Вверх страницы

Вниз страницы

HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS » Завершенные эпизоды » Экстремальный вечер с братом [07.05.2071]


Экстремальный вечер с братом [07.05.2071]

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Название эпизода: Экстремальный вечер с братом
Участники: Fenrir, Hel
Время и место действия: [07.05.2071] - бар в Осло
Краткое описание событий: вот сидишь ты в баре, никого не трогаешь, а в следующую минуту становишься самым ярым участником драки по непонятным причинам. Едва ли такая мелочь, как повод, могла обеспокоить Фенрира, но пролетающее тело очередного недруга, лихо просвистело над головой Хель... Меньше всего в баре сомнительного качества и содержания, Фенрир ожидал увидеть сестру. И тут вечер повернул в иное русло!
Очередность постов: Fenrir, Hel

0

2

Зачем повод для хорошей драки?! Фенрир извечно задавался этим вопросом, совершенно не желая брать в расчет внешних факторов, как например дорогая витрина браной стойки, перелом ребра или назойливый вереск девок. Стеклянная облицовка стенки бара треснул по швам от страстного рандеву с мужиков внушительных размеров. Тот внешне поминал выкидыша Валуева и БЕЛАЗА, выражением лица походя то ли на торшер, то ли на комод, но какое-то из этих определений сильно не нравилось громиле, вследствие чего Фенрир проделал потрясающее сальто, едва не отбив себе какой-то сильно важный орган ножкой стула.
Из-за чего все начало он и не вспомнил. Не удивительно, учитывая, что волчара и вовсе не ведал причин, по которым в него плеснули коктейлем жуткого цвета с, вероятно, еще более ужасающим названием. За подобное кулак Фенрира автоматически парковался в районе челюсти осмелившегося, а там уже по накатанной схеме. Ввязаться в драку особых сложностей не составляло с его характером, однако многие предпочитали не связываться с Фенриром, а нынче Ченингом, дабы уберечь себя от крайней жестокости, на которою был способен дикий волк.
Драка затевалась веселая, а друзья великого воина – вероятно новенького -  смело подтягивались, а то вдруг он сам не управится, дружно недоумеваю, почему все в баре болеют на них. – По одной, девочки! – рассмеялся волк, прежде чем вылететь в другой конец зала к барной стойке, по пути прихватив одного из мужиков. Его человеческая форма хоть и была габаритней среднестатистической, но силы не прибавляла от волчьей даже на грамм, а «светиться» по такой мелочи не хотелось. Подумаешь, решат убить! Его уже столько раз «убивали», что проще пересчитать города, куда ему можно приезжать ближайшие лет 60. Пока Фенрир размышлял и бытие своем, жертва неудачного аборта поднялась с пола, ознаменовав свое явление обиженным сатанинским воплем и яростными матами. Именно этот хлестнул в него неведомую субстанцию! Как же удачно прихватил! Сознание отчаянно тыкало пальцем в обидчика, пока руки автоматически подняли того и приложили головой о деревянный угол стойки и мужик плавно стек обратно на пол в лужу собственной крови.
- Сука! – сплюнув кровью на рухнувшее тело, волк поднял очи зимние, и тут его взору предстала дивная картин – сестра средь шума байкерского бара! – Хель! – не успев перейти от ругательно-матерной интонации, Фенрир обрадовался такой неожиданности, но особо выразить не успел: очередной желающий ухватил его за шиворот и куда-то дернул. Прикинув тенденцию развития событий, он вывернулся в совершенно волчьей манере, оставляя по себе лишь кожанную куртку в руках мужика.
- Как твои дела? – решил осведомиться брат, отплевываясь от крови, заодно пнув ногой застонавшего наполу. Они не виделись лет 50, если не больше и за это время Фенрир успел, благополучно освоится в мире людей, приобрести мотоцикл и парочку татуировок. Внешне же практически не изменился, спасибо вечной жизни, даже взгляд остался все таким  же ненавидящим. Кто бы знал его, быстро бы догадался, что волк просто играет с ними, развлекается в любимой манере, но не более. Окажись тут сейчас Тюр, Локи или Один, огромный волк уже рвал бы их плоть своими клыками, пусть бы это стоило ему жизни. А так – всего лишь игра.

Отредактировано Fenrir (29.06.14 21:13)

+1

3

Смеркалось... Нет, ладно не сильно смеркалось, потому что на Севере сумерки могли стоять всю ночь, не особо отделяя день от куцой ночи, особенно в волшебное время "белых ночей", когда связь между сутками стиралась, оставляя весь мир в подвешенном состоянии полудремы. Такие дни и ночи Хель последнее время любила коротать в Мидгарде, особенно после того, как удачно выторговала себе вольную от Одина, но то что это вечер станет каким-то особенным она, натягивая кожанные брюки перед выходом в свет, особо и не задумывалась. А , как говорят, зря...
Малец отлетел в сторону, второй живописно красовался кучей переломанных конечностей под ногами, но Хель, облаченной во все черное с ног и до соответствующего бюстгальтера, дразнившего в наскоро застегнутой полупрозрачной блузке воображение посетителей в байкерском клубе, было глубоко плевать на очередную разборку, коих которых тут бывало больше, чем спокойных вечеров. Потягивая пиво из бутылки, она отмахнулась и от зашевелившегося внутри нее чувства, что рядом с богинею был еще один бессмертный - любопытство лениво ыбло задалось вопрос. кто еще почтил это злачное место своим присутсствием, но дальше простой "чуйки" дело не пошло. Да и сам отпрыск вечности явно не спешил приветствовать дочь Локи низким поклоном или толчком в спину, так что она продолжала неспешно вести не особо глубокомысленную беседу о простых вещах и потягивать пиво, когда вечеринка рядом с нею переросла в настоящее побоище.
Этот аттракцион бесплатной игры мужского тестостерона забавлял ее первые минуты три, но затем ей стало откровенно скучно и, сидя на высоком стуле в стороне, Хель только иногда, из праздного любопытства сверяла счет. Два, потом три, потом тот, вокруг кого закрутилась драка, отлетел куда-то в сторону, звон стекла, мат и на этом девушка потеряла интерес к происходящему, вернувшись к своему собеседнику и напитку. Игра мускулов ее впечатляла, но сегодня вдохновения для этого у Хель по правде говоря не было, так что когда к ее ногам стек очередной удалец, она только брезгливо отвела в сторону носок ботинка,  избавляя себя от сомнительной радости позже оттирать с него кровь, слюну и блевотину.
Но когда над самым ухом раздалось сочетание "суки" и ее имени, Хель возмущенно обернулась.
- Слышь, прибалдел?!
Женщина приготовилась добавить зарвавшемуся мальцу по зубам, когда ее глаза встретились с глазами .. брата. Фенрир, собственной персоною, хвастливо играя мышцами в скудном освещении северного бара, резвился в самой гуще, делая вид что не замечал опасности, которая грозила от подогретых спиртным противников и широко улыбался. Не будь между ними вражды, то пожалуй бы его единственная сестра с удовольствием присоединилась бы к нему, перебросившись парой благодарственных фраз относительно томности вечера и хорошей физической формы волка, но увы.. Первая и последняя их встреча в новом мире прошла не так гладко и сердечно, что бы спустя почти шестьдесят лет она вешалась ему на шею, спасая параллельно от хулиганов и восторгаясь непринужденностью случайной семейной встречи. Так что проглотив первые два вопроса о том, что он тут делал и какого черта ему надо, Хель не особо долго думала, позволив обычной обиде и вредности взять верх и вместо ответа на вопрос о делах со всего маху .. съездила ему правой в скулу.
Брат качнулся, сделал полшага назад, но вдогонку ему уже неслась пивная бутылка.
Нормальное семейное воссоединение, не так ли?

Отредактировано Hel (29.06.14 02:23)

+1

4

прикид + джинсы + местами помят)

Чем больше времени проводил Фенрир на свободе  и жил новой жизнью в новом мире, тем проще было топить воспоминания о пещере. Топил он из в основном в джине, виски и скорости своего реактивного байк, набитого под завязку всеми новыми примочками. Фенрир с радостью укладывал стрелку спидометра вправо, разгоняя свою любимую игрушку до стадии реактивного самолета на взлетной полосе. Иногда получалось просто позабавится первым или вторым методом, периодически разбавляя это действо отчиной дракой, текилой и девочками. 
Разгульная жизнь и вседозволенность быстро вернули волка к «заводским настройкам» агрессии в ее чистом виде. Новая реальность нравилась Фенриру все больше и больше, пестря красками перемен в каждом новом веке, жизнь быстро меня свое направление с войны до мира и обратно, предоставляя массу возможностей бессмертному. Помимо прочего, пару сотен лет назад в жизни волка замаячила правда-матка о спасительной операции его сестрицы. Той самой, которая сейчас высказывала свою грусть и страдание по пропавшему на 60 лет брату по средствам удара и метательного снаряда а-ка бутылка. Это зря она конечно.
Отсутствующие манеры Фенрира делали его самым ярким гостем любой встречи от тусовки байкеров до венского бала и просто незабываемой занозой в заднице скандинавского пантеона. Хель же знала на что шла, особенно, когда решила напасть на брата в разгар его веселья! Его давно начали терзали смутные подозрения, что с сестрой нечто неладное. Начали терзать именно в тот момент, когда волк познакомился с «избранником» Хель, маяча красной тряпкой перед носом при любом упоминании.
Еще разок сплюнув кровь, Фенрир очень качественно изобразил одним жестом все, что он думает о богине.
Волк ни разу не подозревал о способности его родной сестры влюбиться в никчемного светлого божка. Увлечение – ладно, но отношения на сотни лет никак не укладывались в понимании Фенрира. Это великое разочарование настигло его внезапно и громко – особенно громко -  на пороге спальни богини Хельхайми. Во всем этом смущало больше всего не поза собственной сестры, а второй участник грехопадения – Белобог. За пару лет у Фенрира развилась аллергия на Светлячка  и его розовые чувства к Хель, совершенно не способной понять, разделить или принять сладострастные оды славянского отпрыска. Ссора тех дней так и осталась незавершенной, возможно даже забытой, но судьба столкнула их снова, смахнув пыль со старой партии на шахматной доске.
- Охренела? – рявкнул волк, резво увернувшись от снаряда и только футболку поправил. Не оставив без ответа теплое приветствие сестры, Фенрир безжалостно одарил Хель звонкой пощечиной наотмашь. Сестра или просто богиня – один черт. Самодовольное эго облаченное в человеческий вид чудовища, облокотилось спиной о барную стойку. – Отличный прикид для байкерского бара. - Глаза блеснули колючим синим холодом. – Решила избавится от недотраха? – брезгливо кинул ей в лицо и рассмеялся. А по какой бы еще причине у нее было такое бешенство. Тем более, уведенное Фенриров в спальне не впечатлило на столько, что аж подсказать захотелось. По правде же, он закипал от гнева едва взглянув на сестру и найти этому логическое объяснение пока что не мог.

Отредактировано Fenrir (29.06.14 21:14)

0

5

Иногда она забывала что она не страшная и уродливая богиня смерти, при виде которой ночью обычно поминали ключи святого Петра в неприличном месте, а просто девочка. Хорошая, милая, добрая, чутокук взбалмошная, но черт возьми - девочка! Которую нельзя бить (ей - можно), нельзя обижать (ей можно), нельзя показывать жестами как к ней относишься (ей можно, с поправкою что исключение только для жестов о взаимном крепком чувстве или "я тебя хочу") и так далее. Хель от этого немного отвыкла, потому что наличие рядом Белобога усложняло ее не простой и до этого характер. Славянин был парадоксально нежным и галантным и это отношение смогло найти лазейку в привычно крепкой броне свойственного ей феминизма и приучить к определенному уровню галантности.А еще отсутствие отца, братьев и общее чувство, что ей все должны. С этим было сложнее, но тут Хель могла бы и смириться,что не все подчинялось ее желаниям, но то, что она девочка, она привыкла бесповоротно.
И вот теперь эта сама ядевочка обалевши воззрарилась на своего брата и первым желанием было как в детстве разреветься. Обычно две слезы  - и рядом появлялся Локи, готовый устроить сыновьям взбучку за то, что они обижали сестренку, но не в этот раз. Детки выросли, в отце более не нуждались, как и он в них до определенного момента. Так что свои проблемы теперь следовало решать самостоятельно и при этом не распускать сопли.
Они были квиты, подумалось женщины, потиравшей раскрасневшуюся щеку, и этого было достаточно для того, что бы бесцеремонно переступить через "отдыхавшего" под ногами субъекта, и присоединиться к брату для продолжения беседы. Но злость закипела в ней, требуя от девушки восстановление справедливости и богиня заставила себя ухмыльнуться,замышляя месть.
- В твой компании это сомнительно, - фыркнула она, отпихнув мужика под ногами и облокотившись на стойку. Вид сзади открывался наверняка прекрастный, учитывая особенности кожанных брюк  и то, что позлить брата вопросами своих отношений властительнице Хельхейма очень любила.
- В компании дилетанта по этой части мне ничего не сулит, - и девушка пожала плечами, - ты ж ни черта в этом не смыслишь, отошьешь всех потенциальных кавалеров. И какого ты вобще свалился мне на голову? Снова проверка на профпригодность? В этот раз лично?
Обычно отцам сложно принять что их маленькие принцессы вырастают, но богу обмана было глубоко плевать на то, с кем спит его дочь и до появления (повторного) в ее жизни Фенрира, Хель особо не задумалась о том, какое это имеет значение. Но даже когда она вытащила Волка на свет божий из пут она и предположить не могла, что теперь на себя святую обязанность судить о ее мужчинах возьмет брат. Та встреча была еще памятна и Ганглот крупно влетело тогда за то, что она пропустила постронннего, пускай и являвшегося ее единокровным братом, дальше приемной комнаты. Не то что бы богиня смерти смутилась или стушевалась,но о том, что ей удавалось проводить в своей чертог светлого славянского бога, вобще никто знать не должен был, ни одна живая душа, е считая мертвых. И вот теперь ее лицезрел Фенрир, точнее их лицезрел и устроил настоящий скандал. Собственно, вещь совершенно лишняя при том, в каких они были отношениях до этого, но тут взял верх принц и последние лет триста она вобще предпочитала о брате не вспоминать, а если Хель не везло и мыслишка о Волке закрадывалась, то мысль была грубой, раздражающей и глубоко неприятной.
- Я прервала отбор? - и холодные глаза сверкнули в полумраке особым магически морозцом, предостерегавшим, что в кончиках пальцев уже зарождался знаменитый мертвецкий холод.

+1

6

Вид сзади открывался и правда отличный. Фенрир обогнул взглядом контур сестрицы и красноречиво поджав губы, поспешил сообщить ей о своем восторге на счет продемонстрированной филейной части, - А ты поправилась, дорогая. – с видом знатока и философа, волк блеснул подобием улыбки. – Так что и правда, сомнительно… - еще разок красноречиво заценил зад Хель и отвернулся, совершенно потеряв интерес в кожаному облачению сексуальной попки. Иной раз его интерес бы мог разгореться от такого ракурса - Фенрира отнюдь не волновало их родство, какие-то рамки дозволенности и прочая ерунда, - но единственным интересом сейчас был собственный принцип и злость на Хель. К тому же, она выбрала не самое привлекательно положение.
На самом деле, ему бы наплевать на личную жизнь богини – почему бы и нет, - и увлечься вон той блондинке, подмигивавшей ему, но волк злился на стоящую рядом женщину. Губительно близко для скандинавски. 
- Ты что-то сказала? – кинув блондинке улыбку, Фенрир наконец развернулся в пол оборота к сестре. Оказывается, та старательно что-то доказывала, пока волк отвлекался. – Какая еще профпригодность? – раскатисто рассмеявшись, он внимательно посмотрел на Хель. – Я что-то успел пропустить? – бабы. Богиня или нет, а количество пляшущих тараканов в голове у них превышало среднестатистические нормы, особенно у этой. Правду говоря, Фенриру нравился характер Хель и ее непредсказуемость местами. Все это каждый раз привносило некую перчинку в жизнь чудовища среди людей, однако сейчас больше всего хотелось придушить ее.
- Не надо было меня тогда выпускать! – рыкнул волк одновременно с рывком к Хель. Вся его злость и ненависть моментально сконцентрировались в синих глаз, пылая ярким желание разорвать ее на куски или как минимум сделать что-то из ряда вон. – Язва. Думаешь, можешь меня отвлечь этим? – Фенрир прекрасно знал на сколько мстительной была дочь Локи, как ей сейчас хотелось причинить ему боль - это желание уже бежало по ее венам, стремительно сосредотачиваясь в кончиках пальцев, готовое вот-вот разорваться адской болью в волке. Еще несколько мгновений и когти мертвецкого холода начнут рвать его изнутри, заставят согнуться от боли, возможно упасть, претерпеть унижение на глазах всего бара. Плевать. Он начал игру и ее последние слова только сильнее поворачивали завод ненависти в волке. – Что же ты помогла мне, если так ненавидишь! – голос перешел в низкий тембр, сродный рычанию, а взгляд балансировал между человеческий и волчьим, меняя оттенок. – Выпустила, потом еще прибежала навестить! Лицемерка! – случайно подвернувшаяся под руку бутылка пива Хель со звоном отлетела прямо в стену возле барной стойки. Барменша только пригнуться успела  отработанным движением за годы работы и, наградив волка недовольным взглядом, продолжила протирать бокал.
- Надо было оставить в той пещере и лишить себя тяжкого груза. – слова летели словно ядовитые капли, пропитывая все вокруг. Одним рывком ее изрядно похолодевшую рука взлетела верх от внезапного движения волка, и оказала у него на груди. Бешенный ритм сердцебиения отозвался эхом в ладошке Хель, вторя тембру голоса Фенрира. Eй не надо было касаться кого-то, однако игнорировать зрелищность было не в правилах скандинава. – Смелее, богиня! Тебе же хочется! - призывая к действиям, сжал ее кисть своей рукой еще сильнее, - Или вы все на столько меня боитесь, что по одному не рискуете? – сколько раз боги не пытались его пленить, так всегда с эскортом. Еще бы вилы и огонь с собой таскали, чтобы совсем на селян походит. Каждая минуты ожидания превращались в вечность для Фенрира, накапливая яростное желание причинять ей боль, стирающую наглую ухмылку, чтобы заменить криком.

+1

7

Что ж, не любоваться его мохнатым задом в самом деле - и богиня только многозначительно улыбнулась, оставив эту мысль при себе и не удостаивая вниманием ремарку о своих формах. Их отношения с братом всегда выходили за рамки только чисто родственных, но им удалось не преступить черты. Но напряжение между Волком и монстром всегда было и сейчас она хорошо помнила, что и спустя столько лет его страсти по отношению к Хель не утихли, а помоноженные на увиденное в ее спальни.. Что ж, на то они и были чудовищами, что бы каждою клеточкою тела женщина чувствовала, что стоявший рядом мужчина источал плохо скрываемую чисто мужскую ревность. И откровенно говоря ,в их немножечко испорченных отоншениях ей это безумно нравилось. Нотка пикантности или гнили,  знаете ли.
Но вот уже ее пальцы лежали на груди брата, плотно прижатые его цепкою хваткою и Хель чувствовала как пульсировало сильное звериное сердце под ее пальцами,как тонкие ниточки невидимого холода проникали к органу, обжигаясь о горячую кровь и на мгнноение она дрогнула, а в глазах погас огонек безумной жажды веселья. Волк был ее братом, пожалуй единственным сейчас родным существом в приделе досягаемости и то, что они творили с друг другом было категорически неправильно. Их поведению было настолько же эгоистичным, насколько и не функциональным, что бы они могли просто насладиться обществом друг друга как в детстве, не ища повода напомнить о накопившихся обидах. Ведь она сама искала тогда эти злосчастные яблоки, и воду, и ведь именно тогда на ее след напал Белобог, от которого она мечтала избавиться (хотя почему только в прошедшем времени - богиня смерти до сих пор еще чувствовала. что отношения с ним были не менее неправильными, чем ее возможные глубокие эмоции по отношению к Волку, она рисковала не только репутациею, но и жизнью, свободою, благосклонностью отца. Хель действительно скучала по нему, ощущая вину за произошедшее, желала хоть что-то исправить, как-то облегчить его страдания и в силу своей странной любви просто решилась на то, что бы одним махом разорвать круг - избавить брата от злосчастной ленты отпустить его в мир. Это вам не пирожки по пятницам, даже поступок с самоотречением от Сигюн, терпеливо и смиренно собиравшей яд, когда проделки Локи окончательно достали весь пантеон и заставили последних посадить шутника на цепи с милым змеем над головою, источавшего яд. Это было куда опаснее, но что детям Локи опасность, если они чего-то хотя? Если Хель захотела провести умиравшего славянина в последний путь, то она пришла и сделала это, несмотря на всю опасность быть застуканной в слезах у тела мертвого бога.
Но это было минутное замешательство, когда взгляд повелительницы Хельхейма потеплел и сделался почти детским, почти смертным, но мгновение прошло и вот уже их снова заволокла не сулящая ничего хорошего мгла и на ярко накрашенных губах заиграла улыбка, немного робкая, но уже сулящая что-то. Ей хотелось ответить что-то этакое в ответ на упреки Фенрира, ускорить его биение его сердца еще больше, что бы сын Локи ощутил еще больше обиды, боли и волнения, но вместо этого богиня совершенно спонтанно обхватила брата за шею, вцепившись в загривок и притянула его голову к себе. Теплые губы впились в его, а в пальцах угасал холодок с каждой секундою, что Хель чувствовала тепло на губах брата, которые она жадно поцеловала.
- Героям страшно, брат, - женщина отпустила его под протяжное улюлюканье со строены при балдевших от такого накала страстей зрителей и когда воздуха совсем перестало хватать в вечных легких. С ним все иначе, подумала она и улыбнулась этим грязным мыслям, но как-то иначе способа заткнуть Фенрира она не придумала. Благо, Белобог целовался лучше и она улыбнулась еще шире, тяжело дыша. Сбить всю спесь с Фенрира тоже входило в ее спонтанный план, так что она не сомневалась что это было лучшим результатом. Ведь это был очень большой секрет, что большой и страшный серый волк в глубине души был душкою и Хель в этом на всякий случай удостовериться.
- Я не герой и мне можно все, - и она уткнулась лицом в его шею, балансируя на носках туфлей. Как же она отвыкла от его человеческой формы!
- Даже если ты против, а я - редкая тварь, - и с игривою улыбкою она стащила поставленную барменом бутылку пива взамен разбитой и отступив назад и е сводя с Волка торжественного взгляда, сделала глоток.

+1

8

Мысли о природе их взаимоотношений с Хель никогда не посещали буйный разум Фенрира. Он всегда действовал по наитию, иногда хуже, иногда лучше скрывая свои истинные чувства, но никогда не отличался чистотой помыслов и намерений. По правде, ему нравился каламбур из ощущений к сестре, хотя бы из-за его природы склонной ко всему, из ряда вон выходящего, неприемлемого большинством и дающего такой огромный повод для порицая, что лишь это сочетание способно было побудить интерес к собственной сестре. Впрочем, изредка возникавшее напряжение между существами, всегда оставалось излюбленным поводом для грязных мыслей, иногда действий, отражавшихся сладкой ухмылкой на лице обоих.
Разве кто-то учил их правильным манерам или поведению? Твари, с темной душей и мыслями, пропитанные насквозь эгоизмом, они была на столько увлечены собой, что любые сторонние факторы меркли на фоне огромного эга бессмертных. Вседозволенность – суть их существования и смерть тем, кто посмеет остановить или препятствовать.
Отсутствие тормозов и рамок у Фенрира было то ли наследственным, то ли развитым в детстве, но Хель была определенно такой же яростной породы беспардонных тварей, способных на все. Например, пронзить брата колющим холодом. Волк немного сморщился и еще сильнее сдавил ее кисть, готовый встретить любые нападки сестры во все оружия. Боль должна была пронзать его тело, изворачивать в агонии, но вместо этого богиня решила зайти с другой стороны, хотя и преследуя все ту же цель. Чисто по-женски.
Сын Локи подозрительно нахмурился, но не успел ничего сделать  и спор резко принял другой оборот, интонацию, направленность, нотку пошлости и неприемлемости, так горячо любимую волком. Пороки всей вселенной аплодировали стоя и со свистом в попытке затребовать продолжения. К их же сожалению или затянутому ожиданию, сегодня  это был тот случай, когда игра и была целью, совершенно не требующий завершенности.
Подхватывая по инерции ее инициативу, на секунду приподнял богиню одной рукой над полом, даже в этом подобие поцелуя, вкладывая свое желание навредить ей, наполняя все действо жадность, смешанной с неким остервенением. Если бы существовал бог порока, то он обязательно бы признал этих двоих своими любимцами во всех номинациях.
Молодец, сестренка! Какой запал, какая подача, какая едва уловимая страсть! Фенрир в полном масштабе оценил старания Хель и весь посыл, вложенный в единое действие. Он даже подметил легкий оттенок ее едва заметного желания сделать нечто подобное, но промолчал, оставляя пометку в памяти об этом для будущих ссор. А пока эта еще в разгаре, Хель не учитывала, или же рассчитывала, на низкий уровень адекватности брата, на фоне которой попытка обезопасить себя небольшим расстоянием была смешной до слез.
- Сестра… - Ругательство бы звучало ласковей. - Ты всегда делаешь, что вздумается. – все еще пребывая в состоянии весьма не добродушном и крайне агрессивном, Фенрир поймал ее и толкнув, вдавил в барную стойку за спиной. Крайне семейные взаимоотношения брата и сестры с завидной регулярность вылетали далеко за рамки, в попытке двух тварей заставить друг друга страдать или просто доказать, за кем будет последнее слово. И это было прекрасно. – Только не вздумай врать, что тебе не хотелось... – Фенрир  зарычал на нее, пропуская свою волчью сущность на волю. Вместо тысячи слов.
Надежно зафиксированная Хель могла разве только исчезнуть на глазах всего бара, иначе приходилось терпеть выходки волка. В особенности, его небрежное выражение лица, обдающее эффектом насмешкой все его слова и действия. - Какое тебе вообще дело, против я или нет. – Фенрир потянул ее за длинные волосы, вынуждая тем самым запрокинуть голову и смотреть ему прямо в глаза. – Сейчас и тогда. Ты так активно переживаешь, будто тебя интересует мое мнение или жизнь. – он просто не мог оставить последнее «слово» за ней, дать ей выиграть этот раунд, чтобы потом припоминать, как только подвернется возможность. Через пару секунду после нарочно затянутого поцелуя – на этот раз по инициативе волка – Фенрир победно улыбнулся и отступил на пару шагов. – Светлый бог сделал тебя такой мягкой и нежной… аж противно. – для большего эффекта он провел тыльной стороной ладони по губам и запил пивом, пытаясь избавится от привкуса богини.
Хорошо, что они достаточно знали друга и волку не приходилось произносить лишних слов – она и так поймет, что последнее сказанное было правдивым. – Ты стала скучной. Носочки ему еще не вяжешь? – кинул на последок волк, ощущая новый приступ желания убить ее. Пора было обратиться и кинуться или же оседлать любимый байк и отправится на поиски развлечений поинтересней нынешних.

+1

9

О, какой бы они могли стать парою, не будь они братом и сестрою! Порочности, наглости, эгоизма их хватало в избытке, а жажда жизни, страсть, бурлившая в них, и беспринципность в отношении чувств других всегда была путеводною звездою для детей Локи. Они могли бы быть самыми счастливыми, но насмешница- судьба, разделив некогда мужчину и женщину из одного целого, этих двоих сделала не чужаками, а родными братом и сестрою и сейчас, ловя искорки животной страсти в глазах Фенрира, Хель откровенно сожалела, что все так сложилось. Они никогда не заходили дальше подобных ласк, осознавая всю чужеродность таких отношений, но балансировать на сладострастной грани полного падения нравов им нравилось куда больше.
- А ты ревнуешь? - и она медленно, с чувством облизнула губы, все еще пребывая от волка в опасной близости от его губ. Но полно, момент был использован, и видит бог как полноценно, и дальше бы все утратило то запретное очарование, с которым были связанны такие маленькие, драгоценные мгновения.
В ее глазах блеснул интерес и женщина вновь подняла глаза на Фенрира, оценивающе прикидывая что он собирался делать дальше.
- Шерстка поистрепалась, а лапкам холодно? Претендуешь на подарочную пару для себя? - и она скосила взгляд на  блондинку за его плечом, которую тот одарил оценивающим, точнее облапывающим взглядом за пару минут до того, как богиня смерти его поцеловала.
Что ж, весьма аппетитна, пышная грудь, ни грамма лишнего жира на талии, вздернутая верхняя губа, пшеничные локоны. Такую бы уложить на спину, что бы насладиться видом сверху или хорошенько выпороть. Интересно, что предпочтет ее братец, не имея возможности сделать это с сестрою? И что бы сделала Хель? Хотя, увы, тут бы она была однозначна, предпочитая снимать с ее хорошенького личика кожу пока оно бы не превратилось в кровавое месиво или же навсегда запечатать ужас в ее глазах, выморозив ее нутро. Ревность - страшная штука, особенно если это ревность от скуки, ведь Белобога было так невыносимо трудно ревновать!
- Попроси свою нимфу связать тебе кальсоны, что бы долгие ночные прогулки позволили тебе согревать ее днем или когда там она способна раздвинуть ноги, - и Хель усмехнулась, высвобождаясь из его цепких пальцев, но на последок богиня смерти мимолетно наклонилась к брату и прошептала:
- Но тебе нравиться, правда?
И не дожидаясь ответа, она обогнула его, соблазнительно покачиваясь на тонких каблуках и прихватив свою бутылку с пивом, что бы сделать глоток.
А тем временем пришедшие в себя за время вынужденной, но впечатляющей паузы парни начали приходить в себя, медленно, но уверенно собирая собратьев по частями и выстраиваясь вдоль стеночки для последнего раунда, готовые дать чужаку последний бой. Зрелище это, наверняка, сулило быть весьма занятным и делая еще глоток из горлышка, женщина прикинула, что, пожалуй бы, она осталась, но с другой стороны вся эта вражда с Фенриром затянулась и как бы не была соблазнительна перспектива исчезнуть сейчас, эту проблему стоило бы решить.
- А не прогуляться ли нам, братец? - и повелительница Хельхейма обернулась к стоящему позади нее мужчине.
- Потому что мне было бы интересно посмотреть как тебя хорошенько вздуют, но мне противно видеть как жизнь, которую я тебе подарила, ты так бездарно просиживаешь. Полное разочарование и я бы хотела тебе объяснить, что именно не твое собачье дело в этой истории. Ну а я прикину не стоит ли нашептать Одину, где искать большого серого волка, что бы цверги примерили на тебя свежий бантик.

+1

10

Сестрица была на столько дрянь, что неумолимое животное естество требовало переклонить ее через ближайший стол и… Но вот умение подчинять себе собственного зверя очередной раз играло на руку волку, выпуская на волю лишь малую часть рвений, он мог балансировать на тонкой грани поведения, общения, своей человеческой и волчьей сущности. Окинув сестру уже безучастным взглядом, Фенрир состроил скучающую гримасу. - Тебе уже столько лет, а сарказм по прежнему убогий. Даже меня не задевает. – Все знали какой у Фенрира вспыльчивый нрав, сам волк это знал и гордился. Благодаря его бесконтрольной агрессии, страх оставался верным спутником сына Локи, следуя за ним по пятам, живо вселяясь во всех вокруг. Где бы не появлялся Фенрир,  животный характер, вперемешку с дикарскими нравами заставляли людей шарахаться. Боги других пантеонов изредка выпендривались, пока те, кто уже ощутил весь гнев Фенрира, сидели тихо или зализывали раны от травм.
Здесь в Осло он был не так давно, мало кому знаком, а по сему, в силу своего заблуждения, люди отыскали в себе смелость предположить собственное преимущество.  Мужики заново начали группироваться в большое тупое облако, крайне мотивирующе матерясь. – Хватит… - нарастающая волна гнева вот-вот испортит все планы, потому, окинув всех нудным взглядом, Фенрир решил переменить стиль вечера. – Пожалуй, пора превратить вечер  в более увлекательный. – Ему не потребовалось и трех шагов, чтобы оказаться рядом с шикарной блондинкой. Темми  - он даже имя ее знал – уже третий день умудрялась развлекать волка в постели такой фантазией и смелостью, что тот решил и на последок, перед отъездом из города, провести с ней ночь.
- Знаешь, Хель… - демонстративно отдавая предпочтение блондинке, обнял ее, - Мне и правда нравится наша маленькая игра, - характерно облизнувшись, как умел только волк, Фенрир продолжил, - Но ты не так хороша, как тебе кажется. – слишком заманчивой была перспектива сбить спесь с правительница Хельмайма и ее завышенного  самомнения. Если уж быть совсем честным, таланты сестры не особо и впечатляли волка, его больше увлекал процесс падения нравов и грязная пикантность таких моментов.
Было бы проще, если бы  Хель промолчала и дала ему спокойно уйти. Но нет же! Ей обязательно понадобилось завести волка. Мужики тарахтели, Хель рассыпалась угрозами, пока Фенрир нервно не закатил глаза. – Подожди меня там. – указав блондинке на барную стойку, повернулся в стайке задорных смертников. – Я предупреждал, что язык вырву, если не заткнешься? – как и прежде, ответом был лишь смех. Крайне не разумный и не уместный сейчас. Острый нож сверкнул в руках Фенрира, а следом за волнительным вздохом зала, волна крови хлынула из глотки лысого мужика. Довольная улыбка волка была последним, что узрел тот перед страшной кончиной. Торжественный момент, когда страх и ужам парализуют, наконец повис тяжким ожиданием в воздухе. Тишину разорвал треск хрящей, стойкий запах крови, хлыстающейся с горла  – волк запустил руку в огромную рану на горле и выполнил обещание с завидным равнодушием на лице. – Кто-то еще хочет поболтать? – к ногам «храбрых» бойцов упал язык их соплеменника. Одного тут же вырвало, а половина бара с воплями ломанулась наружу. Вот это вечеринка! Первый акт закончен.
Синие глаза волка переливались всеми красками безумства, играющая улыбка на губах не сулила ничего хорошего и, совсем не замечая, как коснулся шрама на шее – напоминание о мече в пасте - Фенрир направился к сестре. – Давай, беги! Ябедничай великому Одину! – с тошнотворными нотками пренебрежения и злости, Фенрир говорил сквозь прорывающийся рык и сцепленные зубы. – А еще лучше Тюру! – обрадовался собственной идее, все больше переполняясь безумием на грани бешенства. – Последний раз, когда мы виделись, он вопил от боли. – сделав «губки бантиком, бровки домиком» начал передразнивать Хель, - Большой страшный волк обижает меня, ай-яй-яй! Помогине! Папочка! Один! – смеялся над сестрой Фенрир, сверкая глазами, полными животной ярости. Человечно, если оно и была в нем хоть немного, покидала волка безвозвратно. – Маленькая сучка! Решила, твоя жизнь что-то значит для меня? Брата себе нашла! Так нежно тогда в лесу обнимала… – Фенрир раскатисто рассмеялся, - Ты. Мне. Никто. И ненавижу я тебя, как и весь ваш выводок богов. – еще несколько слов оставалось до момента, когда огромный волк утопит в крови все это места. На десерт – сестра.

0

11

Душа невинно убиенного идиота сиротливо материализовалась над трупом, но Хель безучастно скользнула по ней взглядом - не ее парафия, ангелы заберут. Но веселиться больше не было чему: Фенрир снова погряз в самокопании и, откровенно говорят, теплота его поцелуя,  напоминавшая о их запретных играх в прошлом, больше не будила в ней животный азарт, коим были одарены дети Локи в определенном количестве. Все больше в этом существе становилось от тупого животного, погрязшего в своих обидах, и хорошенькая блондинка, маячившая с ошарашенным видом за заднем плане, больше не смягчала порочных перспектив оказаться или на или под волком. Все больше его сестре казалось, что вечер закончиться или с клыками на шее или с клинком  у его шеи, так как от вечных и надоевших за многие века обвинений за ленточку с бантиком становилось уже тошно. Фенрир повторялся в каждом слове и Хель поймала себя на том, что невольно угадывала, что он скажет следующим, почти не ошибаясь.
У всех у них были причины сердиться на свой пантеон, у всех были свои счеты с Одином, которые они хотели свести, но брат начинал становиться банальным и скучны. Вечно Тюр, потом шел Один, затем Локи, а потом она. Список не менялся, как и вся программа моноспектакля "Я, снова  я и случайный несчастный вечный слушатель, которому сегодня ох как не повезло"...
- Ради всех цвергов в мире, брат, кончай эту ерунду, - грубо прервала его владычица Хелльхема и поморщилась от отвращения.
- Сколько уже можно жаловаться всем и вся о том, как тебя, бедняжку обидели? Ты был так глуп, что поверил цвергам, Тюру и Одину, то твои проблемы, хотя хорошо знал, что тебя готовились повязать любыми способами. Те три попытки не навели тебя на мысль, что они продолжат пытаться? Нет? А жаль, так что хватит уже заливать про мировую несправедливость! Ей богу, я уже жалею что подставила свой зад под столько опасностей вытаскивая  тебя из этого дерьма, что бы потом почти тысячу лет слушать это нытье про несовершенство мира.
Хель метнула на него полный негодования и отвращения взгляд, оценивая всю его фигуру. От недавнего запала и порочной интриги не осталось ни следа, в ней бурлило желание отвесить ему хорошую оплеуху, потому что больше всего на свете она не любила сантиментов и жалости от мужчин. И теперь к своему стыду она наблюдала, как ее родной брат опустился до подобного поведения, как баба, размазывая сопли собственной глупости по полу и обвиняя всех в том, что он был наивен, туп и просто тщеславен! А за то, что его вытащили он еще и посыла к чертям! Неблагодарная тварь, а лучше бы ты гнил в той пещере..

Злость закипала в ней и Хель смачно плюнула в его сторону, выражая все накопившееся к нему раздражение.
- Ноешь как баба, Тюр, Один, - дразня его, она скорчила мину и показала ему язык. -Все виноваты, а волчонок у нас такая душка, теперь все должны бегать и умолять о том, что бы он их простил. А ведь вытащить самого себя ума не хватило, как и просто промолчать в благодарность. Тупая скотина, вот кто ты! Начни с себя, блохастая тварь, и будь проклят тот день, когда я решила вытащить твой зад.

Она хотела добавить еще что-то о Белобоге, о доступе в Хельхейм, о том, куда он мог засунуть свое ущемленное самолюбие и свою блондинку, но все-таки Хель никогда не была скандалисткою и вылив на брата все, что касалось именно этого предмета, она молча развернулась и направилась на выход из бара. С нее было достаточно этого вечного скулежа - что ж, будет дочери Локи урок на будущее, что каждый должен быть за себя.
Черт, был испорчен такой дивный вечер этим  шерстяным клубком комплексов и самолюбия! Неблагодарная тварь..

0

12

Сухая ненависть выворачивала кости, волк рвался наружу, не способный больше сидеть запертым в человеческом теле и выслушивать мерзкие речи Хель. Глаза полыхнули яростью, прежде, чем богиня развернулась уходить. Фенрир вслушивался в каждое ее слово, каждую интонацию, чтобы тот черный котел гнева, кипящий внутри, наконец расплескался.
Спасибо, дорогая, мне так этого не хватало! Волк проводил ее взглядом через опустевший бар и прождав пару секунд двинулся следом. Устраивать что-либо на людях было чревато – тут же приезжала полиция, веселье накрывалось медным тазом, а волка увозили в обезьянник. Иногда даже с пользой – приобрел пару татуировок, но сейчас его больше тянуло вырвать позвоночник Хель.
Он обратился волком, когда фигура богини уже едва виднелась в конце улицы и тихо пошел следом. Волк – хищник. Его шаги невесомы, не слышным и почти не уловимы, даже если это огромная туша Фенрира. Едва дождавшись, как Хель свернет на аллею безлюдного парка, волк пошел на перерез, жадно вглядываясь в движения сестры.
Длинная алея подходила к концу, сворачивая вправо к лесной тропинке вглубь парка и тут, где дорогу освещал последний фонарь, поперек пути Хель вышел огромный волк. Свет фонаря падал сверху на светло-серую шерсть чудовище, белоснежные зубы сверкали в темноте, почти совпадая с заметно посветлевшими глазами. Волк облизнулся и дернул мордой, словно готовился прыгнуть вперед, но вместо это стал медленно подходить к богине, рыча. Она не испугается – он знал, но пока было время придумать, как вывести ее из себя, а потом перекусить горло. С детьми Локи не бывает просто: оба взяли от отца лучшие его качества – буйный нрав, эгоизм, хитрость, злобу воспитали в себе сами по средствам обстоятельств, пантеона и семьи, спасибо родным.
Чудовище остановилось позади богини, обратившись человеком. Едва ли не когтями он схватил ее за плечи, все еще балансирую между своими сущностями. – Ты такая душка, дорогая. – сквозь сжатые челюсти летели тихие слова. – Спасла меня! – он еще большее сдавил ее. – Я тебя разве просил? Ты меня достала уже вечным напоминание об этом! Лучше бы я там сдох, а ты нашла мохнатый труп! Сделала это ради меня? Ложь! – Одним движением волк обернул ее к себе, выпуская из рук, но продолжение его речи сопутствовалось незаметные наступательными шагами.  - Ты все делаешь только ради себя любимой, потакая своим комплексам и фантазиям. Разберись со своими проблемами, а потом тыкай меня в мои. Весь твой образ сильной темной богини прогнивший до основания. Пока тебе еще удается обманывать всех, но я тебя знаю лучше, вижу как тебя терзают сомнения по поводу твоего светлого божка, как у тебя светятся глаза от мысли о нем, и как сильно ты это пытаешь скрыть даже от себя самой… Чем ты ему так нравишься? В тебе нет ни женственности, ни умения соблазняться. Просто комок холода и хамства! - Фенир скривился, - Создавая образ сильной богини ты забываешь, что на самом деле ты просто маленькая испуганная девчонка, замкнутая и с кучей комплексом. Чуть что, и ты готова жаловаться всем подряд на несправедливость мира! Как сейчас! – он махнул рукой в сторону бара, напоминая события минутной давности.
Фенрир тяжело дышал, просверливая ее взглядом. – Жалкая тварь, а не богиня. Способная самоутверждаться лишь за счет других! – Остановив взгляд на ней, сдавил горло и приложил спиной о дерево. – А теперь скажи мне, Хель, кто из нас хуже? – взгляд волка поймал ее и, переливаясь всеми оттенками самых темных стремлений и чувств, требовал немедленного ответа. Сейчас что-то будет… Фенрир приготовился к самому внезапному повороту событий, чтобы в любой момент успеть увернуться.

+1

13

Цепкие  мужские пальцы опасно сжимали горло богини, хотя, конечно же, они оба хорошо понимали, что убить ее этим было очень сложно, да и вряд ли до этого дойдет.
Но легко дошло до того, что сейчас они стояли в тупике и при этом Хель не собиралась выбрасывать белый флаг. Все было куда сложнее, чем она себе представляла и на самом деле каждый из них был прав: в них была с самого начала заложена масса комплексов, масса проблем, которые так просто одним милым разговором по душам не решались. Тут бы хорошего специалиста, отца да мать, мачеху и сводных братьев, долгие разговоры, яростные обвинения, слезные эмоциональные примирения, но вместо этого боги на все махнули рукою, предпочитая наивно полагать, что низменные проблемы смертных их не затрагивали и они были выше подобных проблем, в которых погрязали верующие в них.
А потом выходило именно так, как выходило сейчас: брат и сестра едва ли не рычали друг на друга. находясь в опасной близости от нового жаркого конфликта, приправленного взаимными обидами, невоплощенными желаниями и при этом те, что они не виделись чертову кучу лет за которую много чего произошло.
Несомненно, Хель могла с легкостью исчезнуть, снимая с себя любую ответственность за то, что произойдет с Фенриром. Не хочет говорить спасибо, не хочет признавать, что нуждался в помощи - да пес с ним, ей было бы спокойно, вед тогда бы Фенрир не растрепал бы на каждом углу, кто его выпустил, а значит Одину бы не пришлось снова отнимать у повелительницы Хельхейма возможность перемещаться в Мидгард Но наверное в чем-то брат был прав и как бы прискорбно не было признавать, но Белобог влиял на нее странным образом, делая чуточку мягче, а потому и спустя много лет после спонтанного решения рискнуть  своею шкурою и освободить сына Локи, подпитываемая отношениями со светлым славянином, скандинавка рисковала собою, что выслушать все обвинения брата и примириться хотя бы  ним, используя последнюю возможность.
Но ярость не дремала и над всеми альтруистическими мыслями сейчас брала верх ярость и злость на то. что он не спешил оценить ее жертвы.
- Беру... пример.. с .. тебя, братишка, - прошипела женщина, выдавливая каждое слово с трудом, но подкрепляя уверенность в себе наглым взглядом, искрившим от пренебрежения и упертости доказать свою точку зрения. она не собиралась уступать волку, не собиралась отступать, не собиралась исчезать. Почему-то Хель хотелось прочувствовать эту боль, это унижение и вообще не отступать от брата, как когда-то в детстве. быть слабою, что ли, побороться с ним подобно смертным. Возможно, что бы напомнить себе именно то, что вся эта белиберда просто нежность, любовь и понимание это было не о ней и не о брате. Им это не дано, им дано это, возможность передавать информацию через кровь, укусы, удары и сжимающуюся хватку на горле, пока не жалобно не затрещат кости?
- Ну, давай, закончи игру, - и кривая улыбка свидетельствовала о том, что она действительно готова была идти до конца, каким бы он не был. Заклятье, удерживавшее полноценный человеческий облик, пришлось снять и в мутном ночном свете честь ее лица стала темнеть, обнажая гнилую кожу и провалы между костями лица, а тонкий аромат гнили и разложения заскользил в  напоенном холодом воздухе. Пальцы брата ощутимо сместились влево, там, где плоть исчезла из под них и Хель ощутила, как сильнее он пережал пульсирующую вену.
- Будь мужиком ... Докажи, что сам вытащил бы.. шкуру.. А не сдох бы там.. со своими .. принципами..Давай..

0

14

- Ой, как страшно! – наигранно простонал волк, всем видом выражая еще больший интерес и рвение. Заклятье пало и вот она, - Хель во всей красе. – пальцы тут же провалились между костей, сдавливая вену напрямую. Горячая кровь богини так быстро бежала под пальцами, что могло показаться, словно ее жизнь в руках Фенрира. Мысль, бесспорно, привлекательная, но не на столько буквальная, как хотелось бы волку. Запах гнили ударил в нос, стирая абсолютно все другие ароматы вокруг, но Фенрир и не подумал дернуться, наоборот. Все это было на столько близким и знакомым для волка, однако человеческий взгляд впервые столкнулся с парадом правды о внешности богини. Увлеченный, он с неподдельным интересом изучал ее взглядом.  – Зачем же ее заканчивать, если нам так интересно. Ну, мне так точно… – А твои интересы меня не волнуют. – промолчав, он только ярче подчеркнул не сказанную фразу. Шаг навстречу, костяшки  руки уперлись ей в подбородок, вздернув немного голову. – Давно я тебя такой не видел, красавица... – он чуть нагнулся, разглядывая Хель близко, как никогда. – Нашла с кого пример брать… - улыбка его касалась то ли слов, то ли оказалась следствием пристального изучения сестры, но какой бы не была причина, Хель все же удалось стереть ее.
- Что за бред! – раздраженно выпалил волк. – Я тебе ничего не собираюсь доказывать. Это во-первых. Во-вторых, я не мог от туда выбраться и тебе это известно лучше меня! Но и о помощи я не просил - за свою ошибку я расплачивался сам. Скажи, - Фенрир немного помедлил, - ты вытащила меня, чтобы потом вечность попрекать этим? Тогда лучше беги к Одину и ябедничай, а то я тебя раздеру на очень большой пазл и проверим, как работает регенерация! – Взгляд сестры в какие-то моменты менялся, становился прохладней или теплее, передавая разные настроения ее жалкой, порочной душонки. Фенрир же смотрел на нее все тем же холодом севера, наполненным безразличием и остывающим интересом. – Только время с тобой трачу. Скучно.– рука разжалась. Он снова обратился волком, гордо глядя на богиню сверху вниз, развернулся и исчез среди деревьев, словно проходил сквозь них.

Закрыт.

Отредактировано Fenrir (02.07.14 16:55)

0


Вы здесь » HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS » Завершенные эпизоды » Экстремальный вечер с братом [07.05.2071]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC