой, так что можешь отправить целебную силу именно туда, куда ты должен догадаться ее отправить. Мне, мой светлый мальчик, не нужно твое сострадание, прибереги его для себя..

Она отпустила его, оттолкнув от себя с хриплым смехом и медленно направилась к еще теплой постели, что бы забрать свою одежду. Интересно, как надолго хватит хваленого славянского оптимизма, подумала богиня, исподтишка следя за реакцией Белобога.

0

5

Хель, ты можешь заткнуться хоть на минуту, ты достала со своими надменными замашками. Я сказал что мне все равно, какой ты будешь, до тех пор, пока ... Я смотрел на нее и видел всю ту же женщину, с которой впервые столкнулся множество лет назад. Создавалось такое ощущение, что время ничему не учит и ничего не меняет. Не мне об этом судить, по-сути являясь существом настолько вечным, что просто теряешься в этих бесчисленно одинаковых днях, минуты превращаются в дни, дни в месяца, месяца в годы и так столетия сменяются тысячелетиями, а мы остаемся неизменными, незыблемыми как пирамиды в пустыни. Интересно, почему это я сейчас вспомнил о Египте, впрочем, презрения к самой стране у меня никогда не было. Я бы безумно хотел посетить эти песчаные барханы, увидеть всю красоту  и величие  пирамид, если бы  в один прекрасный день мы сами собственно все не разрушили. Она настолько непостоянна, то ласкова как море в штиль, то сносящая все на своем пути как цунами. Наверно, я никогда не привыкну к ее резким, на мой взгляд, переменам. Может именно поэтому я и выбрал именно эту женщин среди тысяч ей подобных. Сотни раз убеждал себя что искал постоянства, что нужно стереть это увлечение из памяти и найти вариант наиболее соответствующий моим представлениям. Самообман, может это как попытка вырваться из опостылой колеи  тут же загоняя себя в рамки. С одной стороны, я уже сотый раз пожалел о сказанном, задумываясь, не поздно ли еще вернуться, начать все заново и просто сделать вид, что ничего не было. Я все чаще себя убеждал, что все, что мне нужно от Хель – это качественный секс, без обязательств, без чувств. Несомненно так оно и было, наверное первые 200 лет, последующие сто я стал задумываться почему я так долго делю постель с одной и той же женщиной, исключая конечно же ее способность доставлять фееричное удовольствие. Следующие двадцать я стал думать что в ней все же есть что-то особенное, что делает ее привлекательной не только в глазах прочих мужчин, в моих глазах. Еще десять, я стал замечать свое трепетное отношение к Хель, и это стало меня пугать. Я отдалился. Прошло еще 30 лет, и я подсел на этот наркотик. Мне не хватало ее, я жаждал эту женщину каждой клеточкой своего тела. Мы могли месяцами не вылезать из постели. Потом началась война, встречи стали все короче, еще более засекреченными. Я даже уловил в этой тайне некую романтику, искаженную, возбуждающую. И мне становилось этого мало. В какой-то момент я понял что люблю скандинавскую богиню. Это было самым неожиданным для меня поворотом. Убежденный атеист, пламенно опровергающий существования любви! Задумываясь обо всем, каждый раз  перед взором предстала весьма забавная картина, которая, как нельзя кстати, отражала реальность пусть и с сюрреалистичным подтекстом.  Я все так же гордо восседал на железном троне, но руки плотно сжимали кандалы, оснащенные шипами с внутренней стороны, которые впивались, разрывая кожу на запястьях, вырисовывая на них  кровавые узоры.  Железный ошейник с отходящей от него ржавой цепью лишал возможности малейшего движения. Картину завершала корона,  венчавшая мою голову, сжимая словно тиски, вызывая многочисленные головокружения, галлюцинации, потерю сознания, лишая воли. Да, здесь я, несомненно, король, хозяин, бог, но  в то же время и пленник, палачом которого служит женщина за которой я бы в жизни не пошел, ради которой ничего бы не сделал, которую при других обстоятельствах никогда бы не возжелал. Пожалуй, данная аллегория весьма уместна именно такие ощущения пробуждало во мне представление о глубоких чувствах, которые связывали смертных. В них не было тех красок, которые изображаются в сказках. Жили они долго и счастливо? – всего лишь слова сказанные неудачниками, которые погрязли во лжи собственных иллюзий и начисто лишились возможности трезво расценивать ситуацию. Я готов был часами высмеивать этих глупцов, пока не стал одним из них. Жестокая, неуместная шутка. Более чем, из всех нормальных женщин, я выбрал ЭТО, как же можно было так просчитаться.  Но самое забавное другое. Думал стоит мне столкнуться с чем-то подобным так и дух простыл. И что же получилось? Я все еще рядом, все еще желаю ею обладать, все еще испытываю глубокие чувства. Теперь я сражен одним лишь взглядом на нее, неважно каким чудовищем она была или будет, это все не важно. Как собака на цепи, привязан только не к будке, а к хозяину. Это безысходность угнетает меня, но без нее все просто не имеет смысла. Молча подхожу и утыкаюсь носом в  ее шею, мне холодно, толи от мурашек бегающих по спине, толи… – Мне неважно это все. Пока я могу тебя видеть, все неважно. Поэтому не смей говорить, что пропадешь еще на пару месяцев, я и так слишком долго ждал очередной встречи. 

Отредактировано Belobog (09.12.13 19:39)

0

6

Невозможно научиться любить кого-то, если ты какое-то время не принимал себя как достойного чувственной любви.
Невозможно в одно мгновение оттаять и стать лучше, нежнее, восприимчивым к тому, что бы быть ласковым, что требовало внимание и что стало часть жизни другого. Странно было чувствовать себя не обязанной чьей-то милости, а равноправным членом отношений если ты никогда не знала, что это такое, не скрывая при этом какого-то большого секрета. А какие отношения можно построить, если изначально они строились на лжи?
Хель никогда не любила, точнее никогда не получала такой возможности что бы полюбить. Все эти вздохи под Луною, все эти тайные желания, девичьи секреты - все это прошло мимо нее, миновало. Она могла бы научиться хоть чему-то от отца, но тот женился на Сигюн скорее из некого подобия вредности, как она считала и его дочери было не ясно как нужно себя чувствовать, что бы просто любить кого-то. А дальше ...
Говорят, что если собака, будучи щенком, привыкла к побоям, то непременно вырастя она укусит за руку того, кто ее кормит. И Хель кусала, впивалась зубами, раздирала о крови, упивалась тем, что оказалась права. Какое количество чистых душ она от себя при этом отпугнула женщина не догадывалась или же даже не хотела думать. Менять свое мнение о людях и богах она не стремилась менять, так же как и не стремилась им доверять, потому что ужас, как это зачастую бывает, брал верх над робкою надеждою, которой наделана каждая живая душа. Отвращение и страх в дорогих глазах могли убить любые чувства, разбивая сердце на множество мельчайших кусочков и рано или поздно был ли вообще смысл склеивать его потом, подпускать кого-то к себе ближе, чем было достаточно для удовлетворения простого физического желания или чистой страсти?
В итоге Хель пришла к заключению, что чувства, сильные привязанности были огромным минусом, самой большой слабостью для любого и какой был смысл в том, что бы цепляться за них, если это было лучшим из оружий против этого создания?
Сколько раз она задавалась вопросом что приводило к ней Белбога сова и снова и сколько раз она снова и сова понимала, что ответ ей недоступен как она не старалась проанализировать его поведение. Одна, две, пять встреч со светлым богом можно было списать на что-то вроде любопытства или страсти, но когда эти встречи стали интимное, чаще, нежнее? Когда они стали говорить, задавать вопросы (хотя она чаще молчала, говорил Белбог, но все же)? Что это было, к чему вело? Невозможность понять, невозможность подвести под некий общий знаменатель не давали богине покоя и это невероятно злило Хель, приводя к вспышкам яркого неконтролируемого гнева, жертвами которого становилось все что попадалось под руку: от посуды до живых существ. Невозможность раскусить игру славянина делали ее слабой, заставляли Хель обращаться к самым темными сторонам своей души и порою когда она видела его радостную улыбку, полную особой нежности, которая была свойственна только светлым богам, ее раздирало желание разорвать его сердце на клочки прямо в грудной клетке. Это, несомненно, становилось прелюдией к весьма жарким ночам, но какой в том был смысл, если лежа на еще теплых простыня, женщина понимала, что ответа она так и не нашла?

И вот теперь ее последний козырь в рукаве - ее истинное лицо. Настоящее, такое каким оно было от рождения, какой властительницу Хельхейма знали только самые близкие боги и самые близкие враги. Куда записать Белбога? К семье? К врагам или это было нечто новое, с чем она еще никогда не сталкивалась, а потому в глубине души Хель подобно маленькой девочке, которая не могла найти выхода из затруднительной ситуации, предпочла бежать прочь, лопая преграды, прячась, скрываясь за собственной бравадою от проблем и испытаний реального мира. Легче было спрятаться за болью, за собственными несовершенствами, чем принять тот факт, что кто-то еще вне ее круга мог принять ее такой. Точнее, что после этого длительного болезненного пути из унижений, слезы от которых ты тихо прятала в подушке, когда закусывала губу до крови, улыбаясь так лучезарно, что ни одна из вспышек Белбога не могла сравниться с нею, все-таки был окончен и кто-то, кто тебя до этого не знал, не ужаснулся и не убежал в панике.

- За эти несколько месяцев воспоминания выветрятся или ты успеешь все хорошо взвесить, - и как бы не лезли в голову мысли о том, что возможно он понял, рассмотрел и может стать "тем самым", Хель все равно настойчиво цеплялась за обрывки из " пока" и неоконченной фразы. Наша фантазия - наш злейший ваг.
- Одно дело спать с темной богиней, а другой дело спать с таким монстров как я. Могут пойти слухи в мирах что скадет папа? - и ее ладонь небрежно легла на его волосы и взлохматила их.
Смогла ли бы она отказаться от того, что ее обнимаю так нежно, так осторожно, так тепло? Вот прямо сейчас - или это все было только привычкою, застарелой традицией чувствовать боль там, где ее у нее быть априори не могло быть? Ведь у Хель не должно было быть сердца - она выжгла его много лет назад.

0

7

Отстранив женщину от себя, Белобог вновь сел на кровать, вперяя  раздраженный сверлящий неподдельной злостью взгляд на богиню. Как и любая из других богинь, она просто не могла не выбрать наиболее неподходящий момент, чтобы вставить свои пять копеек.  Феноменальное умение, других слов просто невозможно было подобрать. Откинувшись на мягкое покрывало кровати, мысленно смиряясь с упрямством Хель, мужчина твердо для себя решил не заводить разговор на такую тему. Все же она слишком упряма, чтобы пытаться хоть что-то сейчас объяснить или доказать, пусть считает как знает и это будет единственно верным решением в данной ситуации. Монстр? Но что подразумевала она под этим понятием, череда пугающих скелетов хранившихся в шкафу этой женщины – порядком приелись, так что в любом случаи привыкать к подобному не пришлось. Истинное обличие, которому бы позавидовал Франкинштейн? Абсурдная аксиома будто бы ему есть разница до того как именно богиня смерти выглядела. И заключительная часть, которая просто не могла не радовать Белобога. Что скажет папочка? Она что серьезно решила выбрать местом удара такого рода информацию? Прикрыв глаза мужчина, расплылся в улыбке, вся напряженность вмиг улетучилась, от одного представления красочной картины, как бы злорадствовал над ним Кощей, если бы случайно пронюхал о таком происшествии.  Издевками он был бы обеспечен не на одну сотню лет, а то и намного больше. Даже на это, славянину было глубоко наплевать. До конца не осознавая, что именно так сильно зацепило его в этой женщине, что все остальное просто отошло на задний план, запустило переоценку приоритетов. Внимая монотонной белиберде периодически изрекаемой женщиной, бог апатично зевнул, всем своим видом показывая, что данный разговор ему, по меньшей мере, наскучил и продолжать его он не собирается. Единственное что он небрежно кинул в ее сторону, это едкое замечание относительно того, что все ее попытки вывести его из равновесия, оттолкнуть, запугать – просто ребячество и если это последний козырь в рукаве женщины, то пусть та, просто смириться и перестанет докучать ему пустыми отговорками, ставившими под сомнение серьезность их отношений. Перевернувшись на бок, мужчина стал преображаться, меняя свой облик, открывая доступ тотемному животному. Через несколько секунд, на красном покрывале, сидел белоснежный пушистый кот, наблюдающей за хозяйкой Хельхейма со стороны. Эту свою форму он не показывал Хель, считая не особым важным фактом, но раз речь зашла на столь откровенные тему, почему бы не показать и свои стороны, скрываемые за занавесом образа славянского божества света, добра, удачи и далее за списком. Приподнимаясь на лапы, кот спрыгнул на пол и стал тереться о ногу женщины, демонстрируя свою глубокую привязанность,  а после мяукнул,  в надежде на позитивную реакцию.

+1

8

В ее природе было убивать, точнее, пропускать через себя угасание всех сил и чувств, которые были заключены в живом существе. Видеть, чувствовать, хвататься кончиками пальцев за последние мгновение, последний вздох, гасить последний тлеющий огонек жизни и при этом пропускать через свое нутро весь тот эмоциональный всплеск, который вырывался на свободу, когда Хель видела как человек умирал или как его убивали. Человеческая жизнь казалась ей мимолетной, а вот момент перед смертью, когда душа теряла связь с телом длился для нее минуты и часы и именно его она смаковала раз за разом, год за годом, тысячелетие за тысячелетием.
Все, хорошее или плохое, проходило через нее, пронизывая каждую клеточку тела богини и потому зная каков вкус смерти и ее ценность, можно было понять почему повелительница Хельхейма так отчаянно жаждала развеять свет, которым Белобог заботливо и настойчиво ее окутывал. Бесконечна только смерть, когда существо предстает в своем истинном виде, жалкое, слабое, уродливое, как и ее собственное тело без чар, отданных Локи дочери, и что по сравнению с нею была жизнь, радость которой воспевали славяне в лице Белобога и его дара.
Он молодец, что сопротивлялся, но разве не в том ли смысл урока, что бы в его мыслях богиня смерти была именно такой, какой она была на самом деле, а не запомнилась фальшивою маскою чародейства и желания? Если уже говорить о жизни, то разве она не жестокий урок?

А белоснежный кот пушистым комком скатился к ее ногам и Хель едва подавила в себе желание чисто машинально пнуть его ногою. Кошки Фрейи, это златокудрой красавицы, две рыжих бестии не любили богиню и если честно, то это было взаимно. Дочь Локи вообще больше предпочитала собак, да и псиною от нее пахло чаще благодаря серому брату, а потому когда она уже почти инстинктивно вознамерилась избавиться от пушистой мяукающей заразы, как внезапная «задняя» мысль мелькнула где-то на периферии сознания с весьма революционным замечанием, что светлого славянина больше на кровати не наблюдалось и вся гамма чувств отразились на женском лице сначала гримасою недоумения, а еще через мгновение девушка громко рассмеялась и всплеснула ладонями.

- Да не уже ли, - и бровь взметнулась вверх, когда Хель посмотрела в блестящие довольные кошачьи глаза, не заподозрившее подвоха в невольном неудачном движении ногою и наклонившись, подняла увесистое животное на руки.
- Так значит вот мы какой на самом деле, - и прижимая пушистую мордочку в щеке, богиня провела ладонью по голове кота, приминая ушки .

0

9

P.S.

на что хватило вдохновения

Кот довольно прищурился, подставляя голову под руку женщины. Шершавый язык коснулся ее щеки, оставляя небольшую влажную дорожку.  Со всей осторожностью и преданностью животное ластилось к новоприобретенной хозяйке, наслаждаясь внезапным проявлением нежности со стороны той. Для представителя славянского пантеона было действительной неожиданностью, такая внезапная перемена в  лице Хель, которая всеми фибрами души не любила кошачье отродье, но тут, все было иначе. Возможно, заиграло любопытство, или же она в коем веке решила вознаградить Белобога за такое неожиданное откровение, проявление животной сущности в ее присутствии. В любом случае мужчина, являющийся сейчас в облике белоснежного котенка, наслаждался ситуацией, пока его еще не успели поставить на пол. Как часто можно оказаться на руках у собственной любовницы. Именно, в нормальном стечении обстоятельств это невозможно, если ты не бог конечно. А это был именно тот момент, который нужно ловить всеми четырьмя лапами и не упускать пока имеется такая возможность. Уперев подушечки  в ее плечо, кот начал осторожно без когтей мять ее кожу и вновь потянулся к ее лицу, лизнув в этот раз нос.  В этот момент на ее глазах прошло превращение, и женщина уже сама оказалась на руках у славянского бога, прижав ее к себе, тот усадил осторожно Хель на край кровати, сам спускаясь на пол, усаживаясь около ее ног.  – Я понял что ты хотела донести и принимаю такой, какая ты есть, извини что разочаровал. Но я не уйду- улыбка засеяла на устах бога, явно довольного своей проказой…Задумавшись над ее словами Белобог усмехнулся, повернувшись к ней, мужчина поднялся с пола и повторил тоже самое что делал кот, лизнул ее нос, медленно уваливая на кровать, пальцы скользнули к ее талии поднимаясь к ребрам и начиная тут же щекотать скандинавку. Зажав коленями ее тело,  чтобы та  не могла сопротивляться, начал мучить ее.

0

10

...

И...предлагаю завершать на этой лирической ноте.

Ей очень хотелось съязвить, что просить прощение было не за что, так как Белый успел ее основательно разочаровать, но достаточно было оказаться в его объятьях после такого чудесного превращения ( а вы можете похвастаться тем,что ваш мужчина на самом деле котик не только гипотетически?) готова была простить ему практически все. Хотя не простить, а просто прикусить свой острый язычок, который обычно не упускал возможности прибавить в жизни светлого славянина тем для размышления о тленности любви к скандинавскому божеству смерти. Наверное, просто потому, что такой Белобог, игривый, настойчивый и легкомысленный нравился ей куда больше Белобога морализатора, всегда честного и правильного до зубодробительного скрежета. Для всякого рода гадостей существовал Чернобог, но Хель не хотелось думать, что она умудрилась проникнуться чувством привязанности к такому паиньке. В таком случае сильно страдала ее собственная гордость, а это, как известно, у женщин любого происхождения было главной болевой точкою.
Звонкий женский смех разлился по спальне и Хель попыталась оттолкнуть мужчину, уворачиваясь от его рук, хотя это было теперь невероятно трудно и захлебываясь от смеха, богиня взмолилась о пощаде почти сквозь слезы.
- Пусти, негодник! Пусти, иначе постригу хвост на кисточки, - и в серых глазах блеснул лукавый огонек, свойственный тем маленьким девочкам, которые выросли в окружении трех братьев и которые могли постричь роскошный кошачий хвост на кисточки. Но, наверное, теперь не смогла бы, потому что внезапно пришло осознание того, что в этой минуты она не сможет причинить ему такую мелкую пакость. Начало хорошей дружбы, не считая хорошего секса или .. Но о таких вещах не думают, когда совершенно обнаженною плачу от смеха в объятьях бога, к которому питают особую привязанность и особенно не сейчас, когда на стол легли главные козыри.

Отредактировано Hel (05.02.14 00:14)

0


Вы здесь » HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS » Завершенные эпизоды » Sometimes love is not enough[28.08.2045]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC