Вверх страницы

Вниз страницы

HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS » Завершенные эпизоды » Succubus [3-7.05.2072]


Succubus [3-7.05.2072]

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Название эпизода:Succubus
Участники:Anubis, Meretseger
Время и место действия: [3 - 7 мая 2072] - Австралия.
Краткое описание событий:Грань- меняет людей, богам же она посылает случайные откровения. Но что если неправильно их истолковать? Какими последствиями обернется игра со смертью. именно это и предстоит выяснить богам.
Очередность постов:Аnubis, Meretseger

0

2

Тело дрожит объятое холодом, продрогнув до кончиков пальцев. Какая-то дикая усталость и невозможность найти первоисточник проблем заставляют, раз за разом пытаться вспомнить, как я здесь оказался. Вот уже третью ночь подряд я не отдаю отчет в своих действиях. Говорят что у тех, кто был за гранью – развивается психологическая дисфункция. Вызывая разного рода галлюцинации, она может стать причиной бессонницы,  появления навязчивого состояния и даже необъяснимого страха.  Я же, не помню ничего с момента как ложусь спать и оказываюсь в абсолютно незнакомых для меня местах. Лунатизм объяснил бы и эти явления, ведь я четко знаю, что ложился спать, но вот только, откуда столько ссадин на моем теле, почему одежда насквозь мокрая и, наконец, с каких пор я ощущая холод, да еще такой сильный что сердце едва бьется в груди. Последний раз мне было так страшно еще мальчишкой, когда, несмотря на свои способности, я еще не мог называться полноценным богом, не говоря уже об уважении и почитании со стороны людей. Это было мое первое перемещение во времени, я оказался посреди проезжей части мегаполиса. Я не знал что это, как я здесь оказался и рядом никого кто бы мог помочь. То, что я чувствую и сейчас, будучи взрослым мужчиной, возраст которого исчисляется тысячами лет, бог смерти, который известен своей беспристрастностью и любовью к азарту, а зачастую беспощадный жнец. Я сажусь на мокрый от проливного дождя песок, окончательно выпачкав пижамные штаны. Сложив руки на груди, в попытке согреться я, -  лишь сильнее сжимаю челюсть, дабы не слышать легкий скрежет зубов. Каждую ночь мне сняться кошмары, я не до конца в этом уверен, но это единственное логичное предположение того, что очнувшись, я немею от чувства паники и желании сбежать.  И вот тут, меня и ждет сюрприз...
С момента, когда я вернулся, уже прошло трое суток и именно они превратились для меня в настоящий ад. Нет, конечно я возвращался до того как Мер заметит мое отсутствие, так уж получалось что просыпался засветло, садился в кресло напротив кровати и наблюдал за тем как она спит. Решение начать сначала, несомненно, было правильным. И я должен быть рад тому, что все входит в привычное русло и самое плохое уже позади. Но я не мог. Я смотрел на нее и не мог понять, почему я не счастлив.  Я знаю, что мои чувства настолько же сильны и вечны к ней, но они словно утопают в  пучине всепоглощающего страха, который не покидает меня ни на секунду, как и все другие эмоций. Все до одной. Может, я все еще опасаюсь, что это иллюзия.  Или что все жертвы были напрасны.  Я не знаю. То, что происходит со мной, за гранью допустимого. Перед уходом, Хнум сказал, что возможно какое-то время  меня будет преследовать тревога. Но речь была вовсе не о панике. Шатаясь, как псих, я даже не отдаю себе отчет, сколько сейчас времени.  Знал бы я, что уже солнце давно в зените. И я бы знал об этом, если бы не грозовые тучи, плотно устилавшие небосвод.   Когда чья-то рука легла мне на плечо я вздрогнул…

Трое суток назад…
- Ты до сих пор ничего не поняла, - Анубис поспешно подошел к женщине порываясь схватить ее за кисть. Сжав хрупкую кость сдавливая, точно так же как в тот день, знаменуемый их встречей в Париже. – Ты снова лжешь мне. Как только я вернусь – ты уйдешь, якобы дав мне право выбора,  возможность начать все сначала. С кем-то другим. Знаешь, некогда великий воин и мудрец сказал: не стоит недооценивать своего врага. Так вот, хоть я и не враг тебе, ты снова не подумала о времени, я слишком хорошо тебя знаю, чтобы просчитать до мельчайших ходов твой мотив и возможный поступок. А теперь, слушай внимательно: здесь есть женщина, которую проклятьем каких-то богов – я люблю, эта женщина ты. И если я начну с кем-то сначала – это будешь тоже ты. Ради тебя, я готов отдать свое бессмертие, свою жизнь, все, что у меня есть и если ты еще раз из-за каких-то страхов или сомнений, еще раз посмеешь меня оставить – я убью тебя. Я не буду еще раз таким милосердным, даруя возможность тебе счастья  с другими. Я не буду желать тебе счастья. Я просто заберу то, что равноценно моей утрате. Договорились?

0

3

Каждое слово опускалось тяжелым камнем на самое дно. Слышать правду из уст того, от кого ты это длительное время мучительно скрывала, было странно и она ранила Мерет, но с другой стороны с каждым сказанным словом с ее собственной груди падал груз, равноценный исполин ной скале. Это не освобождало ее ни от чувства вины, ни от догадок что будет дальше - это просто делало ее восприятие чуть более четким, чуть более чистым и незамутненным. Все то,что богине хотелось услышать, она сейчас слышала от Анубиса и сжимая в ладони отданный Хнумом амулет, она осознавала, что он наверняка безразлично отнесется к тому, что бы вернуться. В этом месте хранились его воспоминания, не омраченные всеми теми делами, ужасными или нет, это было хранилище чистых эмоций, драгоценных моментов и осознавать это было отчасти грустно и радостно, потому что хотя бы на какую-то долю своей бесконечной жизни Меретсегер все-таки стала часть жизни бога дуата.
Что ж, но всему хорошему рано или поздно приходит конец и даже эту хрустальную мечту, взлелеянную ею долгими годами, облаченную в дымку невозможного, реальность все равно превратила в то, в что превращаются все великие истории - она превратилась в оконченную историю. Всему приходит конец и кажеться сейчас ее дыхание перехватывало именно осознание того, явственное и четкое, что Мерет теряла Анубиса. Его сердце ускользало из ее пальцев и этот холодок в синих глазах она предательски хорошо знала: он снова одевал свою броню, ту, за которой она когда-то рассмотрела другого бога, совершенно иного и совершенно невозможного для существования в таком, каким был Анубис. Еще немного  забрало опуститься и шакальи клыки оскалятся..А это значит, что  она должна была успеть, обязана была - он даже не представлял сколько терял бы, отпустив ее и при этом потеряв ту заветную ниточку, что выводила его к свету. Она пока еще не отдавала себе отчета в том, как опустеет ее душа, когда Мерет осознает свою потерю, но оставлять его в этой обители горьких воспоминаний она просто не могла. У него тоже должно быть право, возможность начать все с чистого листа, но пуска тогда это будет настоящая жизнь.
Вот только времени для этого оставалось так мало и Мерет просто поджала губы, капитулируя.
- Ты прав, я поступила так, скорее думая о себе. Думала , что так будет лучше, но только не подумала о времени. Мы слишком долго пробыли вместе что бы не знать друг друга, не чувствовать секретов и перемен. Мой прошлый секрет мне удалось хранить дольше, - и она грустно улыбнулась, вздыхая, не отводя от мужчины теплого мягкого взгляда.
Что она могла еще добавить?То, что она отпускала, то что хранила в себе не шло ни в какое сравнение с тем, как легко становилось у нее на души оттого что Анубису все было известно. И разве она не догадывалась как он будет себя чувствовать узнав правду? Теперь же все было просто, все разрешилось само собою, буря над их головами затихала, исчезала на горизонте темною полоскою, оставляя после себя только отголоски грома и влагу в воздухе, влагу в их глазах. Она могла бы придумать тысячу объяснений, тысячу предлогов, уговорить его, заплакать, умолять, обещать что-то сделать или клясться в верности или чем-то еще, но на самом деле перед ее внутренним взором сейчас стояла та, их первая, заветная встреча в Париже, женщина пропускала по капле через себя те эмоции, которые она тогда испытывала и наслаждалась их вкусом, их силою, их нежностью и простотою. Тогда Мерет обещала себе, что все будет иначе, совсем не так как с другими и оно было.
Но всему хорошему всегда приходит конец и их конец пришел, когда она заглянула в глаза шакала и поняла, что никогда не сможет ему дать то, что она сама так хотела, захотела впервые в жизни. И промолчала. Для таких признаний уже было слишком поздно и усилием воли она заставила себя снова улыбнуться.
- Но скрываться здесь не выход, - ее голос снова зазвучал тихо и ровно, - скрываться здесь, это ничего не даст. Жить воспоминаниями можно  и в своем теле, но здесь все будет прежним. Здесь я буду .. лгать, ты же это знаешь. Тогда уже лучше отпустить и начать все сначала.. Даже если не со мною, я пойму. Но не так, прошу тебя..

---------------------------------------
Она только кратко улыбнулась. Ощущая как его пальцы крепко впивались в плоть, рискую легко добраться до костей. Естественно, что боги не боялись физических увечий, но сейчас Мерет не побоялась бы и боли от перелома - а ведь Анубис мог, его сила жижделась на страхе, на страхе смерти и боли от утраты, но он-то давно уверил себя что духовно очертствел, что не мог чувствовать или даже лучше - он не хотел чувствовать. Что ж, в работе,которая сопровождалась тесными отношениями со смертью мертвецами и прочими атрибутами божественной вечности, но и человеческой утраты, у медали было две стороны и раз уж бог дуата избирал жесткое противостояние любым чувствам, отчаянно заменяя их ненавистью, угрозами, напускной и хваленой в их дисфункциональном семействе надменностью, то видимо Мерертсегер доставалась сегодня роль хваленого дуатовского "черного юмора". Но смеяться совершенно не хотелось - богиня просто предпочла смягчить его эмоции своим спокойствием. Главным сейчас было  уговорить покинуть свой внутренний мир, освободить от этой иллюзии и вернуть в настоящий мир. А затем.. Что ж, и ее взгляд, полный уверенности и спокойствия встретился с его горящими синими глазами и богиня молча кивнула.
Она подозревала, что все это было только мимолетным желанием. Вернувшись обратно, попав домой Анусбис наверняка передумает, вне этих иллюзорных стен его сознания их обоих ждал реальный мир, где ждала горькая неприглядная правда: ее ложь,его разочарование, остальные боги, война, его дочь.. Все это складывалось в большую мозаику их настоящей жизни и просто так заменить испорченные, рассыпавшиеся на глазах прогнившие кусочки было не так-то просто заменить. Он передумает, твердила себе кобра, ожидая его окончательного решения, но женщина не могла позволить себе оставить его в таком состоянии даже если это будет стоить его любви и преданности.
- Идем? - пальцы побледнели, кровь отлила от них, но взгляд Мерет светился спокойствием и нежностью..

- Не спиться? - женщина опустилась рядом с ним на песок и  легкий кремовый шелк скользнул по загорелой коже.
Она уже не верила в чудеса, но на самом деле бывший муж смог ее удивить, когда снова предложил начать все с начала. Она вернулась в их дом, они попытались продолжить с того самого места, где остановились, но в глубине души кобра осознавала, что это не было новое начало - не об этом они говорили и попытка жить как ни в чем не бывало трещала по швам. Все не могло быть как прежде после всего того, что они пережили, что сказали и что сделали. В мелочах, во взглядах, в жестах, в витающей неловкости ее чуткое женское сердце с горечью осознавало, что любимый мужчина изменился - и изменилась и она сама. Играть в старые игры получалось неуклюже, но Анубис делал вид, что все хорошо, что они смогут и что нет никаких преград и Мерет подхватывала. Но тогда когда шакал думал, что она не видит, Мерет ловила на его лице тень сомнения и нерешительности. Его что-то терзало с того самого первого утра, когда она снова проснулись вместе, но богине хватало решительности, что бы напрямую задать вопрос. И теперь уже кобре становилось неспокойно и все прежний страхи проникали в ее сердце, окутывая мраком хрупкую надежду на воссоединение.
- Не боишься промокнуть? - и она повернула к Анубису голову, перехватывая пальцами подхваченные ветром пряди. Тихие раскаты грома не сулили ясного дня и колющий аромат озона с примесью соли понемногу вытеснял все остальные запахи, неся с собою первые предвестники надвигающегося шторма.
Он думал, что она спала, но хранительница спала чутко и видела каждый его уход, каждый жест, чувствовала что что-то гложило бывшего мужа, не давая ему покоя. Но если прежде она бы оказалась рядом с ним первою с неудобными вопросами, тто теперь Меретсегер опасалась (и не всегда ложно) отпугнуть его, заставляя замкнуться в себе.
- Что с тобою.. - и о голос ее неожиданно зазвучал едва слышно, только для его ушей и не сводя с профиля глаз, женщина коснулась губами его плеча. И все-таки..

0

4

Я поднял на нее глаза и вымученно улыбнулся. Сказать, что все в норме вместо сотни слов объяснений и продолжать играть в семейную жизнь или же столкнуться с реальностью и построить  что-то действительно крепкое. Настолько, что никакие жизненные перипетии не смогли бы разрушить созданный союз. Я колебался, взвешивая каждое свое решение, стараясь предугадать возможный исход. Мой выбор означал лишь одно – честность превыше личной выгоды, только так возможно продолжение того, что люди называют отношениями. Верил ли я в это чудесное слово после всего, что со мной случилось? Вряд ли. Теперь оно обрело для меня другой, более сакральный смысл. Представленный в образе чего-то более интимного, чем я раньше мог себе представить. Меретсегер тоже изменилась в моих глазах, я больше не воспринимал ее только лишь как мою женщину, я увидел в ней достойного соперника, ее теневую сторону, которая меня завораживала как одержимого. Она все больше напоминала мне меня, когда я боролся с диссонансом возникшем из-за своеволия шакала. Перестав идеализировать я впервые пришел к выводу, что она совершенна, не в отношении идеала как такового, а с таким сочетанием плохих и хороших качеств, которые создавали восхитительный шедевр. Я не замечал этого, предпочитая, относится к ней как той скромной девочке, которой Меретсегер была в Египте. Я хотел узнать ее заново, узнать ту женщину, которая вновь и вновь распаляла во мне страсть с новой силой.  Грань изменила меня, сделав более черствым, жестким циником, однако, именно это изменение позволило оформиться внутри меня странной уверенности, что нет ничего невозможного. Что былые рамки не сковывают меня более. Кандалы больше не выламывают запястья заставляя прогибаться под общественность. Пришло и новое осознание смерти. Раньше я видел в ней скрытую, умиротворенную красоту, сейчас неограниченную, опьяняющую власть. Эти три дня и полный консонанс противоположных ощущений, который просто невозможен,  – Я не знаю что со мной. Проснувшись, я оказываюсь в незнакомых местах и я не понимаю, как я попал сюда. Мне снятся кошмары, но я не помню их содержания. Необъяснимый страх и какое-то странное чувство, что грядет что-то. Чувство  тревоги не покидает меня. Что со мной? – жажду ответа, любые слова, которые смогли бы хоть на краткий миг избавить от разъедающего чувства внутри. Подчиненные, работающие на моего отца, раз или два на день докладывали мне про положение дел и странных изменений в книге смерти. Я старался не вникать в подробности, направив все силы на улучшение отношений с Меретсегер, но череда странных смертей все не выходила у меня из головы.  Было ли мое  состояние взаимосвязано с ними? Что если это только начало из наших возможных проблем? Опуская глаза, я только сейчас заметил, что уже долгое время что-то вырисовывал палкой на песке. Это был какой-то странный языческий символ, искусственно созданный орденом розенкрейцеров. Когда-то я увлекался их историей и даже лично был знаком с их верховными магистрами, но как-то упустил основные положения их доктрин, раз не могу вспомнить значение сего изображения. Кажется, я даже видел его и в других книгах, так называемой демонологии. Даже обладая стопроцентной памятью, как и все боги, живя не одну тысячу лет  - это способность притупляется и каждому из нас требуется время для выуживания информации из собственного архива. Я всматривался в символ еще какое-то время, перед тем как окончательно сменить объект внимания. Положив голову на колени Меретсегер, я прикрыл глаза, стараясь расслабиться, но рисунок на песке так и не выходил у меня из головы. Что же это значит? И как это объяснит то, что происходит? Стоило ли снова обратиться к Хнуму? Или я до сих пор сплю? – это все реально? Кажется, я даже не отличаю сон от яви. – тяжелый вздох, нашарив пальцами ее руку, сжимаю ее в ледяной ладони. Холодно…

0

5

Ее ладонь легла на его затылок, мягко перебирая темные волосы. Все было почти как прежде, когда ничто из обязательств не стояло между ними, когда все было проще. Они были богами, которые хотели стать людьми и просто наслаждаться своим счастьем. По крайней мере, она так думала - и пальцы на какое-то мгновение дрогнули, сбиваясь с ритма. Нет, они все-таки были богами, всегда и везде, с обязательствами и правилами, твердой жизненной позицией и отчаянным желанием чувствовать. Сколько Мерет любила бога смерти? Сколько лет молчаливо наблюдала за тем, как строил свое счастье? Был кем-то, кому кобра приписывала чувства, эмоции, о ком грезила бессонными ночами, когда богам не дарован сон и о ком так долго мечтала? И к своему ужасу однажды мечта сбылась, почти сбылась: когда Анубис ни с того, ни с чего решил ее поцеловать. Сколько времени богиня потратила на то, что бы разгадать причину спонтанной нежности, что бы осознать в скором времен, что это скорее было любопытством, праздное и почти пустое, любопытство всесильного существа к чему-то подобному рядом с ним. И ничего более. Романически герой умер, уступая место бессмертной сволочи с неограниченными возможностями, что бы рассеяться под удаляющимся на закате Ра и его лучами, когда Мерет очнулась от своего сна и не поняла, что ей дарован второй шанс, где больше не было места страданию по тому, кто просто был не для нее.
И вот теперь, спустя много веком его голова лежала на ее коленях и Мерет использовала третий шанс. Сколько же лет прошло с тех пор, как она дала себе зарок, что это навсегда и никогда больше? Они двигались по инерции, иногда забываясь, что между ними что-то произошло, но часто натыкались на собственные неловкие жесты, на рутину, привычку, которая застарела и не согласовывалась с тем, какими они стали. И они замирали.. Но страшнее всего - и тут Меретсегер готова была признаться себе, что боялась этого особенно сильно - был тот момент, когда перед ними предстанет новая, неизведанная до этого проблема, которую им, новым, нужно будет решать вместе. Что тут такого? Что ж, пожалуй ничего, если ты не учишься доверять кому-то, едва приняв тот факт, что простил его за ложь, безразличие, эгоизм и еще кое-что. Тогда, в Париже, в захудалой комнатке в разрушенном городе, она вобще не думала, отдаваясь на его волю и свое желание, не предугадывая последствий - и даже сейчас Мерет об этом не жалела. Но боялась, боялась снова начинать с начала.
С этого момента все становилось иначе, это действительно была новая глава и богиня, склонив к нему голову, умоляла всех богов, что бы сны эти были только снами, всматриваясь в лицо мужчины.
- Может быть это просто .. желание перемен? Или устал? Дуат сейчас так не спокоен?

Влажный бриз коснулся ее волос, перебирая темные пряди, и холодя кожу.  Перемен.. Может ли он тоже бежать от нее, боясь упустить заветную ниточку к ней или одной любви Мерет было недостаточно, что бы вернуть душу бога обратно в вечное тело? Всякое могло быть и что-то дрогнуло внутри женщины, когда она скользнула взглядом по неясному рисунку на песке, что выводил Анубис.
- Прости, - и кобра виновато улыбнулась, когда попыталась одернуть руку едва пальцы шакала сжали ее. Холодное как лед прикосновение вернуло ее из мира мыслей обратно на грешную землю, но в невольно жесте Анубис мог бы усмотреть что-то иное и она поспешила его успокоить.

0

6

Michael Cretu & Andru Donalds- Simple Obsession
Пальцы, едва скользили по ее плечу, обжигая холодом разгоряченную кожу. Затуманенный взгляд не упускал из виду ни малейшего изменения в поведении той, что служила исступлением, соблазном для египетской смерти. Дрожь ее тела, неровное дыхание, небрежно ниспадающие темные локоны, наклон головы – все это по капле сливалось в опьяняющее русло, бороздившее по венам мужчины. Терпкий вкус губ, подобен хорошему вину, так часто вызывал ощущение эйфории, но он забыл его. Все предшествующие трем последним дням воспоминания, превратились в выцветшие чернила нескончаемого свитка Тота. Находясь слишком часто за гранью реальности, начинаешь сбиваться со счета, где время движется совсем иначе, точно по спирали  повторяя раз за разом избитый сценарий. Там где пересекаются одновременно  три параллели: прошлое, настоящее и будущее. Если бы шакал был человеком, он бы так же самоотверженно хватался за шанс узнать, было ли продолжение у их истории. Будучи богом, мужчину перестали волновать даже такого рода мелочи, как имели ли места быть некоторые реалии бесцеремонно ворвавшиеся в его жизнь. Он бы с истинным удовлетворением перечеркнул бы все, что их связывало, ради одной возможности начать сначала.  Сейчас же,  попытки продолжить с момента разрыва были похожи на неопытную игру двух бездарных актеров, каждый из которых  понимал, что так не должно  продолжаться и настало время что-то изменить. В какую сторону следует сделать последующий шаг и к чему все приведет, те вопросы, которые должны волновать в первую очередь. Но, вместо трепетного волнения перед неизвестностью, Анубис – не чувствовал ничего. Грань неизменно меняла каждого, но был ли он исключением, для которого писались правила? Насколько сильно окрепла человеческая сущность или вымерла совсем в египетском жнеце? Каждая ее фраза об усталости и жажде перемен, вызывала внутри приступ смеха, который тот всячески старался контролировать, пресекая малейшие замашки на проявление. Хотел ли он что-то менять, даже зная, что это необходимо?  Подавшись вперед, мужчина коснулся своими губами ее, едва ощутимо целуя.  Первый с момента возвращения, он не собирался спешить, словно вспоминая каково быть с той, кем одержим. Удары чужого сердца, которое благодаря общим усилиям вновь вернулось на законное место, удары собственного, которое лишь чудом было не задето. Все это предавало ощутимости, реальности происходящего, в подтверждении чего так нуждался Анубис. Сны, те бесконечные кошмары, заставляющие оказываться в неожиданных местах, расшатали психику, стирая все грани между ними и явью. Слегка прикусывая ее губу, он привлек женщину к себе ближе, стараясь согреться. Выдох…отрываясь. Медленно, стараясь продлить упоительный момент как можно дольше, мужчина открыл глаза. Пелена все еще устилала ее глаза, но, уже не мешая отчетливо видеть черты лица богини. – Я не хочу перемен. Я хочу, чтобы эта игра прекратилась. Мы оба знаем, что больше не имеет смысла претворяться. Все изменилось, и надеюсь, это и станет новым началом.– встав, шакал еще раз окинув взглядом странный символ, некогда ранее выводимый рукой. Почему-то разгадка казалась настолько близкой, будто стоило протянуть к ней руку, чтобы ухватится за то, что ускользает из памяти. То, что казалось значительным, важным. – Я не хочу, чтобы все было напрасно. Но я не стану все рушить из-за мимолетных сомнений. – тяжелый взгляд смерил ее, наблюдая за каждым изменением в лице Меретсегер. Одержимость – то, слово которое смогло бы охарактеризовать его чувства по возвращению. Желание докопаться до истины, узнать, что же служит преградой. Анубис протянул ей руку помогая встать. – Но сначала, ты поможешь мне узнать, что это все значит...

Отредактировано Anubis (10.06.14 01:47)

0

7

Намного, намного проще было бы бросить его, оставить, дать свободу.
Меретсегер смотрела прямо ему в глаза, пытаясь найти ответ в них, но кроме мрака она ничего не могла рассмотреть, как не пыталась. Возможно, все действительно было завершено и они просто двигались по инерции, не способные решиться и  разомкнуть руки, отпуская друг друга раз и навсегда? Или все-таки что-то было в глубине сердец, что отчаянно кричало и не давало оттолкнуться, притягивая обратно и при этом поддерживая слепую в веру в пресловутое "все будет хорошо"? В этот раз "плохим" оказалась она и кобре было сложно и неловко судить о том, любил ли ее Анубис сейчас. Он оставался  рядом, деликатно двигаясь рядом, но не давая повода думать что у него на уме что-то большее, чем просто вежливая попытка разведать почву. Она двигалась так же, осторожно, с великим тактом и острожностью и при этом игра эта начинала утомлять их обоих.
И что дальше?
Вздрагивать от приближающейся бури скандала, трепетать при малейшей ошибке, томиться ожиданием в преддверии перемен?
Возможно, с теми кого мы любим действительно сложнее всего, но почему-то все чаще женщина стала задумываться над тем, что она стала делать, если бы эти отношения окончательно исчерпали бы себя. Особая невинность, легкость, интимность ускользала из пальцев, новая правда колола глаза, помноженная на вранье и и это не предвещало ничего хорошего. Просто оставаться что бы спать вместе? Что ж, занятно и заманчиво, но разве тогда был смысл переживать так многое вместе, делить этот дом? Вот даже о нем, конце концов, за плечами маячили прошлые отношения, понятие "дом" по отношению к тому, там где он и Мерет чувствовала, что вернуть что было она не могла, а строить новое на зыбком песке, не уверенная в том, что это было важно для двоих, ей было страшно. Годами выработанная привычка быть одно довольствуясь только крыльями своей мечты  - и внезапно упасть в руки бога, о котором грезила и за спиною которого заканчивался мир. Что ж, кобра теперь заглянула за его спину, сломала крылья и узнала, что жизнь продолжалась. Стоило ли стать циничнее и как научиться быть проще с тем, с кем до этого  и целого мира было мало?
Отпустить сына Осириса кобра эгоистично не желала, зная что с ним уйдет из ее жизни самое большое чувство, но с другой строны именно ее любящее сердце подсказывало, что если что, то мучать любимого человека, бога, было жестоко. И что прикажите делать?
Прошло всего несколько секунд пока женщина всматривалась в его глаза, ища ответ на пожалуй самый важный вопрос в своей жизни, но его в глазах любимого мужчины она и так и не нашла . Душа Анубиса была скрыта плотной темной завесою, куда она не могла проникнуть, как не пыталась, а значит следовало остановиться. Едва слышно, из женской груди вырвался печальный стон, но Мерет не подала виду что что-то было не так. Ей захотелось накричать на шакала, встряхнуть его, послать к чертям сейчас его таинственные видения, знаки, сны, обратить внимание на то, что с ними все было далеко не в порядке, что это было важнее, но .. Она была всего лишь коброю, просто хранительницею, даже спастя века, а значит Меретсегер как всегда сохранит молчание.
-Конечно, - и мягкая улыбка тронула губы и ее ладонь скользнула в его руку, пока свободная незаметно для шакала взметнулась вверх, поднимая с песка абрис неведомого рисунка-наваждения, дрожащий песчинками в воздухе.
- Посмотрим что он значит и почему ты с ним так тесно связан.

0


Вы здесь » HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS » Завершенные эпизоды » Succubus [3-7.05.2072]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC