Вверх страницы

Вниз страницы

HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS » Завершенные эпизоды » Крошка-брат к сестре пришел..[весна 1623]


Крошка-брат к сестре пришел..[весна 1623]

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Название эпизода:
Крошка-брат к сестре пришел..
Участники:
Фенрир и Хель
Время и место действия: весна 1623 года -  Тромсё, Норвегия
Краткое описание событий:
Когда сходит снег, то не всем он приносит подснежники. Решив немного развеяться и посмотреть как строят новый храм для Одина, Хель и не надеялась, что это же мероприятие почтит своим вниманием ее дражайший серый братец. И нет, что бы придти с теми самыми подснежниками,  так нет,  он решил заявиться с претензиями и сыграть роль вредного старшего брата.
Очередность постов:
Фенрир-Хель

0

2

Стоя у храма Одина, мысли Фенрира медленно, но уверенно сосредотачивались на вечных проблемах всех божественных существ: толпа комплексов, одолевавшая всех и каждого индивидуально, нашла очередное свое проявление в гигантском уродливом храме. Он напоминал Одина своим показным величием, старинными узорами и лепкой, призванными вызывать ощущение древности, мудрости, желания спросить совет. В общем, именно так, как любит себя демонстрировать сам бог. Жрецы и жители отдавали последнее, лишь бы соорудить место поклонения любимому божеству, тот же все это поощрял и никто из них не говорил о цене. Все же, народ жил не богато, а строительство такой громадины обходилось явно дорого, что в бросало большую финансовую тень на светлый образ заботливого Одина.
- Вы тоже пришли посмотреть на строительство храма нашего великого защитника? – отвращение на лице волка сменило цвет до скептичеки-саркастичного, а взгляд уперся в парня лет семнадцати, восторженно созерцавшего работы вокруг здания. – Нет. – резко кинул Фенрир, - Пришел с сестрой повидать, заодно увидеть очередное доказательство лицемерия великого Одина. – слово «великого» он сказал так, словно хуже ругательства на земле не было. – Не смей так говорить! – тут же вскипел парень, привлекая внимание рядом стоящих. – Он бог! Наш защитник! Ты прогневаешь его такими словами и он обратит на нас свой гнев! – толпа вокруг начала сгущаться, согласно гудя и кивая на выпады парня. Оглядев все это зрелище, Фенрир быстрым выпадом схватил резвого парнишу за грудки и поднял над землей. – Смотри, чтобы я не прогневался. – голос почти зазвенел рычанием и испуг мгновенно вырисовался на лице наглеца. Толпа замолкла, упорно разглядывая волка: первые ряды заметили рычание в тоне голоса, тут же что-то шепнули дальше и вскоре толпа гудела по новому поводу.
Небольшое проявление силы и тебя уже принимают за бога. Фенриру было мерзко примерять эту маску, но пока народ вокруг свято веровал в его божественность, они слушали его раскрыв рты, а большего ему сейчас не надо было. Спустя час, Фенрир уже выступал аки Ленин на броневике, забивая головы жителей размышлениями и пригодности такого храма и его необходимости. – Вы тратите свои кровные деньги, чтобы умаслить бога! Но это он должен вас оберегать на этих землях! – толпа, уже увлеченная игрой, радостно подхватывала фразы своего минутного лидера. Фенрир вложил им в головы еще несколько вероломных идей, поощряя каждый одобрительный выкрик  и призыв. В итоге, народ так увлекся идеей самоуправства и неповиновения (а этим волк умел заражать, как никто другой), ринулся к храму сваливать огромную фигуру Одина у входа.
Когда последние осколки упали на землю, а толпа рванула внутрь, забирать все ценное, пыль наконец улеглась и за этим облаком волк увидел сестру. Собственно, она и была целью его визита сегодня, особенно последние новости и сопровождавшие слухи. Последним волк никогда не верил, так было и сейчас, пока своими глазами не узрел Хель в весьма однозначных объятьях какого-то божка. Это позже Фенрир узнал кто он такой и от куда, но лучше не стало. Мысль о том, что его сестру регулярно облапывает светлое славянское божество вызывала два рефлекса: тошноту и желание кровавых казней. С нескрываемым «восторгом» по этому поводу, Фенрир  направился к Хель, - Пришла поглазеть на помпезность божественных родственников? – оглядев ее с ног до головы, обернулся к храму, с которого как раз вылетело окно. – Интересно, какие комплексы должны мучить старого козла, чтобы отгрохать себе такой домик! – поморщившись от отвращения, обернулся к сестре. – Мерзость. – заявил глядя ей в глаза, намекая далеко не на храм.  – Знаешь, сестра, меня чертовски злит, когда всякая мразь позволяет себе лишнее. – он неотрывно смотрел на нее прямым обозленным взглядом. Его выводил один вид сестры, ее голос, улыбка, выражение лица – тут же вспоминался тот бог рядом и гнев расцветал кровавым цветком в черной душе волка.

0

3

- Не знала что ты любишь современную архитектуру,  - и женщина прищурилась от яркого солнца , лучи которого упали на лицо, когда она повернулась к подошедшему брату, и тонкая, на сей раз рыжая, прядь волос, упала на лицо повелительницы мира мертвых когда с учтивою улыбкою она обернулась к Фенриру-Волку.
- Сюрприз, сюрприз, братик. Не так ли?

Они не могли терпеть друг друга больше получаса в одном помещении, так как между ними (чего греха таить) практически не было ничего общего. Они были детьми одного отца и одной матери, но общего у них больше практически ничего не было. Она росла среди асов и хлебнула от унижения  до своеобразной любви, которую испытывают к цирковому уродцу, а о волке она знала только, что  милый пушистый клубочек радовал богов не так долго, как они того желали и хорошая крепкая цепь и рука  одного аса стоила им покоя. Так что ничего, кроме крови, ничего кроме нее, их долгое время не связывало.
Что ж, прелестное начало для долгой и счастливой семейной любви между ними, не считая расстояния и что они выводили друг друга. Но что бы там не было, но Хель достаточно было сейчас втянуть носом воздух, что бы ощутить тот особый дикий, запах, с легкой примесью крови, которую источал ее брат,что бы от этого аромата заурчало где-то в глубине души и где-то там, еще глубже, она не почувствовала симпатию к нему, как это было в последнее время.
Их отношения стали теперь странными и не совсем однозначными даже для них, но в последнее время Хель продолжала сторониться своего непутевого брата. В последнее время.. Дочь Локи усмехнулась своим мыслям - кто бы знал, какого рода были эти мысли и любопытство мягко подтачивало ее переспросить какого черта здесь развел ее аполитичный брат. Революция? Борьба с Одином? Фенрир, конечно, не отличался особым пиететом к верховным, но видимо это теперь было таким модным увлечением среди низших существ скандинавского пантеона, наверное. Или совсем скоро оно станет таковым, если учитывать, как толпе понравилось это новомодное развлечение.
Куски статуи украшали площадь пред главным строительством города и остывавшие головы недавних борцов за равноправие теперь понемногу остыли под морозным ветром, который заставил их  начать препираться с теми, кто еще яро порывался рвануть в храм и хорошенько поработать ломами по расписным стенам и тонкой работы барельефам. Лепнина и колонны, витиеватым узоры на камне, все действительно стоило денег, но на самом деле Хель мало волновало сколько все это стоило и что ели или не ели люди. Люди имели привычку умирать и это заботило ее больше, чем все статуи и прочий разгон больной фантазии почитателей Всеотца, выражавшейся в этой ненужной груди камня. Как по ней, то пускай хоть небоскребы отгрохают в честь всего пантеона - куда больше женщину интересовало сколько сорвется с лесов или будет придавлено камнями. Чего тут, кстати, особо пока и не чувствовалось - к вещему разочарованию чудовища по отношению к этой каменной громаде.
Но Фенрир, как никто иной, умел внести разнообразие в томный вечер и теперь ей блыло интересно во что ей эта радость нынче станет.
- Нет, - и Хель безразлично пожала плечами под тяжелой меховой накидкою, в которую была укутана ее хрупкая фигурка.
- Скорее осматривала первопричину потенциальных смертей, но увы.. Пока тут пусто.А тебе неожиданно взволновали вопросы социального неравенства? Решил побороться после богатого личного опыта? - хитро сверкнув на него глазами, женщина улыбнулась и склонила голову на бок, ожидая нового оскала.
Брат-революционер? О боги, это мы уже проходили, но век от века все веселее..

0

4

Осмотрев меховое одеяние сестры, Фенрир невольно передернул плечами. Его прикид совершенно не соответствовал погоде, но холод все равно не донимал волка, перенявшего в своей людской форме повышенную температуру тела, потом был горяч во всех смыслах этого слова.
- Конечно, - язвительно прошипел Фенрир, прожигая сестру взглядом полным ненависти и отвращения, - социальное неравенство нынче актуальней некуда, особенно когда сестра раздвигает ноги перед богом. Славянским. Светлым. – каждое слово он выплевывал все с новой дозой омерзения, все ближе подходя к сестре. Он мог бы улить и изворачиваться, разбрызгивая сарказм с особой тщательностью, но сегодня день и без того был крайне раздражающий.
Где-то сбоку раздался шум и грохот, сильный запах крови ударил в нос и волчий инстинкт мгновенно обнажился, словно открытый нерв. Глаза Фенрира стали волчьими – он явно балансировал на грани двух своих сущностей, готовый кинуться и разорвать сестру за неугодное поведение.
- Мне плевать на храм, Одина и всю их шайку. Но вот ты… - в голове быстро образовалась цепочка связи между ее личной жизнью и гневом волка, хотя в его состоянии функции логики и здравого смысла уже вовсю готовили белый флаг, отдавая бразды правления истиной животной сущности Фенрира. – Связалась с этим! - махнув рукой в неизвестном направлении, стал подступать ближе, невольно заставляя Хель пятиться. – Я так долго верил, что это слух и твоего мозга хватит, чтобы оградить себя от подобного! Но, - разведя руки в безысходном жесте, сделал быстрый рывок вперед и сдавав горло скандинавки, приподнял чуть над землей, как раз до уровня глаз, - слишком мерзко видеть, как твоя сестра позволяет какому-то заносчивому идиоту лапать себя и так воодушевленно совать язык в рот! – рыкнув, Фенрир буквально швырнул сестру в сторону, полыхая гневом.

0

5

Морозный воздух наполнился запахом метала и не только от пролитой рядом крови: зрачки женщины расширились, улавливая как совсем рядом в искореженном теле душа теряла последние остатки связей с бренным телом, балансируя на грани. Этот аромат пьянил и кружил голову, заставляя хищно сглатывать, ищущая прилива эйфории от соприкосновения со неизбежным. Боги смерти всех мастей любили на поле битвы смеха ради бросать кости, что бы узнать какая жертва им сегодня достанется, но если с греками все было ясно и всякого им верного ждал или мрачный Тартар или не менее мрачное блуждание по Аиду ( поля блаженных или как там это звал сам властелин мира мертвых по греческой версии, Хель не помнила досконально, но что-то с полями и Элизиумом), то каждая бренная душа приверженце северных богов молниеносно взвешивалась на чаше весов что бы как можно скорее выскользнуть в благословенную Вальгаллу или Асгард, где бы эта честная душа прислуживала и ублажала богов, как верили смертные. В ее же руки попадали те, кого такая участь мрачно миновала, но отчего бы не утереть нос эти расфуфыренным валькириям с их золотыми нагрудниками и длинными пустозвонными речами, явившись раньше них?Мало ли, может малец защищалась честь дамы?..
Но нынче это было не поле битвы, не сражение, даже не братоубийство,хотя до последнего дочь Локи отделяла тонкая грань самоуважения и расстояние до горла рассвирепевшего брата.
Какого, ради всего святого, Фенрира внезапно стала интересовать ее личная жизнь, кто спал в ее постели, кого она выталкивала из своего чертога ранним утром на мороз и что такого было в том, что это был светлый славянин? Братская любовь проснулась или волку некому было почесать за ушком, а наш носик был слишком нежен для столь резких запасов, как их соседи?
Меховая накидка смягчила падение, но всеми костями Хель ощутила покрытую снегом землю и не спешила поднимать, потирая окоченевшими пальцами горло. Картина была еще та, но куда больше смертных сейчас интересовал инцидент на злосчастной стройке, где продолжали бурлить страсти, а потому никому и дела-то не было до бодающейся парочки и, как результат, валяющейся на сырой земле в мехах и грязный талом снеге.
- Какие мы нежные, - хрипло произнесла женщина, поглаживая кожу, скорее чисто машинально и открыв глаза, обернулась к Волку, стоявшему поодаль и пышущем праведной братской яростью. Святые одинововы вороны, да братик пекся о чистоте крови и семейных ценностях..
- А что, есть кандидаты получше, под кого меня подложить?[- и она повернула к мужчине голову и тень пробежала по части ее лица, отражая истинную сущность уродливого изъеденного червями трупа буквально на сотую долю секунды. Достаточно, что бы Фенрир вспомнил, что она не была больше его маленькой девочкой, а попугать она тоже умела и могла.
-Огласите весь список, пока я как раз в удобной позе, - она хищно улыбнулась и тут же ее голос исказился кашлем. А захват у этой твари был не слабым..

Отредактировано Hel (11.11.14 11:38)

0

6

Показная храбрость Хель никогда, наверное, не перестанет веселить его. Раз за разом она так активно пыталась что-то доказать мало вменяемому волку, что это даже привлекало его снисходительное внимание в какой-то степени, но самой же Хель это грозило тяжкими телесными или нарушенной психикой. Жизнь ее ничему не учила, сестра была слишком глупа или просто уперта, от чего манера поведения долгие годы не менялась. Заводясь с пол оборота, Фенриру оставалось пару шагов до неистового желания перегрызть ей горло, а зная несносный характер Хель, несколько шагов можно было и проскочить.
- Я всегда знал о твоей заниженной самооценке, - Фенрир присел напротив сестры, тем самым не давая ей подняться, - но, чтобы вот так на первого попавшегося кидаться… - откровенная насмешка растянулась на лице волка, - Хотя, - он внимательно посмотрел на смену ее внешности, довольно блеснув зелеными глазами, - в твоей ситуации выбирать не приходится. Да, сестренка? –заносчивость Хель медленно, но уверенно начинала действовать Фенриру на нервы, распаляя в волке недоброе чувство, которого скандинавке стоило бы опасаться, но базовый инстинкт самосохранения был не знаком детям Локи.
- Странно, как на тебя вообще кто-то позарился. Ты ему уже показывало свое истинное я? Наверняка славянский чистюля бежал с криком прочь. – Он схватил ее за подбородок и потянул на себя. – Такая красавица! – хищно облизнувшись, заглянул сестре в глаза, - Или ему понравились эротичные остатки плоти? – Фенрир откровенно издевался, однако лично ему никогда не претила настоящая внешность Хель. А вот проверить наличие комплексов у сестры – это дело важное.

+1

7

Низкий гортанный рык вырвался из ее нутра и перерос в дикий рев - такой силы на которое было способно не бог, не чудовище, не девушка. а именно существо, коим Хель на самом деле и являлась. Перебросив зарвавшегося волка на лопатки, она со всей силою своего истинного облика, пригвоздила его к грязной земле, усаживаясь на волка, заставляя утопать его утепленную мохнатую задницу и спину в мерзкой холодной "каше", в которую превратился снег под ногами десятков прохожих и смешанных с землею и нечистотами. Нечего пенять на всех богов, что отвечали за порядок и чистоту - как истинные животные, люди продолжали гадить где придется.
Но вернемся к дочери Локи, которая, ощетинившись в свое истинном виде, с теми самыми эротичными ошметками плоти нависала над Волком и скалясь, склонилась над мужчиною, обдавая его омерзительным сочетанием запаха гниения и цветочных духов, которыми она пользовалась в облике человека. Грязные, сальные, полуистлевший лохмы свисали над изуродованной часть ее тела и Хель больно вжала костлявую пятерню Фенриру в ребра, как будто пыталась пробиться сквозь плоть к легкому и вырвать его ко всем чертям.
- Красавица, да, маленький волк? - и владычица Хельхейма склонила голову набок и склонилась над холеным личиком братца, боровшегося с нею. Еще немного и он конечно же отбросит полумертвую родственницу на противоположную сторону улицы, привлекая к себе внимание , на что ему было плевать. А потому этими хрупкими секундами неожиданности и расстерянности со стороны дорогого братика дочь Локи решила пользоваться на всю катушку.
- Красавица, - смакуя это слово, Хель осклабилась, гаденькою хохотнула и резко дернула волка к себе за шкирки и смачно поцеловала его в шею, намеренно подставив именно пострадавшую часть своего тела под его нос и глаза. То, что было волосами по эту сторону, полезли Фенриру в нос и Хель тут же болезненно закусила кожу у самой вены, вцепившись в мужчину со всей силы, до одури крепко прокусывая кожу.

+1

8

Усмешка самодовольства и победного сарказма быстро растягивалась по нахальной физиономии Фенрира и чем больше злилась Хель, тем больше он смеялся над ней. Ее сопротивление и напор лишь злили волка и сестра не могла не осознавать_ на что обрекает себя подобными выходками, раздражая, больно прикусывая его шею. Последнее ему даже понравилось. Фенрир оскалился, сверкнул волчьим взглядом и с рыком рванул вперед. У нее были лишь секунды до этого момента, но надо отдать сестре должное – воспользовалась она ими по полной, как всегда. Вот почему с ней не скучно!
Хель отлетела в сторону, где начинался уже лес, встречая спиной нежные обьятья векового дерева. – И это все, чем ты меня удивить собралась? – крикнул Фенрир в след траэктории ее полета, последние слова которого обратились рыком, ибо на месте человека уже красовался огромный темно-серый волк. Народ сзади истерически завопил, кидаясь в стороны и спасаясь от перспективы страшной участи, но волк не видел сейчас никого, кроме своей жертвы неуемной сестрицы.
Преодолев все расстояние одним прыжком, шерстянное чудовище приземлилось в сугроб возле Хель, избавляя свою шкурку от той грязи, в которой его так нежно вываляла сестра. Не то, чтобы он был чистюлей, поймите правильно -кровь, кишки и следы боев – это одно, но всякая дрянь, что липнет к тебе – это крайне раздражающе. Кстати, об этом… И взгляд волка обратился на Хель. Он снова отшвырнул ее, словно плюшевую игрушку, больно саданув огромной лапой по животу, оставляя кровавые шрамы под прорванной одеждой, с наслажления припоминая попытку вырвать ему легкое, сердце или еще какой нужный орган. Шрамы еще несколько дней будут отдаваться болью и кровавым напоминанием о глупой наглости в попытках что-то доказать великому и ужасному Фенриру.
- Где ты, моя красавица! – он выволок ее из сугроба чуть ли не за шиворот, пригвоздив одной рукой к дереву и немного приподняв так, что ноги едва касались земли. Пальцы проваливались сквозь прогнившие части тела, но Фенрир и не замечал этого. Сущность сестры никогда не была для него новость, загадкой или чем-то необычным. Скорее, ему нравилась эта пугающая других особенность, но этого она не услышит от него даже под самыми жуткими пытками.
– Это все, на что ты способна? Вяло совсем. Стареешь, сестра...- разочаровано потерев след ее укуса, внимательно осмотрел лицо сестры. – И что, ему понравилось как пальцы проваливаются сквозь прогнившую плоть? – нарочно покрепче сжав ее горло, волк пробрался еще глубже в ее плоть. - Он прикасался к тебе такой, пытался скрыть омерзение? – волк смеялся ей в лицо, выжидающе делая паузы межуд словами, добавляя сарказма даже мимикой и улыбкой. - Придумай фокус получше, потому что меня таким ты точно не напугаешь… - Фенрир не был фанатом долгих бесед, ему было проще сделать, чем сказать, а потому он приблизился лишь на оставшиеся миллиметры, вцепившись своими губами в ее. Он целовал Хель словно последний раз в жизни, не растрачивая силы на нежность и прочую чушь, воплощая самую  порочную часть страсти и животного желания. Рука больше не сжимала ее горло, нарочно скользя по той части ее тела, что бы обращена в жуткий труп, но волк словно и не замечал этого, каждым движением желания обладать ею в эту же секунду.
Всем телом он вдавливал Хель в дерево, не давая шевельнуться, пока пробрался губами к чистой человеческой коже, легко прикусывая ушко, а потом до боли впился волчьими клыками ей в плечо, мгновенно ощущая сладкий привкус крови.

+1

9

Да, у них никогда не бывало нормальных семейных встреч. Они не собирались за роскошно накрытым столом, не рассаживались вокруг камина послушать папины рассказы о далеких мирах, закусывая пирожками "в исполнении" Сигюн, не лепили вместе снеговиков на заднем дворе отцовского дома и не обнимались крепко-крепко, когда ночью кому-то приснился кошмар и он вскакивал от страха и искал утешения в объятьях близкого создания.
Они друг друга чувствовали до одури: ненавидели во всю, пускали друг другу кровь, или наоборот, любили, но любили в том мерзком для богобоязненных смертных смысле, о котором наверное и легенд-то не слагают, хотя египтяне в этом, кстати, поднаторели с их пантеоном крепкой братской-сестринской любви. Хотя до порочного влечения дело доходил редко, но как крайняя мера доказать, что где-то там в глубине души, скрывалось нечто, что эти трое не могли объяснить нормальным проявлением чувств, не знаю что их этого всего было вообще нормальным, применимо к ним, что в итоге выплескивали наружу абсолютно все. И подобные штуки тоже.
Какой бы уродливой Хель не была, она была женщиной и она хотела любви и обожания. страсти, рокочущей в венах и нежности, от которой кружиться голова. Немного меньше, немного больше, чем все остальные. Но слова Фенрира заставляли ее терзаться тем, что на самом-то деле секс с ее магическим воплощением был единственной формою получить хотя бы капельку этого, а ее истинную сущность, истинный облик без рвотных позывов никто и пальцем не тронет. К черту славян хотелось сказать чудовищу, но крепкие руки брата пригвоздили ее к жесткой коре и вместо новой порции оскорблений она получила то, что заставляло терзаться ее еще больше.И одновременно замирать.
Его губы были настойчивы, поцелуй был таким глубоким, что у Хель едва хватало дыхания, но вместо того, что бы оттолкнуть волка или возмутиться такому неподобающему проявлению страсти, дочь Локи ответила на поцелуй с такой неистовой силою, что каждая ссадина, рана и переломы стоили таких мгновений. Она прильнула к нему крепче, чувствуя как кое-кому становилось явно мало только лишь ее губ... Святые цверги,  да он хотел ее!
- А тем, что ты хочешь отыметь труп, тебя можно напугать? - сдавленным полушепотом в его раскрасневшиеся губы произнесла Хель во время секундного перерыва и ее глаза хищно сверкнули.
- Или мы только селянок, златокудрых и нежных? Таких сочных, мягких, что бы можно было мять и терзать? - ее язык скользнул по его губам и теперь уже чудовище перехватило инициативу, зло впиваясь в губы Фенрира и подталкивая той самой костлявой рукою его бедра к своим.
- Научишь, покажешь как это делается, что бы я знала как это, когда тебя имеет такой жеребец, что бы знать что теряет такая красотка как я?

0

10

Семейный разврат – дело тонкое и сугубое индивидуальное, тут у каждого своя черта допустимого в зависимости от моральных, эстетических и физических предпочтений. Этим двоим еще предстояло разобраться, где именно и на каком основании провести свою, а пока их мало касались такие мелочи, что само по себе толкало все дальше и дальше от привычного ритма взаимной ненависти, любви и прочих красок непростых семейных уз.
К собственному мимолетному удивлению Фенрир мгновенно ощутил всем телом реакцию Хель и в эту секунду животный инстинкт взял верх над какими-либо намеками на братские чувства, если таковые вообще имелись в древнем злобном существе. Едва не заставляя ее хрупкие кости ломаться от той силы, с которой волк вдавливал дочь Локи в широкий ствол векового дерева, он остановился лишь для глотка воздуха, различая тихий шепот напротив. Зеленый взгляд, полный откровенного  желания, уперся в Хель, совершенно однозначно демонстрируя все свои стремления.
- Нет, не можно. – Дыхание рвалось наружу. Он прикусил ее губы на долю секунды. – Разве только чрезмерной болтливостью. – С каким же удовольствием он слушал ее сарказм, различая скрытые за ним эмоции, ощущал гнев в ее поцелуе,  смешивая ответный поцелуй с рыком и до боли сжимая не совсем человеческое тело Хель.
– Тебе  понравится , ты сама знаешь. – Фенрир сверкнул хищной улыбкой и резко подхватил ее, заставляя ее обхватить себя ногами, с размаху впечатав обратно в дерево. – Ты же именно это так старательно прикрываешь сарказмом. Свое желание, -Фенрир снова поцеловал ее, оттягивая острыми зубами нижнюю губу, - возбуждение, - он скользнул рукой между ее ног под одеждой, лишний раз убеждаясь в подлинности желаний сестренки. Тяжкий вздох удовольствия сорвался в ту же секунду, ни капли не скрывал ощущений волка, нарочно откровенно демонстрируя все свои желания в их истинном виде, - и то, как тебе дико нравится, что я тебя хочу поиметь, - последние слова он проговорил с особым удовольствием прямо ей в глаза, - не смотря на твой вид. На столько нравится, что я могу трахнуть тебя прямо тут, а ты… - он сладко улыбнулся картинкам в голове, -  о, ты будешь стонать от удовольствия, как  последняя сучка и просить еще... На зависть белокурым селянкам. – Оскалив белоснежные клыки, Фенрир выпустил ее из мертвой хватки и отступил на шаг, все так же ехидно усмехаясь.
Волк нарочно подначивал ее, ведь отказаться от этой их игры, теперь принявший совершенно новый, но крайне интересный поворот, он не мог, а быстро перейти к сексу было слишком скучно. Фенрир всегда замечал за собой тенденцию поиграть с жертвой.

0

11

Волчья близость кружила ей голову и пьянила получше любого спиртного напитка, но даже лёгкое, скользнувшее по краю сознания деликатное напоминание, что стоявший пред нею мужчина на самом деле был ее единокровным братом и даже вариант с разными матерями или отцами в этой ситуации не сработает, не останавливал женщину от того, что не думать о возможном продолжении.
Его пальцы и губы касались Хель жадно и странно, обрывая любые попытки сознания взбунтоваться против отравленного тумана этого грешного наваждения, но на то они и дети Локи, что бы делать все не просто не так, а именно совсем, откровенно, категорически не так, как это делали даже их не особо вечные , но собрать по несчастью.
Ее взгляд скользнул по мужчине, стоявшим переднею и владычица Хельхейма порочно и лениво улыбнулась, оскалившись и прикрывая глаза, смакуя собственные губы с особой чувственность. Кончик языка скользнул по опухшей нижней губе, а ладонь медленно прошлась по бедру, как будто оправляя край задравшего платья, но на самом деле ее пальцы замерли между ног, мягко лаская, все еще ощущая ее нетерпеливое желание и грубый жест.
- Да и ты, мой братец, далеко не такой невинный, а? - и она склонила голову набок, беззастенчиво пялясь на его бедра, где отчетливо и без всяких дополнительных слов было ясно, что Фенрир не отличался наявностью лишних моральных принципов.
-Давай удивим папу?
Локи был бы шоке, потому что Локи любил создавать вокруг себя ореол Единственного и Неповторимого, такого, которого нельзя превзойти, а если о "ласках" его детей станет известно в широких кругах скандинавского пантеона, то куда там богу хитрости и магии до них! Скандал, интрига, расследование, обещание оттрубить и зашить и возможно, плюс-минус одна отрубленная конечность при попытке сопротивления наказания. Хотя.. Может быть кому-то и понравиться..Нужно будет при случае спросить Тюра, если до этого все-таки дойдет.
Но пока, пока их губы горели от жадных, грубых поцелуев, было лучше помолчать и оставить этот запретный плод для собственного удовольствия.
- Раз тебя хватит на "еще", - и чудовище оторвалось от злосчастного, слегка покосившегося ствола, которое кажется готовы было и так покраснеть, если могло бы.
- Можно однажды проверить, если запала хватит...И здоровья..А то я не слышал легенд о тебе среди селянок. Что-то там про Красную шапочку, хоя не знала что твое воздержание так интересно проявляется.

+1


Вы здесь » HEATHENDOM: WORLD OF THE GODS » Завершенные эпизоды » Крошка-брат к сестре пришел..[весна 1623]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC